Одно лето
Шрифт:
— Одна? — Он легонько встряхнул ее. — Да ты с ума сошла! Ты что, не знаешь, что карнавалы — это не только огоньки и сахарная вата? Он не сделал тебе больно?
В его голосе звучала не забота, а злость. Брайан выпрямилась.
— Нет, зато ты сделал!
Не обращая на это внимания, Шейд потащил ее сквозь толпу к парковке.
— Если ты снимешь розовые очки, то поймешь, на что похожа настоящая жизнь. Ты хоть представляешь себе, что могло случиться?!
— Я вполне могу себя защитить. И кстати, защитила. — Когда
— Надо! — Он вырвал у нее ключи и отпер машину. — Это глупо — гулять в темноте одной во время карнавала! Что, приключений не хватало? — пробурчал Шейд и уселся за руль.
— Ты говоришь как тот идиот, который сейчас валяется на траве, держась руками за свое мужское достоинство!
Шейд сердито посмотрел на Брайан. Возможно, надо восхищаться тем, как она разобралась с надоедливым пьяным мужиком, но Колби видел в ее поступке лишь безрассудство. Женщины в наши дни, конечно, независимые, но все равно слабые.
— Мне не следовало отпускать тебя одну.
— Минуточку! — Брайан заерзала в кресле. — Что это значит? Ты не имеешь права решать за меня. Если считаешь, что теперь отвечаешь за меня и все такое, выкинь эту ерунду из головы! Я отчитываюсь только перед самой собой! И точка!
— Следующие несколько недель передо мной ты тоже должна отчитываться.
Брайан пыталась унять раздражение, но ничего не вышло.
— Я могу работать с тобой, — она говорила все быстрее, — я могу спать с тобой. Но отчитываться тебе не стану! Не дождешься!
Закурив, Шейд сказал:
— Это мы еще посмотрим.
— Вспомни о нашей договоренности! — Брайан отвернулась, вся дрожа от злости. — Мы с тобой партнеры на время задания, равноправные партнеры!
В ответ Шейд красноречиво объяснил, что она может сделать с этим контрактом. Брайан скрестила руки на груди и закрыла глаза, решив, что сейчас лучше поспать.
Колби долго ехал без остановок. Брайан спала, но он был слишком зол, чтобы последовать ее примеру, и потому гнал машину на восток, к Атлантике.
Брайан, конечно, была права, когда сказала, что не будет перед ним отчитываться. Они ведь сразу оговорили этот момент. Она самостоятельная женщина и не обязана его слушать. Он тоже имеет право вести себя так, как ему заблагорассудится. Двое интеллигентных и независимых людей установили это за правило. Но теперь Шейда от правил тошнило.
Ему хотелось защищать Брайан. Теперь, когда они наконец стали любовниками, ему хотелось помогать ей. Неужели она настолько глупа и не заметила, что он злился не на нее, а на себя? Его ведь не было рядом, когда он был ей нужен.
В глаза будто насыпали песка. Шейд потер их рукой. Брайан четко и резко поставила его на место. Какими бы близкими они ни были, его место на расстоянии вытянутой
Сквозь открытое окно в машину врывался запах океана. Ну вот, они добрались до Восточного побережья. И нарушили все правила, которые установили в самом начале. Правда, до финальной черты еще далеко.
Что Шейд чувствовал к Брайан? Этот вопрос он задавал себе снова и снова, и снова и снова отказывался на него отвечать, сомневаясь в том, что хочет знать правду. Но сейчас было три часа утра. В это время всякая оборона падала и правда выбиралась на свет. Это Шейд знал хорошо.
Он любил Брайан. Уже нельзя было сделать шаг назад и сказать: «Нет, спасибо». Он любил ее так, как еще никогда никого не любил, забыв про себя, невероятно сильно.
Оглядываясь назад, Шейд мог вполне определенно сказать, когда зародилось чувство, пусть он тогда и объяснял себе все иначе. В Аризоне на скалистом острове в озере он просто мечтал о Брайан. Еще никогда до этого он никого не хотел так сильно. После аварии на дороге он проснулся от ночного кошмара, Брайан была рядом, теплая и уверенная, и Шейд понял, что она нужна ему, как еще никто в жизни не был нужен.
Но только когда он увидел ее на оклахомской дороге перед маленьким грустным домиком с клумбой анютиных глазок, Колби понял, что влюбился.
Теперь Оклахома осталась далеко позади, с тех пор прошло довольно много времени, любовь окрепла, переполнила Шейда, и он не знал, что с ней делать. Он вообще не представлял, как себя вести.
Подъехав ближе к океану, туда, где в воздухе уже чувствовалась влажность, он остановил фургон среди песчаных дюн. Волны темнели где-то впереди. Прислушиваясь к их шуму, Шейд уснул.
Брайан проснулась от криков чаек. Все тело ломило, она не понимала, где находится, и вдруг увидела океан, синий и очень тихий в предрассветные часы. Безоблачное небо на горизонте отливало розовым, над волнами стоял легкий туман. Медленно просыпаясь, Брайан наблюдала за чайками, которые пикировали вниз над береговой линией, а потом снова взмывали ввысь над океаном.
На соседнем сиденье, прислонив голову к двери, спал Шейд. Брайан видела его вполоборота. Он явно провел за рулем всю ночь. Почему?
Вспоминать о вчерашней ссоре было неприятно. Брайан захотелось почувствовать запах океана, и она выскользнула на улицу.
Неужели всего два месяца назад они стояли на Западном побережье? Что изменилось с тех пор? Задумавшись над этим, Брайан разулась. Песок был прохладным и жестким. Шейд не останавливался всю ночь, чтобы добраться до этого места и стать еще на один шаг ближе к концу. Теперь осталось лишь подняться вверх, вдоль океана, и проехать через Новую Англию. Потом небольшая остановка в Нью-Йорке — нужно проявить пленки и напечатать фотографии — и Кейп-Код. Там лето для них закончится.