Одна бессердечная ночь
Шрифт:
Но мне казалось, что вся эта плеяда банальных нарциссов — одно и то же. Я была не уверена, что мне нравится такой типаж мужчин. Если бы меня попросили выбрать, я бы не выбрала ни одного из этих мужчин. Поэтому охотно уступила Эми центральное место, переведя взгляд на изысканный балкон, который окружал всю внешнюю часть комнаты.
Четыре пары открытых французских дверей. Белые занавески, колышущиеся на слабом ветру Сены. С замысловатой лепниной в виде короны, подчеркивающей светлые голубые стены. Дюжина людей снаружи комнаты смеялась. Все
Но мой взгляд остановился на мужчине.
По телу пробежали мурашки. Я уже видела этого таинственного незнакомца раньше. Должно быть, он жил в квартире рядом с нами, где мы с Эми провели все лето, потому что я несколько раз видела его в парке напротив. Он всегда яростно строчил что-то в блокноте или невидящим взглядом смотрел вдаль, будто глубоко о чем-то думал, пытаясь сформулировать свою мысль. Он казался напряженным... даже издалека. Напряженным и очаровательным.
А теперь он находился здесь.
— Эми, — позвала я, легонько толкнув ее локтем.
— А? — Спросила Эми, на минуту оторвав взгляд от Энцо.
— Ты знаешь того мужчину?
Эми проследила за моим взглядом и нахмурилась.
— А я должна?
— Я уже видела его раньше в парке напротив нашей квартиры.
Эми поджала губы.
— Ты знакома с другом Энцо Александром? Он сексуальный, обаятельный и сейчас находится здесь.
Я взглянула на Александра и слабо улыбнулась. Не понимая, что такое было в том другом мужчине, который приковывал мой взгляд к нему. Возможно, у меня, действительно, был свой тип мужчин, которые что-то яростно писали в блокнотах, а он был именно таким.
— Да, но... как ты думаешь…
— Натали, — произнесла Эми, — ни в коем случае.
— Что?! Что значит ни в коем случае?
— Ни в коем случае.
Я в замешательстве широко раскрыла глаза.
— Почему ты так говоришь?
— Потому что знаю таких парней. Тебе следует держаться от них подальше, именно от таких, как он. Он просто одна ходячая неприятность.
Я рассмеялась, глядя на Эми.
— Ты даже не знакома с ним.
— Мне вовсе не обязательно быть с ним знакомой. Я могу, глядя на него, и так это сказать. Доверься мне. Я не хотела бы, чтобы ты завязла с ним в этом деле. — Эми развела руками. — Особенно, когда перед тобой, буквально шведский стол с горячими парижскими художниками.
Но мои глаза продолжали блуждать по великолепному незнакомцу. Что же в нем было такое, что заставило Эми сказать мне ни в коем случае с ним не связываться? Внешне он излучал уверенность, которая была присуща ему с детства. Было видно, что высшее общество — его вторая кожа, по сшитому на заказ черном костюму. Его темные волосы блестели в свете люстры, отблеск света мерцал на загорелом лице. У него были глаза ястреба — внимательные, привлекательные и грешные. Чувственные и манящие губы. Тело, созданное для поклонения. Он был восхитительным произведением искусства.
Эми дотронулась
— Даже не думай об этом, Нат.
Но я уже думала.
Я определенно думала об этом.
— А что может такое ужасное случиться? — Задумчиво спросила я.
— Хорошо. Твои похороны, — тут же заявила Эми. — Но знай, что я тебя предупреждала. Я не хочу говорить тебе тогда, что в свое время говорила тебе об этом, но я тебе все равно скажу.
— Мне кажется ты все слегка драматизируешь.
Эми махнула на меня рукой, чтобы я раз уж решила, то шла бы прочь. Хотя она считала мой поступок самой ужасной идеей, по крайней мере, позволила мне сделать свой собственный не очень, как она говорила, хороший выбор.
Но мне все же следовало тогда последовать ее совету. Я должна была догадаться, что Эми беспокоиться и присматривает за мной. Иначе, она бы ни за что не стала бы предупреждать меня об этом таинственном незнакомце.
Когда он наконец меня увидел, все вокруг, словно затормозило с визгом шин. Совет Эми вылетел у меня тут же из головы, как легкий летний ветерок. Его остановившийся взгляд на мне вызвал во мне такое ощущение, словно я завязла в паутине. Я могла бы попытаться сбежать, но это было бы бессмысленно. Конечный результат был бы таким же.
Затем он улыбнулся, сдержанно, коварно, и двинулся ко мне.
Я позволила его паутине окутать себя коконом, приготовившись к его приходу.
2
Сначала меня напрочь поразили его глаза.
Цвета лазурной воды в безоблачный день. Бесцветный бриллиант, яркий и прозрачный, с таким же количеством граней. Переполненные эмоциями, озорством и самомнением. Только взглянув ему в глаза, можно было бы написать тысячу романов, но все равно рассказать о них дословно было невозможно.
— Привет, — выпалила я, словно слон в посудной лавке.
Уголки его губ приподнялись, но это была не совсем улыбка. Но определенно было приглашение продолжить разговор. У меня сердце колотилось в грудной клетке, как птица, отчаянно пытающаяся вырваться из своей тюрьмы.
— Bonsoir, — сказал он. — Ты здесь впервые.
— Неужели это так очевидно?
— Нет. Просто я бы запомнил тебя, если бы видел раньше.
Румянец пополз вверх по шее и осел у меня на щеках.
— Ну, а я тебя помню.
Он удивленно приподнял брови.
— Мы уже встречались?
Я прикусила губу и отрицательно покачала головой. Даже не могла поверить, что сказала это. Это было немного некрасиво, что я наблюдала за ним в парке. Я вспомнила, как он что-то писал в своем блокноте. Большинство людей замечали только то, что им было нужно, чтобы заполнить пробелы. Но мой мозг работал совсем не так. Потому что любой штрих мог запросто оказаться в моей следующей незаконченной рукописи.