Огненный герцог
Шрифт:
Сенсевер кивнул.
– «Разоблачил» – еще слабо сказано. Но распорядитель дуэлей совершенно прав. От имени Его Дуновения я заявляю, что в Доме Ветра всегда будут рады тому, кто оказал нам услугу, пусть и не сознавая того. Покойный Огненный Герцог был амбициозным созданием, и его амбиции задевали мой Дом.
Йен покачал головой:
– Как-нибудь в другой раз. Сейчас мне нужно золото и чтобы мне объяснили, как добраться домой.
Бранден дель Бранден кивнул.
– Золото – не проблема, в особенности если мы найдем личный сейф покойного герцога и не придется тревожить старшую казнохранительницу. –
Осия поднялся со стула.
– Кое-что я еще помню, хотя времени прошло немало.
Он опустился на колени и откинул в сторону ковер. Пол темного дерева блестел как глянцевый. Осия нажал на доску у стыка половиц и, когда та чуть подалась под его рукой, надавил на соседнюю половицу. Под поднявшейся секцией пола обнаружились четыре холщовых мешка. Осия встал, трое вестри вытащили мешки, а их ловкие корявые пальцы развязали хитрые узлы, которыми были завязаны кожаные ремни.
Красноватым светом вспыхнуло золото.
– Думаю, этого более чем достаточно.
Бранден дель Бранден улыбнулся.
– Я полагаю, Йен Сильверстейн, что тебе причитается столько, сколько унесете ты и слуга-вестри. Это самое малое, чем мы тебе обязаны.
Ивар дель Хивал погладил себя по бороде.
– Мне кажется, что там, куда собирается Йен Сильверстейн, вестри делать нечего; я сам помогу ему донести добычу.
– Присядь, пожалуйста, Йен Сильверстоун, – сказал Осия. – Нам еще надо кое о чем переговорить.
Йен наморщил лоб.
– Давайте поговорим без чужих ушей. – И он дернул головой в сторону выхода на веранду. – Только ты, я и Торри.
Высоко в небе кружила черная птица; Торри сперва подумал, что это орел, потом по форме клюва решил, что это ворон, но, видимо, ни то и ни другое: для орла слишком кривой клюв, а для ворона слишком большие крылья.
Йен оперся на перила балкона.
– Так ты не верил в меня, да? – спокойно спросил он. – Старый дурень…
Торри вспыхнул:
– Да как ты смеешь так с ним…
– Ты тоже хорош, Ториан дель Ториан, – сказал ему Йен. – Ты даже не знаешь, что стояло на карте, даже не представляешь, как все это важно. – Он повернулся к дяде Осии. – Тебе следовало бы пожертвовать нами обоими, если бы до этого дошло: тебе-то известно, каковы ставки. Будь Огненный Герцог человеком, ему хватило бы карты Скрытых Путей, но ведь ты знал, что огненный великан охотится за самоцветами Брисингамена.
Торри покачал головой. Нетрудно поверить, что в Тир-На-Ног предметы способны обладать огромным могуществом, но неужели они могут быть настолько важны? Дядя Осия рассказывал про Брисингамен: ожерелье – весьма мощная вещь, но не до такой же степени? Мысль, что с помощью его камней можно завершить существование Вселенной, как-то не помещалась в голове. Ладно, лучше оставить пока эту тему.
– Йен, Йен, – медленно и устало произнес Осия, – я не могу нарушить слово, данное деду Ториана или кому бы то ни было..
– Тогда тебе не следовало ничего ему обещать…
– Мне много чего следовало и не следовало делать. – Дядя Осия облизнул
– Ты стер из своего разума информацию о тайных ходах и местонахождении камней, но, может, у тебя получится отвести нас обратно по Скрытым Путям в Хардвуд?
Дядя Осия поразмыслил.
– Вполне вероятно. Похоже, у меня не получилось кромсать свои мозги ровно в том месте, где надо. Вполне вероятно также и то, что вы сумеете идти по следу Сынов; след достаточно свежий, чтобы… – Он махнул рукой. – Так, значит, Йен Сильверстейн, ты хочешь вернуться домой?
– На время, Орфиндель, – сказал Йен, пытаясь выразить свои ощущения и чувствуя, что слова звучат верно. – Только на время. Я хочу использовать это золото, чтобы учредить кредитный фонд для студентов-юристов с определенной специализацией.
Пусть те, кому нравится юриспруденция, преследуют негодяев вроде Бенджамина Сильверстейна. Сам Йен никогда не хотел быть юристом. Он просто нашел способ свести счеты, и хотя это важное дело, теперь можно предоставить заниматься им другим людям.
Да плевал я на тебя, ты, жалкая пародия на отца. Пусть другие сводят за меня счеты – по доверенности. А у меня своя жизнь.
– Если твоя мать отмоет мне денег, организую кредитный фонд, – сказал Йен Торри. Тот пожал плечами.
– Я как-то никогда особенно не интересовался денежными делами. Полагаю, эту черту я перенял у отца.
– Карин уже проворачивала подобные операции, – заметил Осия. – Ты не собираешься тратить деньги на себя?
– Я вроде бы обета бедности не давал, – улыбнулся Йен. – Конечно, я и себе кое-что оставлю и с превеликим удовольствием потрачу на всякое походное снаряжение, к примеру. И может, я не прочь поваляться на пляже где-нибудь на островах в Карибском море недельки две. Ну, если понадобится, я оплачу уроки фехтования отцу Торри. – Он прикоснулся к левому боку, куда его ранил меч поддельного Огненного Герцога. – Мне надо совершенствоваться.
Йен ухмыльнулся и ощутил, что голова у него идет кругом.
– Если же Ториан дель Ториан-старший не захочет учить меня, возможно, согласится Ториан дель Орвальд. Все же у рапиры есть свои ограничения.
Торри улыбнулся в ответ.
– Но и полезные свойства тоже есть. А потом мы отправимся искать самоцветы Брисингамена, да?
– Мы? – Йен кивнул. – Да, мы.
В этот раз ему выпало выйти на сцену. Возможно, в следующий раз придет черед Торри. А может быть, кого-то еще.
Ладно, проехали. Я – Йен Сильверстейн, спутник Орфинделя, друг Одина и Фрейи, убийца безымянного огненного великана; я вполне могу довольствоваться тем, что выпало мне на долю.
– А что мы сделаем с камнями, когда найдем их? – спросил Торри. – Я хочу сказать – раз они так важны, кому мы можем довериться?
Йен фыркнул.
– Ну, для начала вычеркнем из списка всяких там огненных великанов и бергениссе. Есть у меня вариант, хотя я не уверен, что он придется тебе по душе. – Йен повернулся к Осии. – Доверься я ей в деле с камнями, я не был бы первым, так?
Осия покачал головой:
– Нет, ты не был бы первым. Но пока оставим это.
Йен кивнул. На сегодня хватит.