Одиночество души

Николаева Наталья

– Ты сводишь меня сума, своей равнодушностью ко мне. Я больше не могу держаться в стороне.

После этого по шее, ушку, щеке посыпались легкие поцелуи, от которых мурашки пробежали по всему моему телу. Шелковый халат резко срывается его руками на пол, и моя голая спина плотно прижата к его груди. Руками держусь за стол, наслаждаясь горячими поцелуями уже по плечам. Его руки властно и требовательно ощупывают моё тело, которое предательски откликается жаром и томлением. Вот уже стою лицом к нему, закрываю глаза и отвечаю на долгожданные спасительные поцелуи. Да, этого мне не хватало все эти дни: этих чувств, этих рук и этого наслаждения. Когда все переживания и претензии, волнения и проблемы уходят на задний план, ничего не отвлекает,

только наслаждение и забвение. Видимо, я страстно отвечаю на поцелую, после которых слышу животный рык от Станислава Николаевича. И вот я уже сижу на кухонном столе, крепко вцепившись в его спину. Наша страсть была огненной и впервые такой жадной, как будто время поджимало. Оба спешили слиться и получить долгожданной разрядки, не замечая, где мы находимся. Позже, тяжело дыша и крепко прижавшись друг к другу, минут пять приходили в себя. Прерывает эту приятную идиллию телефонный звонок, от которого Станислав Николаевич разочарованно простонал, говоря:

– Как всегда не вовремя. Я скоро, – чмокнув меня в нос и натянув брюки, быстро вышел из столовой, оставив меня сидящей голой на столе.

Да уж, картинка еще та! Даже самой смешно стало. Быстро одеваю халатик и беру свои трусики, бегу наверх в душ. Позже включаю наконец-то за сутки телефон. А там уйма смс. Понимаю, что необходимо позвонить родителям, так как в скором времени туда ехать. Первые минут десять слушаю старую песню о бессовестном эгоизме дочери, потом о жалобах на мою скучную и одинокую бессмысленную жизнь. В итоге успокаиваю их, говоря, что приеду пятнадцатого числа, то есть на днях. Масса радости слышу в телефонной трубке, от чего на сердце больно и неприятно кольнуло, от явного игнорирования родителей. Но быстро переключаюсь на разговор с Ольгой. Оказывается, она разговаривала сегодня с Станиславом Николаевичем о моем самочувствие. А он мне не говорил. Обидно! Возмущаюсь, но быстро прихожу в себя. Слушаю милое сердцу болтовню о вчерашнем вечере, глазами Ольги. Как она хорошо провела время. Наш разговор прервал Станислав Николаевич, выключив властно телефон, со словами предназначенные Ольге:

– Этот вечер принадлежит мужу.

Я не успела обидеться, так как была заключена в крепкие объятия, получая легкие поцелуи в щеки, нос.

– На чем мы остановились?

Как остановились? Это еще не всё? Ого! Я уже и помылась, думая, что будем спать. Видимо, он увидел мое удивления, поэтому, улыбаясь, проговорил:

– Нет-нет, за столько дней я ещё не удовлетворился своей молодой женой.

Поэтому мой халатик опять мигом оказался на полу, так же как и трусики. Недолго я смогла оставаться равнодушной к такой атаке поцелуями практически всего моего тела, в конце – концов, так же с жаром отвечала взаимностью.

Не знаю, во сколько мы легли, но уснули в обнимку, как давно уже не спали. Я уютно устроилась на его плече, ощущая нежные поглаживания по рукам, и заснула.

глава 13

12 июля

Весь день провожу в городе с довольным видом, от которого Ольге, аж, тошно стало. Но решаю прикупить ещё новых модных шмоток, чтобы соответствовать своему мужчине, тем более, скоро опять состоится какой-то деловой ужин. Верная подруга так же не оставила меня и в косметическом салоне, советуя и помогая выбрать процедуры. Смело могу сказать, что это единственный за всё время полностью счастливый летный день, без тени негатива. Это заметил даже Максим, приехав к нам в кафе в обед, по просьбе Ольги, на кофе. Я вообще на него не обращаю внимания, похоже и ему надоело меня подкалывать. Сижу, пишу смс Станиславу Николаевичу: « Добрый день, вот выполняю ваши требования по уходу за собой. Надеюсь, вы останетесь довольны». Через минуту получаю ответ: «С удовольствие выполню вечером не только осмотр, но и детальное обследование». Наверное, я покраснела, так как Максим проговорил:

– Ого, неужели есть ещё такие женщины, которых можно вогнать в краску?

