Однолюбы

Мортимер Кэрол

– Я твердо убежден, Элли, что можно найти более приличные способы удержать при себе нужного человека. Для этого вовсе не обязательно спать с ним.

В глазах Элли вспыхнула холодная ярость.

– Вы подонок…

– Элли, по-моему, нам следует…

Бет, войдя, тут же прикусила язык, увидев, что Элли в офисе не одна. Сдвинув брови на переносице, она переводила глаза с сестры на Тэкери, а те лишь молча пожирали друг друга ненавидящими взглядами. Так, в полной тишине, прошло несколько минут.

– Послушай,

Элли, – проговорила наконец Бет, – мне казалось, что мы договорились встретиться здесь в десять утра, не так ли?

Не дождавшись ответа, она вопросительно уставилась на Дэниела, однако тот тоже хранил молчание. Тогда, не отрывая глаз от Дэниела, заговорила Элли:

– У мистера Тэкери изменились планы. Кардинально изменились. У него возникли неотложные дела! – с вызовом добавила она, тряхнув головой. Конечно же, Бет успела заметить ее растрепанную прическу. Ну и пусть!

Дэниел небрежно повел плечами.

– Дела обождут. – Так. Значит, он принял вызов! – А пока я советую вам обеим…

– Не думаю, что вы вправе давать нам советы, – прервала его Элли, не уставая поражаться самоуверенности этого невыносимого нахала.

– …ничего не говорить о нашем разговоре Осборну, – не обращая на нее внимания, закончил Дэниел.

– Если учесть, что речь идет о его будущем, я считаю, что ваша просьба, – на последнем слове Элли сделала ударение, – не только смешна, но и попросту нелепа!

Вспышка Элли нимало не взволновала Дэниела. Невозмутимым тоном он продолжил:

– Нам предстоит деловой разговор. И до тех пор, пока вы четко не уясните, что именно я хочу предложить, мне кажется нецелесообразным ставить в известность Осборна.

Элли окинула его насмешливым взглядом.

– Значит, намереваетесь до поры до времени скрывать от Питера, как страстно желаете заполучить его в один из своих ресторанов? – ехидно спросила она.

Очень спокойно Дэниел проговорил:

– Как я уже сказал, парень сам вправе назначать цену…

– Но знать об этом пока что не должен, – глумливо констатировала Элли.

Теперь его глаза превратились в две льдинки, брови взметнулись вверх. С минуту он пристально смотрел на нее, потом резким движением повернулся к Бет и заговорил подчеркнуто мягким тоном:

– Из вас двоих вы кажетесь мне более уравновешенной. Вероятно, всем рыжеволосым свойственна некоторая… хм… горячность. Что же касается нашего дела, мне кажется, благоразумнее отложить дискуссию на завтра.

С несколько озадаченным видом Бет покачала головой.

Дэниел нахмурился.

– Я еще могу понять, почему Элли принимает все так близко к сердцу: у нее причины личного свойства, – но вы…

– Довольно, Дэниел! – оборвала Элли. Ход его мыслей был абсолютно ясен. Если даже Джеймс

изменял жене с другой женщиной, Бет всегда – всегда! – оставалась ему верна, в этом никто не сомневался. И к Питеру она не проявляет никакого интереса. Да и Элли не проявляет, что бы себе ни вообразил Дэниел. – Подобные предположения не выдерживают ни малейшей критики, – с нажимом сказала она.

– Ну да, конечно, – бесстрастно произнес Тэкери. – Вы считаете, вам удастся сохранить выдержку и воздержаться от обсуждения наших дел с Питером этой ночью?

Элли стала с силой втягивать в себя воздух, и делала это очень медленно, стараясь не потерять над собой контроль и не треснуть его по физиономии.

– До сих пор мне всегда удавалось «сохранять выдержку», – отчеканила она. – И я приложу максимум усилий, чтобы «воздержаться от обсуждения» еще несколько часов.

Дэниел учтиво склонил голову.

– Очень хорошо, леди. В таком случае разрешите откланяться. Увидимся с вами утром.

– Спокойной ночи, Дэниел, – прежде чем он успел повернуться к двери, отозвалась Бет. И очень вовремя: если бы Элли открыла рот, она бы не поручилась, что с ее языка не сорвутся ругательства, коих в его адрес скопилось великое множество. – Элли…

– Не надо, Бет! – взмолилась Элли.

После ухода Тэкери у Элли наступила естественная реакция: ее трясло как в лихорадке, а когда она пошла к столу, ноги ее подкосились, и, с трудом добравшись до стула, она без сил рухнула на него.

Переведя дыхание, Элли подняла руки и уткнулась лицом в ладони. Как она могла так поддаться чувствам? Да еще с кем? С Дэниелом Тэкери! И самое ужасное то, что никогда она не испытывала ничего подобного!..

Еще подростком и потом, уже став взрослой, Элли, конечно, ходила на свидания с парнями и даже пару раз не на шутку увлекалась. Но с возрастом стала намного разборчивей, или, как часто повторяла мать, «превратилась в настоящую привереду». По крайней мере теперь Элли лучше разбиралась в людях и твердо знала, с каким человеком намеревалась провести остаток жизни. И Дэниел Тэкери – с его гипертрофированным эгоизмом и отсутствием элементарной порядочности – явно не подходил под мерки ее предполагаемого избранника.

В таком случае почему она столь бездумно позволила ему себя целовать? Что заставило ее забыть обо всем на свете – даже о том, что ей совершенно не нравится Тэкери?

Как найти ответ?

Элли безвольно уронила руки на стол; взгляд ее упал на сестру. Она физически ощущала, как бледно ее лицо и какими огромными кажутся сейчас глаза. Что-то надо сказать, каким-то образом объяснить ситуацию, в которой застала их Бет, но в горле застрял противный ком, мешающий вымолвить хоть слово.