Огненные тени

Брендон Джоанна

— Мне очень жаль нарушать ваше уединение, но я хочу поговорить с миссис де Леон наедине. Буквально две минуты, — предельно вежливо сказал Мак-Адам.

— Это пустая трата времени, — враждебно отозвалась Элида.

— Тогда я хотел бы прибегнуть к вашей поддержке, мистер… э-э-э… Теннер. Уговорите вашу даму сотрудничать со мной. Ее сегодняшние действия противоречат не только духу, но и букве закона. По крайней мере, у меня есть основания для привлечения ее к суду.

— Вы пытаетесь запугать нас? — зловеще нахмурившись, поинтересовался Логан,

но прежде, чем он успел встать, Элида остановила его движением руки.

— Если вы рассчитываете угрозами поймать меня на свою удочку, то у вас ничего не получится, — преувеличенно-бодро объявила Элида. — До свидания, мистер Мак-Адам. Вы зря потратили свое драгоценное время, разыскивая меня.

Лицо агента чуть дрогнуло, но тут же он снова овладел собой.

— Кто знает, кто знает… — проговорил он многозначительно и с коротким кивком отошел прочь.

Энергия и напор всегда восхищали Элиду, но только не в этом сутуловатом человеке, неохотно удаляющемся от их столика, — слишком много зла причинил он всему ее племени, а больше всего — ей.

Словно отвечая на вызов со стороны агента, остаток ужина Логан и Элида провели весело и шумно, наслаждаясь отличной кухней и уютной атмосферой ресторана.

— Ты в порядке? — спросил Логан, когда они покинули ресторан.

— Я здорово струхнула, — призналась Элида, ловя его под локоть и прижимаясь к его плечу. — И мне сейчас стыдно.

Логан хотел посоветовать ей выкинуть из головы этот инцидент с агентом, но ему самому весь вечер не давали покоя угрозы Мак-Адама. Не имея по милости Элиды информации о сути дела, он в который раз пытался понять, в чем здесь состоит нарушение закона и чем рискует его любимая женщина, в одиночку воюя с властями США.

— Какой крохотный кулачок, — пробормотал он, ловя ее руку. — И сколько отчаянной храбрости в этом упрямом сердце.

— Не надо, Логан, — уныло сказала Элида. — Если бы мои предки узнали, как я струсила, они сгорели бы от стыда.

— Храбрость не в том, чтобы никогда не бояться, а в том, чтобы не идти на поводу у страха. И вот тут Ты была на высоте.

— Спасибо, милый, — со вздохом сказала Элида.

— Меня смущает одно: почему ты одна должна тянуть эту невыносимую и, как выяснилось, опасную ношу?.. Рядом с тобой я — мужчина, любящий тебя, готовый ради тебя пойти на все и…

Он увидел, как вызывающе вздернула подбородок Элида, и понял, что дело пахнет жареным. Ему вовсе не нужна была еще одна битва, чреватая тем, что ему придется вторую ночь подряд провести одному.

«Отложим все разговоры на другое время», — подумал он и проговорил:

— Что-то очень уж свежо. — Он поежился и закончил мысль: — Не пора ли домой, в тепло и уют?

Элида благодарно улыбнулась — она оценила его жест — и ответила:

— Да, пора.

В течение всей следующей недели они ни разу не вспомнили о настырном агенте, да и сам он никак не давал о себе знать, но шестым чувством Элида понимала, что ее надеждам

на спокойствие не суждено сбыться.

В пятницу она выглянула из дверей мастерской и осмотрелась. По берегу бухты бродила темная тень, и Элида, похолодев, узнала в ней Мак-Адама.

— Что случилось? — спросил Логан, выходя из мастерской.

— Он здесь, — обреченно ответила Элида.

— Кто?

— Мак-Адам.

Логан проследил за ее взглядом и обнаружил лишь маленькую фигурку, одиноко расхаживающую по берегу в полукилометре от мастерской. Издалека трудно было понять, имеет ли этот человек хоть малейшее сходство с агентом.

— У тебя сдают нервы, — сказал он с плохо скрытым раздражением.

Элида насупилась. «Неужели он прав, — подумала она, — и я напрасно беспокоюсь? Может быть, и так.» Она еще раз вгляделась в далекую фигурку: сутулые плечи, седые волосы, решительная поступь… И все-таки она не ошиблась.

— Логан… — начала она, но, увидев его сжатые губы, осеклась. — Что с тобой?

— Должен признаться, что я до сих пор ничего толком не понимаю в вашем конфликте, — Логан попытался улыбнуться и беспомощно развел руками. — Я вовсе не хочу сказать, что он прав, а ты — нет, но, может быть, ничего страшного нет в том, чтобы позволить этому человеку исполнить свой служебный долг?

Элида окаменела, ощущая страшное разочарование.

— Я и не ожидала, что ты поймешь, — тихо сказала она и, повернувшись, пошла прочь. Если говорить честно, она сама уже запуталась в причинах и поводах этой застарелой вражды между горсточкой стариков индейцев и властями.

Она откинула со лба прядь волос и безнадежно вздохнула. Эта бесконечная война чертовски утомила ее, иссушила все ее силы, и иногда Элида ловила себя на том, что мечтает вообще исчезнуть с лица земли, даже если это означало никогда больше не увидеться с Логаном.

Услышав приближающиеся шаги, она обернулась и умоляюще сказала:

— Пойми хотя бы одно, Логан, мой народ желает всего лишь мирно жить своей жизнью и ничего больше.

У Логана защемило сердце, когда он увидел печаль в ее глазах.

— Но Мак-Адам и не собирается заставлять их менять привычный уклад жизни, Элида, — сказал он мягко. — Он хочет внести их в федеральные списки, ведь это его работа.

Элида безрадостно рассмеялась.

— И ты мне предлагаешь поступиться доверием моего народа, привести в их дом чужака, чтобы он считал их по головам, словно быков, так, что ли?

Логан поднял вверх руки, капитулируя, а через мгновение уже обнимал ее.

«Обнять, поцеловать — и все у тебя в порядке, Логан Теннер, — подумала Элида, закрывая глаза и подставляя лицо его поцелуям. — Кстати, я должна быть и в самом деле благодарна мистеру Мак-Адаму — не загони он меня в Сиэтл, не было бы в моей жизни этих счастливых дней».

Но Мак-Адам вернулся, а там, где он, определенно не могло быть счастья.

Логан разжал объятия, с некоторым удивлением вглядываясь в ее лицо.