Пусть

подкалывает мне сегодня всё равно. Я вот думаю, что одеть для Станислава Николаевича? Какое белье он любит? Ведь я не знаю его вкуса?

Через минут пять Максим, видимо обиженный моим полным пренебрежением, уехал, а Ольга продолжала жаловаться на мужа:

– Больше не могу, каждый день эти скандалы. Скоро привезут дочь и как быть?

– Послушай, я не понимаю, зачем ты пригласила Макса?

– Милый мужчинка, почему бы нет?

Ой-ой…Я знаю эту лукавую улыбку, ведь не первый год дружим. Вот с кем, но не с Максом, так как он бабник, да ещё транжира и гордец.

– Оля, ты сума сошла! Он худший, кого я могу тебе посоветовать!

– Ты плохо с ним общалась, я уже неделю как с ним встречаюсь, пока невинно, но много узнала о нём.

– И о его браках? О его безделье?

– Все меняются, он осознал, сказал, что жил не правильно. Вот старается измениться.

О-о-о! Я вся бешусь, как ей вбить в голову? Но это бесполезно, если Ольга, что-то решила, то скорее небеса развернутся, чем она передумает.

– Он знает, что у тебя ребенок и муж?

– Конечно, послушай, я пока не собираюсь с ним спать, просто общаемся и делимся жизненными историями. Вот и всё! Я не желаю серьезных отношений, просто мне необходимо отвлечься от домашних скандалов. Или я не выдержу.

Возможно, она права, да и кто я такая, чтобы осуждать ее! Это её выбор, может, я так плохо вижу всё через свою призму ? Не буду себе этим забивать голову, быстро отвожу Ольгу домой и еду готовить ужин. Сегодня Светлану Ивановну я выпроводила практически сразу, так как мне неприятно было знать, что она в курсе моей пьянки. Тем более пыталась меня учить! Не слишком ли много вокруг меня учителей! Кого ни возьми - все учат. Такое ощущение, что я сама и шагу ступить не могу. Конечно, зря я так грубо её попросила уйти. Но это моя жизнь, мой дом на данный момент и я тут хозяйка.

Включив телевизор на музыкальном канале, готовлю пиццу, салат «Нежность» и любимый десерт Станислава Николаевича: взбитый со сметаной творог, сгущенкой и фруктами. Даже самой понравилось. Около шести вечера заканчиваю готовить и бегу одеваться. Выбираю кружевное черное бельё, новый белый сарафанчик, специально, чтобы видно было, что под низом. Волосы решаю заколоть крабом, немного румян, туши.

А вот и машина въехала во двор. Слышу через открытый балкон, как Станиславу Николаевичу отчитывается за день охрана. Еле успеваю спуститься в холл, когда мне вручает Станислав Николаевич букет моих любимых ромашек, целуя в щеку:

– Прекрасно выглядишь, я мигом, только приму душ. Очень проголодался!

Мне кажется, что в его взгляде явно был голод не еды. Быстро ухожу на кухню, ставлю букет в вазу , накрываю приборы и стою, жду.

Он зашел в майке и шортах, что меня удивило, так как привыкла видеть его в костюмах. Этой одеждой Станислав Николаевич показал, как всегда на высшем уровне свою физическую форму, напомнив мне о спортзале, куда я всё собираюсь сходить. Ели почти молча, только иногда получала комплименты на счет моих блюд, чего конечно я ждала! Потешить свое самолюбие, кто не любит? На счет работы не говорим, просто смотрим друг на друга, даже удивительно, без злобы, без претензий и каждый боится сказать, что-то лишнего, нарушить ту тоненькую ниточку хороших отношений. Вот и молчим, улыбаясь друг другу. За чаем я не выдерживаю, говоря:

– Я была в городе и купила много новых вещей, ведь скоро деловой ужин?

– Молодец, я видел по истории карты. Этот сарафан на тебе, надеюсь, принадлежит только для пребывания дома? – проговорил он, допивая чай.

– Конечно! – за кого он меня считает, ведь сквозь сарафан почти все видно.- А вам не нравится?

– Ужасно не нравится, так как пробуждает во мне плотские желания сразу его снять.

После этих слов я мигом очутилась в его крепких объятьях, а на ушко слышу подобие жесткого приговора, но в шутку: