Одержимая (авторский сборник)
Шрифт:
— И что случилась? — Нина сглотнула, чувствуя, как подступает холодок под горло.
— Банда каких-то приезжих гопников ее убила, — администраторша снова и снова наводила цифру «8» в учетной карточке. — У нас, вообще, спокойно, никогда не было, чтобы… А он, прежний директор, Степан Ильич, пошел на фабрику, открыл трансформаторную будку и… Говорят, кучка пепла от него осталась. И в тот же день, минута в минуту, на машину этих ублюдков рухнула опора с проводами, и машина всмятку, а в машине горелые кости… Это правда, — она наконец-то подняла глаза. —
— А как же священник? — в замешательстве спросила Нина. — Этот… отец Филипп?
— А это сказки, — твердо сказала администраторша. — Тот пожар был раньше. И, говорят, просто рабочие напились и подожгли случайно.
— Это ты написала записку Лене? — спросила Нина. — «Елена Викторовна, можете не верить»…
Девушка чуть заметно кивнула:
— Мне вчера тоже счет пришел. Я на фотоаппарат хороший откладывала… Все пришлось выгрести из заначки и оплатить.
— За что? — медленно спросила Нина. — Что вовремя не растолковала правила?
— Да.
— Но ты же не могла!
— Все равно.
— Ничего себе, — пробормотала Нина, — ни хрена себе понятие о справедливости…
— Зато, — девушка вдруг вскинула подбородок, — у нас больницы лучшие в районе. И детская, и взрослая. Все есть: лекарства, аппаратура, все. Не осталось нищих. Пенсионеры хорошо живут.
— За счет… оплаты счетов?
— А что?
— Ленка-то не знала, — пробормотала Нина.
Девушка снова сникла. Нина взяла из ее рук свой паспорт, карточку-ключ и хотела уже уйти, но вернулась от лестницы:
— Городское управление электрических сетей — это настоящая организация? Кто у вас тут занимается столбами, проводами, трансформаторами — ну, всем?
— Горэнерго.
— То есть обыкновенные счета тоже приходят? За свет?
— Как везде.
— А «городское управление сетей»…
— Это справедливо, — тихо проговорила девушка.
Нина удержалась от грубости и молча поднялась по знакомой лестнице.
За окнами едва светало. Нина автоматически потянулась к выключателю — но рука ее остановилась на полпути.
Раздувая ноздри, она встала посреди полутемной комнаты. Прислушалась.
Свиными рылами глядели из углов розетки.
Маленький телевизор примостился на тумбе у окна. От него тянулся провод и терялся в стене.
Калачом свернулся шнур от торшера, змеей — от настенной лампы-бра.
Нина сжала зубы. Аккуратно выдернула из розетки шнуры торшера и бра. Отключила телевизор: погас кроваво-красный глазок на передней панели. Для спокойствия она вывернула бы пробки, но здесь, в гостиничном номере, не было отдельного распределительного пульта; стоя посреди комнаты, она улыбнулась теперь уже с облегчением.
Дальше что?
Нина повалилась на кровать; в последние дни ей приходилось спать совсем немного, и сон не шел на пользу. Голова ныла, внутри сидел незаданный вопрос, который она зацепила мимоходом — и оставила на
Что за вопрос?
Шнур на ковре в гостевой комнате. Удлинитель. Кто-то впопыхах переключил лампу у кровати, выдернув шнур из ближней розетки и подключив к дальней. Горничная? Или кто там убирает у Егора на даче, кто следит за исправностью электрики? Вместо того, чтобы немедленно починить розетку, некто переключил лампу и, возможно, постарался спрятать шнур. Но гостья, полупьяная и измученная, случайно потянула его — дверью, каблуком или ножкой стула… И нарушила изоляцию.
Логично. Но не этот вопрос и не этот ответ, откровенно притянутый за уши, заставлял пульсировать затылок; а вот почему испугался следователь? Чего он так сильно испугался, что побледнел и пообещал выпустить Нину из города как можно скорее?
Лежа, она притянула к себе сумку, брошенную рядом с кроватью. Открыла в поисках зеркала. Под руку попался сложенный вдвое оранжевый листок. Нина мигом вспотела — и почти сразу поняла, что листок вчерашний. Оплаченный счет: «Тормасова Нина Вадимовна. Городское управление электрических сетей… Вы должны выплатить… Оплата должна быть произведена в течение двадцати четырех часов».
И ниже мелким шрифтом: «По всем вопросам обращайтесь…» и номер мобильного телефона. Она вспоминала — и не могла вспомнить: на первом счете, на том, что получила Лена, — этот номер был или нет?
Нина вытащила из сумки свой телефон. Подумала и спрятала обратно. Сняла трубку пластикового гостиничного аппарата на прикроватной тумбочке.
Набрала номер, с ужасом прислушиваясь и не зная, чего ожидать.
Послышался музыкальный проигрыш, и женский голос, каким обычно говорят автоответчики, сообщил мелодично и мягко:
— Вы позвонили в справочную службу городского управления электрических сетей. Вы можете оставить сообщение после сигнала, либо отправить короткое сообщение на телефонный номер, указанный на бланке счета. Спасибо за звонок.
Послышался писк, и Нина положила трубку.
Будь под рукой у нее компьютер, она обязательно попыталась бы навести справки о «городском управлении сетей», но Ленкин ноутбук лежал запертый где-то в милиции, и годился только на вещественное доказательство: клавиши его спеклись, и внутри все сгорело. Прикрыв глаза, уже засыпая, Нина увидела перед собой пляшущего в искрах, голого Егора и резко села на кровати.
Вытащила телефон. Путаясь и промахиваясь по клавишам, настучала письмо: «Егор Дени… не полу… с… чил счета». Отправила на номер, указанный на оранжевом листке, и подумала обреченно: ну, сейчас за эту смс-ку с меня снимут все, что есть на телефонном счету.
Через несколько секунд телефон курлыкнул, оповещая о получении смс, и Нина покрылась мурашками. Наверняка ответ от робота: ваше сообщение принято, оплата такая-то…
«Ему не посылали счета».
Нина отодвинула телефон. Выдернула из-под себя покрывало и одеяло, укуталась, сунула голову под подушку.