Одержимый: Книга третья
Шрифт:
— Понял! — проорал мой захваченный развернувшимся сражением сотоварищ, обрушивая на рванувших к нам мертвяков новый „Шквал льда“.
— Хорошо! — рявкнул я в ответ, разряжая стреломёт в бегущего первым противника.
Один, два, три, четыре. Четыре мертвяка, упав с разнесёнными на части башками, образовали в коридоре небольшой затор, приостановив остальных на краткий миг. И это мгновение передышки я использовал для того, чтоб пару раз выстрелить в разошедшегося лича, который явно вознамерился быстро завершить схватку, тупо задавив своего противника силой, с целью чего непрерывно атаковал Стива мощными „Всполохами Тьмы“.
Правда,
Следующий „Всполох Тьмы“ ударил в меня. Врубился чёрным клином в полыхнувший нестерпимо белым светом „Щит Света“ и развеялся тут же. А я едва не подскочил до потолка, из-за того, что, висевшая на моей шее, на цепочке, серебряная пластинка с вязью рун, внезапно раскалилась.
Сдох мой оберег… Который я, повинуясь наитию, прикупил перед этим походом в Римхолле. Не пожалев пять серебряных ролдо на побрякушку, что способна лишь от единичного удара магии вплоть до четвёртого круга прикрыть. Пригодилось… Но лучше бы это был амулет…
Хорошо быть быстрым — это несомненно. Жаль только, несмотря ни на какую скорость, человеческое тело, физически неспособно опередить летящую в его молнию… Коей предстал пред моим взором стремительный полёт следующего обращённого в меня „Всполоха Тьмы“. Я даже не стал пытаться уклониться, понимая, что при всём желании — просто не успею. Попробовал другое, невесть с чего пришедшее в голову, — стремительную трансформацию ауры…
Мощь, чудовищная мощь раскаленной глыбой вонзилась меня, вдавилась в грудь, толкнула, и потащила за собой… Я заорал от нестерпимой боли, внезапно ощутив себя сгорающим на костре грешником, но уже спустя пару мгновений резко замолк. Подавился воплем, с такой силой ударившись спиной о камень, что из меня выбило дух.
— А… Кха… кха!.. — грохнувшись на пол лицом вниз, прохрипел я, сплёвывая заполнившую горло кровь. Приложило меня неслабо… Даже заставившее меня орать от боли непередаваемое ощущение словно огнём объятого тела куда-то отступило…
Стиснув зубы, я предпринял попытку приподняться, опершись левой рукой о каменную плиту. Получилось, хоть и с трудом. Постоял так чуть, на карачках, собираясь с силами и превозмогая стремительно возвращающуюся боль. Помотал головой, разгоняя стоящий перед глазами алый туман, ещё крепче стиснул зубы и резким рывком поднялся на ноги. Встал, выпрямился. И тут же пошатнулся, едва не рухнув назад на пол. А когда немного разъяснилось перед глазами, огляделся. И обнаружил себя далеко от места схватки — в самом конце коридора. Куда меня отшвырнуло магическим ударом… Непонятно как. Ведь „Всполох Тьмы“ не относится к заклинаниям прямого ударного действия, как, к примеру, „Молот Воздуха“…
Превозмогая боль, снедающую огнём горящее тело, и царящий в голове разброд, я обратил своё внимание на кипящую впереди схватку. Практически подошедшую к закономерному концу… Стив выдохся. Окружающий его „Водяной полог“ светился тускло-тускло и едва не гас под обрушивающимися на него ударами „Всполохов Тьмы“, а с жезла больше не слетали „Шквалы льда“…
Вновь
— Ну тварь… — выхаркнул с опять наполнившей рот кровью я, ощущая как поднимается в душе всепоглощающая, всепожирающая ярость. И успел лишь сказать встревоженной нечисти, кругами носящейся вокруг меня, прежде чем утратил возможность здраво рассуждать: „Бес… Аура…“
Хотя ему и этого хватило, чтобы понять недосказанное. Срываясь с места, я ещё успел заметить, как начали стремительно чернеть простирающиеся вокруг меня жгутики-нити, берущие начало в плотном коконе моей ауры. Впрочем, тут же о столь немаловажной детали и позабыл. Полностью сосредоточился на вымещении своей ярости…
— Дум! Дум! Дум!.. — разнеслось по подземелью гулкое буханье по полу моих подбитых сапог.
— Шхаарр… — прокаркал вздымающий посох лич.
А мертвяки промолчали, просто устремляясь навстречу мне.
„Всполох Тьмы“ промелькнул и исчез, целиком растворяясь в моей ауре и словно воспламеняя мою кровь. И я резко ускорился, получив в своё распоряжение целый океан энергии, что заставляла огнём гореть тело.
У ничтожной низшей нежити не было никакой возможности прервать мой чудовищно быстрый рывок к их повелителю. Неожиданно встретив на своём пути мертвяков, я лишь зло ощерился. И прыгнул, группируясь в полёте. Врезался в толпу поднятых из могил человечишек, и их буквально разбросало по сторонам, размазало по стенам. А я, перекатившись, и подхватив с каменных плит лежащий на них невесомый фальшион, продолжил свой бег.
Гнусь эта — мёртвый маг, не успела удрать. И уж тем более что-то мне сделать. Если не считать нового „Всполоха тьмы“ сорвавшегося со змеиного посоха лича. Но удар магии не нанёс мне никакого реального ущерба, а лишь заставил ещё больше взъяриться.
Исходя лютой злобой, я налетел на своего врага и низверг его с высоты. Мы вместе рухнули на пол и покатились по нему. Но поднялся я, разумеется первым… И, оскалившись, рубанул фальшионом ничтожное создание. Отсекая правую руку, которой мёртвый маг попытался прикрыться. А затем обрушил клинок на шею. И пару долгих мгновений смотрел на оставшийся в руке обломок меча. А затем на пытающегося отползти от меня лича, под разрубленным воротом плаща которого виднелась широкая полоса белого металла.
Ещё миг соображал, что же делать. Нахмурился. Отбросил оставшийся от фальшиона никчемный обломок. И, придумав, радостно ощерившись, поднял правую ногу. Чтоб тут же опустить её на голову своего врага, втаптывая древнюю черепушку в камень…
Громкий хруст прозвучал как услада для моих ушей. И я довольно улыбнулся, глядя на поверженный костяк. Правда, тут же согнал с лица ухмылку, когда кто-то набросился на меня сзади.
Крутнувшись юлой, я развернулся лицом к новому противнику. К поганому мертвяку… Которого мгновенно схватил за горло. Приподнял, отрывая от пола. Склонил голову набок, разглядывая посмевшее напасть на меня ничтожное создание. И руку медленно сжал. До хруста переломанных позвонков. После чего отбросил от себя безвольно повисшее тело.