Одержимость справедливостью
Шрифт:
– Правда, расскажите! – загалдели остальные студенты.
… Розка, дрянь, нарочно тему перевела. Не хочет, чтобы обо мне говорили. И чего я в ней нашёл. Купился на фактуру. Кроме неё, в группе ни одной приличной девчонки. Как говорят, «На безрыбье и сам раком станешь».
– Здесь, наверное, не место и не время рассказывать, не по теме? – преподаватель смутился и покраснел.
– Почему же не по теме? Мы о профессии спрашиваем, об искусстве. А Вы, живая легенда! – не унималась Роза. Остальные одобряюще загудели.
– Павел Васильевич,
– Да? Ну ладно, расскажу. Правда, это отдельная тема, может даже есть смысл более подробно остановиться. Я не совсем готов сейчас, – преподаватель глубоко вздохнул, посмотрел куда-то вверх, собираясь с мыслями, – некоторые из вас могут стать театральными художниками. Это не только костюмы, придётся делать масштабные работы. Вот вы жалуетесь, что после картошки было мало времени, чтобы подготовиться к нашему мини конкурсу. А представьте себе холст шириной в 20 метров на 8 метров в высоту! Это же, сколько одной только краски нужно? Сколько кистью махать. И это не просто стену закрасить, в один цвет. Это полноценная картина, образ, атмосфера. Я был молод, полон энтузиазма, как сейчас говорят, шкура горела. Я сразу ставил десять вёдер краски разных цветов! И погнал, и погнал!
… Ну, всё, понесло старика. Ишь, как глаза загорелись, прямо помолодел. Девчонки-дуры, рты пооткрывали, а он хвост распушил, руками машет…
– Между прочим, мне пришлось из театра уйти. Сейчас понимаю, что был не прав. А тогда обижался. На каждом худсовете, скандал. Режиссёр кричит: «Вы срываете спектакль! Зрители, не к месту орут, музыки не слышно!»
… Ну, силён, старик. Оказывается, его из театра выгнали за то, что шедевры писал. А я слышал, что за пьянку…
– Надо сказать, – продолжал свой рассказ преподаватель, – дирекция театра меня поддерживала. Зритель идёт, зрителю нравиться, билеты продаются, театр план выполняет. Значит, всё хорошо. А режиссёры, просто завидуют моему успеху. Так я тогда думал. А потом, вдруг собрали худсовет, и говорят, или ты делай как надо, или уходи. Нам нужно, говорят, чтобы зритель на исполнителя смотрел, а не зевал по сторонам и не орал, почём зря. Обидно мне стало, и я ушёл. Не сразу понял, что был не прав. Понимаете, почему не прав?
… Ну да, понимаем. Если не объяснить, будут думать, что за пьянку выгнали.
– Театр, это коллективное искусство. Синтез, сочетающий в себе, музыку, костюмы, свет, голоса, движения, ну и оформление, конечно. Это, как оркестр. Необходима гармония. Что будет, если барабанщик в оркестре не станет обращать внимания на других музыкантов? Музыки не будет, понимаете?
– Может, остальным следовало подтянуться за Вами, а не пытаться принизить Вас? – снова вставила Роза.
– Вот и я, по молодости так думал. Вместо оформления, создания атмосферы для балета, для танца, я думал только о себе, и упивался произведённым на публику впечатлением. А кто там по сцене бегает, мне было всё равно.
– Как Вы сейчас объясняете, – не выдержал я, – получается, что великие композиторы, создавшие музыкальные шедевры, прежде чем писать свои ноты, должны были сначала посоветоваться с режиссёром и художником-оформителем? Так что ли?
– Нет, не так, Дмитрий. Сначала создаётся музыкальное произведение, а театр его использует, как основу для спектакля. Представляете, играет музыка, создаёт атмосферу, настраивает зрителя. Открывается
– Что же такое нужно показать, чтобы вызвать овацию зрителей одной лишь только картинкой? – снова не выдержал я.
– Если задаться целью, Дмитрий, то это не сложно. Иногда синяк под глазом производит неизгладимое впечатление на окружающих.
Услышав реплику преподавателя, все в классе засмеялись.
– Представьте себе, – продолжил он, – после музыкального вступления, исполненного настоящим оркестром, а не хрипучим радиоприёмником, из тёмного зала, перед зрителем открывается громадное полотно, освещённое десятками прожекторов! На улице дождь, серость, слякоть и вдруг шикарный дворец, за колонами которого Средиземное море и восходящее солнце на фоне голубого неба! Зал встречает его неутихающими аплодисментами и криками, браво! А, на маленькие фигурки танцоров, выбегающих в этот момент на сцену, никто поначалу и не смотрит, их попросту не замечают.
… Синяк под глазом? Это он про меня. И все смеются, все помнят. Неужели, Роза рассказала? А может, Светка? Уж ни Димка ли? Смеются, наверное, за моей спиной. Всё впечатления от победы в конкурсе, было испорчено. Так вот, почему победителей два. Не хотели, чтобы я был первым…
Глава-10 Прощание
Вот уже отзвенел последний звонок и нам вручили дипломы. Хвали, и поздравляли всех, но особенно меня, и Димку. Преподаватели хвалили не стесняясь. Сказали, что дадут рекомендации для поступления в Академию художеств. А я даже порадоваться не мог, потому, что рядом снова был Димка. Я не хотел с ним, ни в какую Академию. Да и думать об этом было рано. Впереди ждала армия.
Девчонки из группы бегали, требуя устроить прощальный вечер. Оказалось, что и повод был. Роза, оказывается, выходит замуж, и уезжает в другой город, где её ждёт жених и свадьба. А поскольку это далеко, она приглашает всю группу для прощания к себе в гости, в квартиру, которую для неё снимали родители. Идти я не хотел, мне эти рожи и без того надоели. Но подумав, я всё же решил пойти. Хотелось посмотреть на Розкино гнёздышко, где наверняка не раз тусил Димка, хотя скрывал это. А ещё, мне хотелось навсегда с ним распрощаться, и сказать ему в лицо всё, что я о нём думаю. Чтобы, наконец, выкинуть его из своего сознания.
В тесной квартирке не всем было место, чтобы сесть. Сидели, кто на чём. Играла музыка, девчонки хотели танцевать, но из-за тесноты топтались на месте. Я с удивлением обнаружил, что некоторые из девчонок очень даже ничего. Выросли что ли, или вырядились так. Напились быстро, галдят, каждый своё. В углу уже тискаются, ишь ты, на кухню пошли. А Светка и правда хороша, только на меня она больше не смотрит. Но Роза, Роза, затмевала всех. Она как-то слегка округлилась и превратилась в шикарную бабу, с какой стороны ни глянь. И глаза такие томные. Вот бы раздеть, я бы её, так… «нарисовал!» Вот только смотрит она этими глазами не на меня, а на Димку. Он сначала не замечал, а может вид делал, так она чуть ли ни на колени к нему залезла. Экая похотливая сучка, это она так замуж выходит? А Димка, так даже отталкивает её, спорит с пацанами. Какой-то он нервный, надо послушать, что там случилось.