Одержимость
Шрифт:
Но альтернативой была Кейтлин.
В этот раз убийственная улыбка легко появилась на его лице. Это была улыбка для себя, полная самоиронии. Потому что Кейтлин была очевидным выбором, девушка была теплой и желающей, и с ней, определенно, было приятно соединяться сознаниями. Ее жизненная энергия обрамляла ее мерцающим рубиновым светом, ее сознание было местом с синими прудами и горящими метеорами. Аура, окружавшая ее подобно заряженному полю, весь день искушала его.
Ему потребовалось много усилий, чтобы не окунуться в этот ореол
И только полный дурак мог отказаться от помощи, которая предлагалась ему добровольно.
Пробираясь сквозь сыплющийся песок, в то время как ветер метался рядом с ним подобно заблудшему духу, Габриэль улыбался.
Затем он начал двигаться к одному из коттеджей, в окне которого виднелся свет.
Кейтлин проснулась и прокляла себя.
Она совершенно точно не собиралась засыпать. А сейчас, разумеется, Габриэль уже ушел. Она чувствовала его отсутствие.
Как же она могла быть такой дурой?
Теперь у нее был опыт в бесшумном ускользании от Роба.
Кейт чуть не вскрикнула, когда вышла из фургона навстречу ветру.
«Нужно было взять куртку».
Но было бессмысленно теперь об этом думать. Опустив голову, обхватив себя руками, она начала мысленный поиск.
Тут у нее тоже уже был опыт: в поисках Габриэля. У него хорошо получалось прятаться, но она знала, что искать. Всего через секунду она это обнаружила, далекое ощущение сверкающего льда. Как бело-голубая искра на краю ее сознания. Кейт развернулась и пошла.
Это была суровая прогулка. Ветер вздымал пелену песка от ее шагов. Когда вышла луна, стало видно мелкие частицы, исчезающие в воздухе подобно призракам. Также стало видно огромную скалу в форме стога сена, возвышающуюся в океане, где в принципе не должно быть скал.
«Жутковатое место».
Кейтлин старалась не думать о психических атаках и мистере Зитсе. Разумеется, она сумасшедшая, раз пошла сюда одна, ну, а что она могла сделать?
Ветер пах соленой водой. Слева от нее раздавался мелодичный, но при этом громкий шум волн. Кейт отошла в сторону, чтобы не натолкнуться на куски дерева в воде и затем резко повернулась, направившись к скоплению коттеджей. Там. Габриэль был близко. Она это чувствовала.
В следующий момент она его увидела, темный силуэт рядом с освещенным окном. По Кейтлин прошли волны тревоги. То окно, она знала, что он делает, бродя рядом с домом. А что если он уже…
«Габриэль!»
Возглас был невольным, выжатым из нее паникой. Сердце Кейт начало биться с глухим стуком до того, как она поняла, что Роб и остальные были не в радиусе связи.
А вот Габриэль был. Он повернулся.
«Ты что здесь делаешь?»
«А сам ты что здесь делаешь? — задала она ему встречный вопрос. — Что ты сделал, Габриэль?»
Она видела, как он сомневается, затем он резко отошел от окна и широкими шагами направился к ней. Она
— Я что, не могу пойти погулять без преследования? — спросил он злобно.
Кейтлин дала себе немного времени перед тем, как ответить. Она пыталась разгладить волосы, которые ветер превратил в гриву спутанных прядей и колтунов. И ей нужно было перевести дух.
Наконец она взглянула на него. Уличный фонарь освещал только половину его лица, другая часть оставалась в тени. Для Кейтлин этого было достаточно. Его кожа выглядела туго натянутой, так, что было видно кости. Под глазами были темные круги. И было что-то в выражении его лица… то, как он смотрел на нее, сузив глаза, рот слегка приоткрыт. Он быстро дышал.
Габриэль был в критическом состоянии, и, нет, он еще не пробрался в тот коттедж.
— Так вот что ты делаешь? — спросила она. — Прогуливаешься?
— Да. — Его рот открылся шире. Взгляд стал дерзким. Он намеревается из этого выкрутиться. — Время от времени мне надо удирать от вас. Я не могу выносить так много мыслей Кесслера.
— Так ты просто хотел уединения. — Она шагнула к нему. — И ты решил, что самое время немного прогуляться.
С поразительной внезапностью он сверкнул своей самой ослепляющей улыбкой.
— Именно так.
Кейт сделала еще шаг. Улыбка исчезла так же быстро, как и появилась. Лицо стало мрачным.
— Посреди ночи… В мороз.
Сейчас он выглядел опасным. Мрачным и опасным, как волк на охоте.
— Все правильно, Кейт. А теперь будь хорошей девочкой и возвращайся в машину.
Кейтлин еще придвинулась, настолько близко, что ощущала его тепло, так же, как и он мог ощутить ее. Она чувствовала, как его тело сразу же напряглось, видела, как глаза потемнели, и услышала, как дыхание стало неровным.
— Я никогда не была хорошей девочкой. Хоть у кого дома спроси, говорили, что у меня проблемы с общением. Так ты совершенно случайно бродишь вокруг этого дома?
Он воспринял внезапную смену темы разговора, не моргнув. Но говорил он сквозь зубы.
— А что еще я могу делать?
— Я подумала, — сказала Кейт, наклонив голову, чтобы посмотреть на него, — что, возможно, тебе кое-что нужно.
— Мне не нужно ничего и ни от кого!
И тут она добилась чего-то невероятного, она заставила Габриэля отступить от нее. Он двинулся назад, отходя до тех пор, пока его не остановила бетонная стена позади.
Кейтлин не дала ему возможности перестроиться. Она осознавала рискованность того, что она делает. Габриэль был готов наброситься, и он способен на насилие. Но Кейт не позволила себе думать об опасности, она могла только думать о горящей муке в глазах Габриэля.
Она приблизилась к нему, теперь так, что они почти касались друг друга. Аккуратно, осознано она положила руки ему на грудь. Она могла почувствовать, что его сердце бьется, как у загнанного оленя.