Один в поле
Шрифт:
Мысленно произношу «Да»
— Спасибо за ваш выбор! Установка пакета ориентировочно займет 3654 часа по стандартному земному времяисчислению.
В следующий момент мое сознание вновь провалилось в непроницаемую тьму беспамятства.
Глава 13. Новые возможности, новые планы, новые надежды
— Сознание оператора восстановлено в полном объеме после псионического воздействия неизвестной природы.
Инсталяция комплексного пакета «Магия» успешно завершена.
Эволюции:
— объем резерва псионической
— генерация энергии пси организмом оператора составляет 125 у.п.е. в минуту,
— проводимость естественных каналов организма составляет 500 у.п. е в секунду.
Аугментации:
— выявлена существовавшая ранее параллельная система энергоканалов, проводимость 100 000 у.п.е. в наносекунду, активируется при перегрузке естественных энерговодов, происхождение неясно.
Ощутил себя в каком-то слабо освещенном месте. Кругом камень. В правой руке деревянное древко, на которое насажено что-то металлическое с двух концов заостренное. Понять сразу, что это за штуковина у меня в руках, мешала жуткая головная боль.
Поднес левую руку к лицу нащупал густую волосяную поросль, опускающуюся едва ли не до груди. Провел по голове — полосы до плеч, перехвачены веревкой в хвост, насколько я понимаю, чтобы не лезли в глаза. Обут в сандалии — толстая кожаная подошва фиксируется на ноге неширокими ремешками. Одежда: штаны и толстовка — всё пошито из грубой серой ткани без рисунка.
Где я? Как тут оказался? Голова трещит, не могу сосредоточиться.
Присел на ближайший камень. Отложил инструмент в сторону и сжал виски ладонями. Мне казалось, если бы я этого не сделал, головной мозг взорвался бы и разнес черепушку на мелкие кусочки.
Наконец боль шаг за шагом начала отступать. Мой взгляд остановился на валяющейся у моих ног штуковине. Кирка — вот как это называется. С её помощью можно долбить неподатливый камень и добывать красивые кристаллы солнечного камня. А еще киркой можно запросто проломить голову человеку.
Я, вроде бы, делал это несколько раз. Точно. Сюда приходили люди, требовали, чтобы я отдал им… Что отдал? Ах да!.. эти красивые золотистые камушки. Я не хотел отдавать свою добычу. Но люди настаивали, и мне пришлось их всех убить, а тела бросить в запретную шахту. Сначала их было двое, потом четверо, наконец пятеро. Потом меня оставили в покое и перестали мешать долбить камень и добывать солнечные кристаллы…
Неожиданно отупляющая боль в голове рывком исчезла. Вот она только что давила изнутри на черепную коробку, пытаясь взорвать мозг, и вот её вдруг не стало. Я поднял голову. Осмотрелся. И в следующий момент в моем сознании будто плотину прорвало. Наконец я понял, кто я есть и как сюда попал.
Перед глазами появилось неприятное лицо Вереша Лонгини, в ушах прозвучал его каркающий голос: «Удачи тебе парень… Хе-хе-хе!».
— Сука! Тварь! — не удержался я, хоть и бесполезно ругаться — никто все равно не услышит в этой глубокой заднице, именуемой Гора.
В голове начали складываться события, ранее пролетавшие мимо моего сознания. Не знаю, что сделал со мной колдун, но мозг он мне отморозил капитально. После его манипуляций, я превратился, если не в овощ, но в отпетого дебила уж точно. Более или менее ухаживать за собой я мог, выполнять простые команды также было мне по силам, но делал
Итак, после того, как маг форта Вереш Лонгини основательно взболтал содержимое моей черепушки, меня отстегнули от ложа, велели одеться и отвели в одиночную тюремную камеру, расположенную в том же подземелье, что и лаборатория мага.
На следующий день был суд. Скорее фарс. Меня ввели под охраной двух мужиков с винтовками в какое-то помещение и заперли в клетке с толстенными прутьями. Затем в помещении появились трое судейских. В качестве свидетелей со стороны обвинения были опрошены стражники, дежурившие в тот день у ворот вместе с несчастным Урием, и мэтр Лонгини. Со стороны защиты не выступил никто.
Парни рассказали, что подсудимый представился как Лёд и никаких подозрений у них не вызвал, ну если только своим непрезентабельным видом. Для них стала полной неожиданностью реакция дежурного мага. Он закричал «Одержимый!» и «вдарил со всей дури каким-то заклинанием». Потом вызванные на подмогу бойцы оттащили обездвиженное тело вместе с вещичками в лабораторию его магичества Лонгини.
Маг, в свою очередь, подтвердил факт моей доставки. Он также со всей ответственностью заявил, что одержимости у подсудимого выявлено не было. В связи с открывшимися обстоятельствами, меня освободили от захватов, позволили одеться, забрать вещи и отправляться на выход. Однако в какой-то момент охотник по имени Лёд повел себя неадекватно. Схватил нож и ударил им в грудь бедняге Урию. Благодаря своему богатому опыту, мэтру Верешу Лонгини удалось применить ко мне одну из ментальных практик. Он, конечно же, сожалеет, что немного перестарался, отчего в данный момент подсудимый находится в невменяемом состоянии.
На что председатель судейской комиссии лишь махнул рукой:
— Не переживайте, мэтр Лонгини, вашей вины тут нет.
На этом, собственно судебные прения закончились.
Последнее слово, по причине невменяемого состояния, мне никто не предоставил.
Вердикт суда гласил: «Подсудимый виновен и приговаривается к пожизненному заключению на каторге Гора».
В одиночной камере меня продержали еще примерно неделю.
После доставки на континент очередной партии каторжан, меня перевели в барак для пересыльных.
Попытки поиздеваться над «уродом» со стороны уголовников окончились для них многочисленными переломами конечностей, ребер и одним потерянным глазом. Тот факт, что сознание не принимало участие в моей жизни не отменял наличие наработанных боевых навыков и отточенных многолетней практикой рефлексов. А уровень подготовки уголовных элементов был никакой. Так что я не позволил ни одному из них даже прикоснуться к себе, а насчет ударить и речи не было. Ворвавшаяся в барак для предотвращения «избиения младенцев» охрана также огребла по полной. Благо с бойцами обошлось без членовредительства. Лишь дежурному магу удалось обездвижить разбушевавшегося меня каким-то заклинанием. После этого случая попыток отомстить за изуродованных товарищей не было зэки предпочитали меня игнорировать. Памятуя о том, как я легко раскидал голыми руками вооруженных дубинками мордоворотов, охранники также меня оставили в покое, даже зауважали и пайку увеличили, мол такому богатырю требуется много еды.