Однолюбы

Мортимер Кэрол

Даже когда они с Бет не дежурили, сестры старались постоянно быть на виду – и у персонала, и у гостей, – чтобы в случае надобности находиться в пределах досягаемости. Кроме того, некоторые гости приезжали сюда регулярно, чуть ли не каждый год, помнили их с Бет еще девчонками и любили с ними поболтать. А девушки считали своим профессиональным долгом ублажать завсегдатаев, чтобы те еще и еще останавливались в их отеле.

Но Дэниела Тэкери Элли не желала больше видеть – ни в отеле, ни где-нибудь поблизости!

Когда она вышла

из лифта в холл, Тэкери как раз показался в дверях ресторана. Встречи избежать не удалось. Вчера, перед сном, Элли пришла к твердому выводу, что чем скорее Тэкери уберется из их отеля, тем лучше для всех. Его присутствие нарушало ее покой, действовало на нервы, да и сестра явно чувствовала себя неуютно.

– Доброе утро, Элли, – спокойно приветствовал ее Тэкери.

Сегодня он надел темный деловой костюм и белоснежную рубашку. В отличие от вчерашнего вечера Элли была одета гораздо скромнее – прямая черная юбка и персикового цвета блузка, придающая ее рыжим волосам еще более огненный оттенок.

– Доброе утро, мистер Тэкери, – сдержанно отозвалась Элли.

Уголки его губ насмешливо вздернулись.

– Вчера мы договорились, что вы будете называть меня по имени, – напомнил он.

Элли заметила, как девушка за регистрационной конторкой удивленно подняла голову, и почувствовала, что щеки ее зарделись.

– Вы были гостем моей сестры, – напряженным голосом сказала она.

И вновь над синими глазами взметнулись темные брови.

– Но… не вашим?

Естественно! Тэкери ей и без того не нравился, и вчерашний вечер не внес изменений в ее отношение к этому самоуверенному типу. Когда Бет сказала ей о Джеймсе, то она соотнесла измену зятя с тем, что ей было известно о личной жизни Тэкери, и сочла, что главная причина всех бед сестры кроется именно в нем.

– Нет, я вас не приглашала, – натянуто произнесла она.

Абсолютно не задетый бестактностью Элли, Тэкери стоял и пристально ее разглядывал. Потом, выдержав паузу, медленно покачал головой и спросил:

– Почему я вам не нравлюсь, Элли? Вы ведь совсем меня не знаете.

А она и не хотела его знать! Этот парень начисто лишен каких бы то ни было принципов, моральных устоев…

– Может, на ваше отношение ко мне влияет то, что я – друг Джеймса? – продолжил Тэкери, не давая ей времени подобрать нужные слова.

Глаза Элли округлились.

– Что вы имеете в виду?

– Я… апчхи! – Чихал он долго, а когда наконец перестал, взглянул на нее слезящимися глазами. – Вы опять надушились «Сапфиром»?

Не дрогнув, Элли стоически выдержала его осуждающий взгляд.

– Да, – подтвердила она то, что не нуждалось в подтверждении. Сегодня она намеренно выбрала «Сапфир», и Дэниел начал чихать сразу же, как приблизился не далее чем на три шага.

– Следовательно, вы оказали мне любезность и не пользовались этими духами только то время, что занял ужин, на который вы… простите,

ваша сестра меня пригласила? Я правильно вас понял?

– Не могла же я предвидеть, что прямо с утра встречу вас! – нетерпеливо сказала она.

– Стоит мне приблизиться к обладательнице этого чертова запаха, как я – апчхи! – начинаю чихать!

Ей ли не знать! Сидя в его шкафу, Элли как раз и являлась «обладательницей этого чертова запаха» и слышала, какой эффект он произвел на Тэкери. Но, во-первых, ей нравится «Сапфир», а во-вторых, она действительно не ожидала увидеть сегодня Дэниела. Да хотя бы и ожидала – какая разница! Она не станет из-за него менять свои вкусы, да будет ему известно!

– В таком случае я приложу максимум усилий, чтобы не сталкиваться с вами в течение сегодняшнего дня и всего времени вашего пребывания в отеле. – С этими словами она повернулась, намереваясь поскорее уйти.

Не тут-то было. Тэкери с силой схватил ее за руку и развернул к себе; теперь лицо его стало сердитым.

– Что вас так обозлило, Элли? Почему вы постоянно дергаетесь? – процедил он сквозь зубы. – Вас коварно обманул любимый и вы решили, что остальные не заслуживают доверия? Поэтому не даете им шанса испытать счастье, чтобы не познать горечь измены? Теперь я понимаю, почему у вас не находится времени для любовника – «ни тайного, ни явного»!

При намеке на ее разговор с Питером кровь бросилась в лицо Элли. И какое он вообще имеет право называть ее озлобленной и дерганой? На каком основании сделал такой дурацкий вывод? Только на том, что она не скрывает своей неприязни к нему? Неужели он считает, что любая женщина, встретившаяся на его пути, сразу же теряет рассудок настолько, что не может устоять перед его неотразимыми чарами? Что ж, пусть не заблуждается: Элли не из их числа. На ее вкус, чар у него не больше, чем у гремучей змеи!

Элли вырвала руку из его цепких пальцев.

– Моя личная жизнь никоим образом вас не касается, – холодно проговорила она, глядя на Тэкери сверкающими глазами. – Не самое лучшее – по собственному опыту судить о других людях.

Он буквально впился в нее взглядом, словно хотел прочесть ее мысли.

– И что же вы знаете о моем опыте? Не против поделиться?

– Вы не слишком разборчивы, – презрительно бросила Элли.

– В каком смысле? – вкрадчиво спросил Дэниел, но в голосе послышались грозные нотки.

Элли нетерпеливо вздохнула.

– Два дня назад вы были здесь с одной женщиной…

– Я не был с ней, мы вместе поужинали, а это, согласитесь, не одно и то же.

– …а вчера я соединила вас по телефону с другой, по имени Анжела, – непреклонно продолжила Элли, не обращая внимания на его возражение. – И по тому, каким тоном она с вами говорила, я поняла, что эта девушка значит для вас гораздо больше, чем просто случайная знакомая.

– Это точно, – кивнул Дэниел.