Одиночество души
Шрифт:
Выплеснуть всё свое возмущение я смогла только в фитнес зале, где пробыла, аж два часа. Вспотевшая, уставшая, но отдохнувшая эмоционально - это факт! Нет желания ехать сразу домой. Столько дней я там была одна, что просто иду в парк, сижу в тени деревьев прямо на траве и тупо листаю свои странички в интернете. Отвечаю подругам на смс, сама не понимаю как, но захожу на страничку своего бывшего мужа. Сколько раньше у него было фоток с разными девушками и женщинами, а сейчас он один. Совсем один. Такой одинокий, что все те мучения и обиды, за столько
Этот новый телефон действительно хорошая вещь, легко просматривать необходимое в интернете, фотографии получаются яркие и быстрые. На обратном пути в машине разговариваю с родителями, которые очень переживают за моего мужа. Поэтому я даже рада, что, наконец- то, приехала домой, так как полчаса лекций значительно надоедают.
У крыльца стояла машина Максима, кажется, вчера он договаривался о серьезном разговоре с отцом. Значит, не буду им мешать. Переодевшись, решаю приготовить ужин – легкий салат, пюре и рыбу запеченную. Во время готовки решаю позвонить Ольге, которая пропадает последнее время.
– Нет, всё у меня нормально, вот умираем с дочкой от жары.
Выслушиваю подробности о её ссоре с мужем, о первом слушание. Но она молодец, бодро держится! Мне бы её энергетику и оптимизм! Что-то у меня в последнее время нервы просто взбесились. Хочется то плакать, то смеяться. Нужно пропить какие-нибудь успокоительные. На дисплее высвечивается вызов от родителей, но не хочу брать. И так всё внутри кипит, а мама подольёт масла в огонь. Приезжаю домой только к четырём, где в кабинете сидели Игорь, Максим и Станислав Николаевич. Тихо прохожу незамеченной к себе в спальню, смываю в душе всю жару летнего дня и иду в столовую налить кофе. Но спокойно выпить его мне не получилось, так как вошёл тихо, словно хищник, Максим, произнося:
– Добрый день, мамочка! Всё отдыхаем и радуемся беззаботной жизни?
Что ещё он придумал? Мало ему было недавнего скандала? Да, думала перекусить бутербродами, но аппетит сразу пропал. Стараюсь спокойно ответить:
– Добрый день, Максим.
Он сел за стол, по виду, явно собирается поскандалить. Что ж, Наташа, держись.
– Всё примеряешь нимб святости? Хорошо, допустим, я поверил, что ты с отцом не из-за денег. А он знает о твоём ребенке?
Опять. Ну, почему он не отстанет? Неужели ему нравится мучить меня? Молчу и стараюсь держать себя в руках. Максим не унимается, продолжает:
– Язык проглотила? Или ты уже забыла о своей дочери? Как теперь ты откажешься?
Не могу больше это слушать. Или наорать в ответ или лучше уйти? Выбираю второе и мигом поднимаюсь к себе в спальню. Слышу в ответ крик Максим:
– В этот раз ты не уйдешь от ответа. И не думай, что я отстану!
Такого наглого допроса я не ожидала, тем более, что он ворвётся ко мне в спальню. Нужно было закрыть двери на замок, но откуда я знала?
– Так почему ты оставила свою дочь? Или тебя лишили родительских прав? Молчишь?
Меня всю затрясло, дышать стало так трудно, что, казалось, я задыхаюсь.
– Волнуешься? Даже слов нет? Дар речи потеряла?
Пытаюсь тихо и спокойно произнести:
– Уйди отсюда, - но мой голос просто хрипел от волнения.
Как он смеет говорить о том, о чём ничего не знает? Вступать туда, куда никому нельзя?
– Я не уйду, пока ты не признаешься во всём, - твёрдо ответил Максим.
Больше не могу, слёзы хлынули ручьём, руки сами собой грубо оттолкнули его от себя. Моё тело дрожит, и я кричу, что есть мочи:
– В чём признаваться? В том, что моя дочь умерла? Иди, вынюхивай! Ищи доказательства на кладбище! Ненавижу тебя!
Как во сне, вижу, Станислав Николаевич выводит Максима. Слышу их спор, но у меня от переживания и воспоминаний закружилась голова и просто падаю на кровать. Позже ощущаю, как Станислав Николаевич гладит мне плечи и руки, проговаривая:
– Не переживай, больше он тебя не будет доставать. Я рассказал ему о трагедии.
– Максим думал, что я от вас это скрываю, - шепчу в ответ.
– Знаю, не суди его строго. Он во всех женщинах видит подвох.
– Не понимаю, что я ему сделала, почему он меня так ненавидит?
– К сожалению скорее, наоборот. Если бы ненавидел, то давно соблазнил.
Мы долго лежали вдвоем на кровати, прижавшись к друг другу. Станислав Николаевич рассказывал о своем сыне в детстве, какой он был любознательный, смышлёный. Меня давно мучал вопрос, поэтому решаюсь спросить в этот доверительный момент:
– Скажите, как получилось, что у вас сын появился в семнадцать лет?
– Очень просто, гормоны, - весело ответил Станислав Николаевич, - Молодые и глупые были с Маринкой, неопытные, вот и результат – Максим. Пришлось сразу жениться, так как сама понимаешь, могли посадить.
– Вы сожалеете об этом?
– Как сказать? Сначала нет, молодость, гормоны бушуют, влюбленность. Потом столкнулись с новорожденным, вот тут розовые очки и спали. Мы сами были ещё детьми, а тут младенец. Меня забрали позже в армию на два года, а Марина не смогла одна справиться с сыном и уехала к родителям. Когда я вернулся, то долго не получалась находиться под одной крышей с её роднёй, поэтому уезжал часто в командировки.
– Вы строителем были?
– Да, вместе с Игорем брались за всё. Поступил на заочное отделение в институт, потом понял, что могу сам находить заказчиков и строить, делать ремонт. Вот так в принципе начался мой бизнес.
Позже мы со Станиславом Николаевичем спустились ужинать, где ещё я долго слушала его историю карьерного роста. Постепенно успокоилась, даже стало немного жаль Максима, так как отцу было некогда с ним видеться, а Марина ещё была не готова к роли матери. А ночью, так приятно после стольких дней засыпать на плече Станислава Николаевича.