Одержимость Грешника
Шрифт:
— Да хорош издеваться, — проворчал я. — Вам вообще ничего говорить о себе нельзя.
— Ну, ладно-ладно, — тут же пошёл на попятную Дамир. — Кстати, о твоей любви. Она мне сегодня звонила.
— Тая? Зачем? — напрягся и нахмурился я.
— Попросила встретиться с ней.
— Для чего? — тут же спросил я. — Немедленно говори.
— Не зверей, Север, — одернул меня Баташов. — Я женат, да и нужен ей исключительно как прокурор. У неё что-то случилось.
Пока я держался от неё на расстоянии, мне даже
— Что?
— Пока не знаю, — ответил он. — Сказала, что это не телефонный разговор, и попросила личную встречу.
— И на когда вы договорились?
— На вечер, сегодня.
— А мне скажешь, что произошло у неё?
— Скажу, конечно, — отозвался Дамир. — Только ты всё-таки попытайся это узнать у неё сам. Раз она решила обратиться ко мне — разговор действительно серьёзный.
Сердце кольнуло. У Таи действительно какие-то трудности? Но она не хочет обращаться за помощью ко мне, что, в принципе, понятно...
— Понял, — ответил я. — Держи меня в курсе, ладно?
— Обязательно. Кстати, Камила приглашает выбраться в кино. Ты как?
— Да какое кино? — устало потёр я переносицу. — Дел невпроворот… После возвращения никак не разгребу.
— Ну, так и мы не сейчас идём. Подумай пока, я тебе перезвоню.
— Я уже подумал — не получается.
— А я всё равно перезвоню. Пока.
— Держи меня в курсе, Баташов, — напомнил я.
— Ага. Давай.
Он повесил трубку, и я задумчиво сжал телефон в руке.
Мне нужна информация. Зачем – я и сам точно не понимал, но мне казалось, что это нечто важное, то, что смогло бы дать нам шанс. Она не хочет, чтобы я давил на неё, но, может быть, она смягчится, если я помогу ей в ее беде? В любом случае оставаться в стороне, когда у неё что-то происходит, я не могу. Только Тая сама не расскажет. Но может знать о том, что случилось, её секретарь. Я снял трубку стационарного телефона и набрал номер ее отдела.
— Ирина, зайдите ко мне, — попросил я.
— Хорошо, Алексей Сергеевич, — ответила женщина. — Сейчас буду!
Я пригласил секретаря Таи и попросил своего приготовить нам два кофе.
— Извините, можно? — робко постучалась Ирина в дверь и заглянула в кабинет.
— Да-да, заходите, — отозвался я. — Присаживайтесь.
Ирина прошла через кабинет и села напротив меня. Женщина явно нервничала — не каждый день её к себе вызывает начальство.
— Ирина, кофе?
— Э-э… Спасибо, — кивнула она, но даже не притронулась к чашке – слишком волновалась.
— Не переживайте, — решил я разрядить обстановку. — Никаких претензий к вам у меня нет. Мы просто побеседуем.
Женщина с настороженностью продолжала наблюдать за мной.
— О чём? — спросила она.
— По поводу отдела, — сказал я, откинувшись на спинку своего кресла,
Ирина немного замялась, а потом ответила вопросом на вопрос:
— А разве… Таисия Константиновна вам не доложила о состоянии отдела?
— Доложила, конечно, — кивнул я. — Но хотелось бы увидеть ситуацию с разных сторон.
— Всё в полном порядке, насколько мне известно, — ответила секретарь Таи. — Все планы мы выполняем, из графика не выпадали, никаких внештатных ситуаций не происходило.
— Прекрасно, — собрал я пальцы в замок. — Я знал, что могу на вас с Таисией Константиновной положиться.
— Алексей Сергеевич, — кинула на меня осторожный взгляд Ирина. — Вы хотели что-то узнать о Таисии Константиновне?
Женщина решила, что я копаю под Таю у неё за спиной.
— Вообще, да, — решил перейти я к тому, ради чего сюда и позвал секретаря Таи. — Этот разговор конфиденциальный и должен остаться между нами. Тая не должна знать, о чем мы здесь с вами беседовали.
— Хорошо, — кивнула женщина. — Я поняла вас.
— Как этот месяц, пока меня не было, вела себя в офисе ваша начальница?
— Обыкновенно, — пожала плечами Ирина. — Работала, не опаздывала, не нарушала устава компании.
— Не замечали ли вы, что Тая, например, плачет часто?
— Ну… Она бывала грустная и плакала пару раз при мне, но говорить о поводе своих слёз отказалась со мной. Я и не лезла к ней в душу.
Значит, всё же плакала. Зря я так был уверен, что она простила Пашу и счастлива с ним. Счастливые женщины не плачут.
— Скажите, Ирина, вам известно что-то о проблемах в семье Таисии Константиновны?
— Да почти ничего, — ответила она. — Знаю только, что сейчас ведётся бракоразводный процесс и Таисия Константиновна созванивается с каким-то юристом, просит его найти способ вернуть ей дочь.
— Вернуть дочь? — нахмурился я. — Она что — всё же ушла от мужа?
— Да, — кивнула Ирина. — Подала на развод и живёт теперь отдельно. Только муж ей, кажется, дочь не отдаёт и даже не даёт ей видеться с девочкой. Тут любая бы загрустила.
Я поджал губы.
Вот козёл.
Значит, Тая от него ушла, и он ей мстит, лишая самого дорогого — ребёнка.
Больно за Таю. Но в то же время в душе снова зашевелилась надежда. Я могу ей помочь, и, возможно, она иначе посмотрит на меня…
***
ТАЯ.
— Ксюша! — позвала я дочь, как только она вышла из машины отца.
Я ждала их возле дома.
— Мама! — увидела меня девочка, распахнула такие же зелёные, как у меня, глаза и уже полетела ко мне, как пока ещё муж резко удержал Ксюшу за руку.