Одержимость Грешника
Шрифт:
— Чего загрустила? — спросил Алекс.
Я посмотрела на него. Всё-то ему надо. Перемену в моём состояние словно встроенными локаторами уловил.
— Домой хочу, — ответила я на выдохе.
— Устала?
— Безумно…
— Ну, скоро уже пойдём отдыхать.
— Надеюсь, у нас раздельные спальни?
— Да, ведь я же всем говорю, что ты моя помощница.
— Вот и прекрасно, — сказала я.
— Но это не значит, что я не приду ночью в твою, — добавил Алекс, и мне тут же захотелось наколоть на вилку его вместо
— Спокойно, — сказал он, не дрогнув и мускулом. — С вилкой на меня ещё не нападали.
— Я буду у тебя первой.
— Звучит интересно. Но ты опоздала… Лет на двадцать.
— Я не об этом, пошляк.
— А я о том самом, — улыбнулся снова Алекс, и я опять увидела в глубине тёмных глаз пламя вожделения.
Он явно планирует закончить вечер постелью. А я — нет. Но есть ли у меня шанс этого избежать, учитывая, что внизу живота против воли стало горячо от его взглядов, неизвестно.
Зазвучала медленная композиция, и мужчины приглашали на танец немногочисленных сегодня женщин. Первыми вышли на импровизированный танцпол Дамир и Камила. Они настолько нежно смотрели друг на друга, что я невольно улыбалась, глядя на них. Такие разные — и всё-таки вместе. Камила — нежная блондинка нереальной красоты, очень молодая — разница в возрасте между ней и Дамиром так и кидается в глаза. Впрочем, их паре это лишь придаёт шарма, потому что такие, как Дамир, с возрастом только лучше и красивее, как то вино из Грузии, которым он угощал весь вечер нас. Даже не могу представить, что их заставило найти точки соприкосновения? Он — большой человек в городе, очень властный, серьёзный, его синие умные глаза словно видят насквозь. А она похожа на студентку, нежели на жену прокурора и мать его детей. Но любовь не выбирает, перед ней бессилен даже прокурор.
— Пойдём потанцуем? — услышала я голос Эллы и повернула голову.
Девушка тянула за руку Алекса, который никуда не собирался двигаться с места.
— Женщина, я не танцую, — ответил он ей, высвободил свою руку из её пальцев, едва удостоив её коротким взглядом.
— Да хватит тебе песни пародировать. Просто танец, — настаивала Элла.
— Ну, раз вы не танцуете, может быть, прекрасная Тая составит мне компанию? — потянул меня за руку с другой стороны Богдан.
— Э-э… Я, если честно, очень устала и…
— Она никуда не пойдёт, — заявил Алекс, испепеляя взглядом Богдана.
— Это почему? — начал спорить с ним мужчина. — Твоей сотруднице запрещены танцы с любым мужчиной, кроме тебя?
— Да, — ответил лениво Северов. — Прямо в договоре прописал. Пригласи кого-нибудь другого.
Последняя фраза Алекса прозвучала очень жёстко и почти как угроза. Мы втроём разом напряглись. Богдан ещё пару секунд переводил взгляд с меня на Лёшу, а потом протянул руку Элле. Видимо, решил не лезть в бутылку.
— Идём, красотка. Мы тут лишние…
Элла надула
— Чего ты смеёшься?
— Ничего, — пожала я плечами. — Вспомнила шутку.
— Какую? Расскажи.
— Она глупая.
— Я стерплю.
— Не хочу рассказывать, — отмахнулась я.
— Тогда пошли танцевать, — вдруг потянул он меня из-за стола.
— Да ну тебя, — упиралась я. — Песня уже заканчивается.
— Ничего, мы будем быстро танцевать и всё наверстаем.
Под мой смех он всё же вывел меня на танцпол в середине комнаты и одним движением притянул к себе. Горячее крепкое мужское тело прильнуло к моему, и ощущение близости заставило моё бедное сердце снова разволноваться… Алекс сжимал мою руку, вторую свою ладонь положил на мою талию, не давая мне отстраняться дальше. Где-то я читала, что танцы в паре и были придуманы с целью иметь возможность прикоснуться к объекту своих симпатий под благовидным предлогом, иметь возможность обнять его. Мне казалось, что Лёша меня только с этой целью и вытащил сюда, на середину комнаты…
— Песня-то какая… — сказал он негромко мне на ухо. — Я не буду ничей жених, ты — ничьей женой…
— Да, красивая, — кивнула я, делая вид, что не понимаю его намёков. Тоже мне ещё, доктор Шлягер…
— Такие прям строчки. За душу цепляет.
— Да, сильные.
— Угу. Так и в жизни бывает.
— Думаешь?
— Знаю.
Я замолчала, пытаясь осознать то, что Северов мне сейчас окольными путями, вообще-то, в любви признался… Сердце так и лупило по рёбрам. Я совсем не знала, как на это реагировать и верно ли я всё поняла — прямо ведь он ничего и не сказал, только о строчках какой-то песни…
Когда песня закончилась и Алекс разжал руки, я словно вынырнула из глубины и вдохнула воздуха. Я поймала себя на мысли, что почти не дышала, пока находилась в кольце его сильных рук, окутанная его теплом и запахом… Кошмар, я так с ним и вовсе задохнусь, если он будет слишком часто и близко нарушать моё личное пространство!
— Тая, — обратилась ко мне Камила. — Овощи на столе закончились. Поможешь мне нарезать ещё?
— Да, конечно, — встала я из-за стола. — Ты говори, если что надо…
— Ну, вот — говорю, — мягко улыбнулась девушка. — Пойдём на кухню.
Камила увлекла меня за собой вперёд по коридору, оставляя шум праздника в гостиной.
***
— Вот тебе огурцы, — поставила Камила передо мной миску с овощами, разделочную доску и нож положила рядом с ней. — А я займусь помидорами.
Переговариваясь, мы нарезали овощи.
— Какой срок уже? — спросила я её.
— Восемь недель, — ответила Камила.
— Уже большие!
— Ну да, целых два месяца.