Одержимость

Льюис Сьюзен

— Можно было оставить записку.

— Ах, пардон, мадам. Так ты выезжаешь или снова ехать мне?

— Я выезжаю. Но не ори на меня, когда я приеду. Или я тут же развернусь.

— Черта с два! А сейчас собирайся побыстрее.

— Кристос, — Кори уже собиралась повесить трубку.

— Да?

— Ты хоть немного переживал, оттого что я не звонила?

— Я места себе не находил всю неделю.

— Какой ты лжец, Беннати!

— Спроси свою подругу Полу, — бросил он, и линия умолкла.

— Да-да. Я позвонила

ему, — созналась Пола. — Рассказала про твою детскую гордость. Ты вела себя, как идиотка.

— Ты заслужишь прощение, если объяснишь, почему он мне не звонил. Без твоей подачи.

— Потому что, несмотря на всю свою занятость, он проделал неблизкий путь в Лондон на прошлой неделе, вытащил тебя из монтажной, провел с тобой ночь, удовлетворяя твой сексуальный аппетит, сказал, как сильно тебя любит, он, которому ты отказалась ответить в том же духе. Короче, сделал все, в отличие от тебя, — ты просто упивалась полученным. У него ведь тоже есть гордость…

— Не так быстро, — перебила Кори. — Он все это сам выложил?

— Не такими словами, но примерно так же. Во всяком случае, он тебе позвонил, так что не трать зря время и мотай в Уилтшир.

Меньше чем через два часа Кори уже сошла с поезда на Чиппенхэм-Стэйшн, прямо в туман. Закуталась в шарф, поглубже натянула фетровую шляпу, спасаясь от кусачего холода. Словно в другой стране, думала Кори, шагая по платформе на тусклый свет выхода. Она сообщила Женни, каким поездом приезжает, но, похоже, встречающих нет.

И вдруг услышала свое имя — это не Кристос, но американский акцент слышен отчетливо.

— Кори! Кори Браун? Где ты?

— Здесь, — ответила она и, аукая, они с незнакомцем нашли друг друга.

— Привет, — Кори схватилась за шляпу в страхе ее потерять, когда пришлось запрокинуть голову.

— Привет, — ответил он. — Я Ричард, муж Женни. У Кристоса, к сожалению, встреча с Бадом Уинтерсом, исполнительным продюсером. В общем, давай выбираться отсюда.

Кори в ответ рассмеялась.

Через несколько минут они уже сидели в «мини», Женни нехотя предоставила машину Ричарду, уверенная, что он ее непременно испортит.

— Она меня с ума сведет, — сообщил Ричард, когда они дюйм за дюймом продвигались по дороге к мутной линии огней. — Просто маленький ребенок, а не чертова машина, — прошу пардону за мой французский, как говорите вы, англичане.

Кори развеселилась — умора смотреть на Ричарда в «мини», баранка болталась у него где-то между ног.

— Давно такая погода? — поинтересовалась она.

— Всю неделю. Кристос прямо не нарадуется…

— Надо же! — перебила Кори. — А я думала, в такую погоду невозможно снимать.

— Ему нравится. Говорит — то что надо. А по мне — настоящий кошмар. — Он улыбнулся. — А Бад Уинтерс на всем этом наживает себе язву. Он ведь за все платит, но результаты его пока устраивают.

— А что

уже снято за неделю? Какие сцены? — поинтересовалась Кори.

Ричард перечислил эпизоды, которые уже отсняли, сопровождая свой монолог яркими описаниями. Кори, поглубже укутавшись в пальто, слушала не перебивая. Примерно через полтора часа он вдруг заявил:

— На случай если тебе интересно, сообщаю — мы заблудились.

Кори со смехом открыла карту и отыскала их местонахождение, недалеко от Бата. Через час они наконец притормозили возле отеля «Мэнэр хаус» в Кастл-Комб.

Кори вышла из машины и покатилась со смеху, глядя на попытки Ричарда выкарабкаться из машины. Из тумана материализовался Кристос.

— Черт побери! Где вы были? — завопил он на Ричарда. — Я уже собирался вас искать.

— Отстань! — рявкнул Ричард из своего полулежачего-полусидячего положения. — Она ведь здесь, не так ли? На случай если ты из-за сильного тумана не разглядел.

— Добрый вечер, Кристос, — вежливо произнесла Кори. Беннати же все еще злился. Он помог Ричарду подняться на ноги, обошел машину, схватил сумку Кори и потащил в отель. Какие-то люди из его съемочной группы, сидя у горящего камина в холле, проводили их любопытными взглядами. Кристос провел ее по лестнице, потом по замысловатому коридору с дубовыми панелями прямо к себе в номер.

— Сюда! — рявкнул он, указывая на узкий проход.

Кори прошла вперед, бросив взгляд на потолок из дуба, когда они миновали широкую арку, ведущую в шикарную мраморную ванную. Дальше угадывалась тяжелая дверь из красного дерева, за которой скрывалась самая замечательная спальня, какую она когда-либо видела, с кроватью королевских размеров. Комнату украшала старинная мебель, а за мощной каменной аркой находился камин.

— Направо, — Кристос пнул закрытую дверь и резко развернул Кори к себе лицом. — Будешь еще со мной вытворять такое? Я не играю с тобой, Кори. Я люблю тебя. Я уже говорил и повторяю снова. И, черт побери, не собираюсь терпеть твою смешную гордость.

— А как насчет твоей? — с горячностью парировала девушка. — Ты ведь мог позвонить?

— Я хотел услышать телефонный звонок, твой голос на другом конце, хотел понять, что ты в состоянии отыскать номер телефона и позвонить мне. Ты ведь еще не скажешь мне, что любишь меня? Это уже слишком, да?

— Нет, не слишком. Но перестань на меня кричать, а то уеду.

— Только посмей! И перестань подражать американкам. Ты англичанка, я люблю тебя потому, что ты англичанка. Люблю тебя, что сводишь меня с ума оттого, что ты англичанка. Чего смешного?

Кори указала глазами.

Кристос обернулся и увидел рядом с кроватью Женни.

— Дьявол! Ты что тут делаешь! — заорал он.

— Ричард забрал ключи от нашего номера, я сидела возле твоего камина и читала, — спокойно объяснила она.