Одержимый. Рыцарь Империи
Шрифт:
– Мы это… для проверки-то… всего пару стрелок этих потратили, – неправильно расценив мое молчание, поспешил заметить чуть занервничавший Пит. – А остальные – целехонькие в фургоне лежат.
– Ага! – немедля подтвердил Кристоф. – Все пересчитаны трижды и запрятаны подальше!
– Это да… – в голос рассмеялся Гнат. А потом поделился своим весельем с нами, мотнув головой на Пита с племяшом, пояснив: – Обормоты эти, после проверки своей, как узнали, во что один только выстрел обходится, так чуть не подались в бега. А боезапас найденный пересчитывали потом раз пять. И подходить к нему никому
– Так только благодаря этому трофеи сэра Кэрридана и не растащили, – буркнул Пит.
– Точно! – закивал Кристоф в поддержку слов своего дядьки. – Если бы мы не гоняли всяких любопытствующих, так точно бы половины собранного со злодеев добра недосчитались.
– А что, все-все прям собрали? – усмехнулся я рачительности своих людей.
– Все подчистую, – тут же заверил меня Пит.
– Они даже упряжь ременную с дохлой виверны содрали, не поленились, – дополнил его ответ Гнат. – К живым только сунуться побоялись.
– Что-то я не заметил, чтобы и ты к ним подходил! – язвительно буркнул на это Пит.
– Ладно, прекращайте, – легонько взмахнул я рукой, останавливая разгорающийся спор. – Собрали все и собрали. Молодцы. А с живыми вивернами мы разберемся чуть позже. Есть у меня одна мыслишка на этот счет…
– Сначала поразмыслить бы над изменениями в плане охраны леди Кейтлин, – тут же прозрачно намекнул помрачневший Джегар на то, что в данный момент есть темы для обдумывания и поважней, над которыми действительно стоит голову поломать. – Чтоб не повторилось подобное.
– Это уж само собой, – моментально посерьезнев, заверил его я. – Тут мы будем самым тщательнейшим образом разбираться да определенно что-то менять. Ну и крепко думать над тем, что предпринять, дабы никто даже помыслить не мог, чтобы на леди покушаться.
– Добро тогда, – удовлетворенно кивнул успокоившийся глава телохранителей моей невесты. И, приметив Кейтлин и Гэла, вышедших в это время из ее шатра, поднялся с бревна. Стреломет Питу в руки сунул, а сам повернулся ко мне. Чтоб довольно эмоционально, не скрывая обуревающих его чувств, сказать: – Благодарю вас, сэр Кэрридан! Благодарю за то, что вы сделали даже больше, чем это в человеческих силах, для того, чтоб не дать случиться похищению леди Кейтлин.
На что я только плечами неловко пожал да чуть смущенно сказал:
– Да чего там…
– Чего – ничего, а если бы не вы… – вздохнул опять помрачневший Тапс. И, мотнув головой – не иначе как отгоняя от себя гнетущие мысли о том, какая трагедия чуть не случилась, твердо добавил: – Да, не стоит вам свои заслуги принижать, сэр Кэрридан. Видел я, во что превратился ваш доспех. Так что представляю, насколько нелегко, если не сказать больше, дался вам этот бой с похитителями. – И, махнув рукой, ушел.
А следом за Джегаром и остальные мужики свинтили. Не дожидаясь, стало быть, когда у фургона опустится поднятый магессой в воздух плоский камень, облюбованный нами еще при разбитии лагеря в качестве стола, да подойдет она сама.
Гэл, притащивший с собой целый поднос еды, тоже надолго не задержался. Плюхнул все на замерший на земле камень и быстренько свинтил куда-то. Оставив меня наедине с бесподобной Черной Розой Империи.
Я же с определенным беспокойством
Но, к счастью, мои опасения не оправдались. Ди Мэнс, присевшая рядом со мной на бревно, начала разговор совсем о другом.
– Вот поешь, Стайни, – мягко предложила леди, придвигая ко мне поднос с едой. Добавив при этом для вящей убедительности: – При такой жуткой кровопотере и упадке жизненных сил, как у тебя, просто необходимо усиленное питание.
Я поначалу ушам своим не поверил! И недоверчиво покосился на стервозную демоницу, которая сегодня – сама доброта. Но, понятно, отказываться от еды не стал. С превеликим удовольствием умял больше половины немалого блюда свежеподжаренной драконьей печени да выпил пару стаканчиков отличного красного вина. После чего, отвалившись от камня-стола, довольно погладил брюхо. После такого отличного угощения у меня действительно сразу сил прибавилось. И жизнь прямо новыми красками расцвела…
А изредка бросающая на меня взгляды леди просто сидела рядом и молчала, держа в руках стаканчик с вином и даже не пригубив его. И только потом, когда я насытился, тихо, негромко молвила:
– Спасибо, Ста… Кэрридан.
– Да не за что, собственно, – смутился я. Ведь было отчего – вроде как впервые на моей памяти моя невеста обратилась ко мне по имени.
– Есть, есть за что, – заверила меня девушка. После чего неохотно созналась: – Я допустила ошибку. Немного не рассчитав своих сил, слишком выложилась в схватке с магическим драконом. Из-за чего не смогла потом эффективно противостоять новому противнику и дать ему должный отпор. Да и наличие подобного артефакта подчинения у нападавших оказалось весьма неприятным сюрпризом для меня.
– Да дело тут вовсе не в ошибочности тактики, избранной вами для схватки с льдистым драконом, а исключительно в том, что после нее нас просто застали врасплох, – возразил ей я. – Не подумали мы, к сожалению, что с этой охотой сами можем оказаться дичью.
– Это да, – согласилась ди Мэнс. После чего, чуть помолчав, заметила: – Придется, видимо, что-то в этом плане менять.
– Угу, – утвердительно кивнул я, выражая свое полное согласие с этим. Продолжать охотиться на драконов по-прежнему, словно ничего не произошло, действительно не дело.
Девушка меж тем вздохнула. А затем, устремив невидящий взгляд на камень перед собой, повторила ранее уже сказанные слова благодарности, произнеся уже гораздо уверенней и тверже:
– Спасибо, Кэрридан. Спасибо за то, что помог. – И, бросив быстрый взгляд на меня и тут же отведя глаза, совсем тихо добавила: – И… И за то, что избавил от этого мерзкого ошейника. А не поддался соблазну воспользоваться артефактом Ушедших для того, чтоб подчинить меня себе.
– Обидно, знаете ли, леди, слышать о том, что вы хоть какие-то сомнения имели на этот счет и полагали меня способным такой поганый поступок в отношении вас совершить, – поиграв желваками, с искренним возмущением произнес я. И хмуро бросил: – Не такая уж я скотина, за которую вы меня, похоже, держите.