Огонь и ветер
Шрифт:
— Признаны случайным совпадением и аномалией. Использование невозможно, — покивал Ри. — А если что-то другое?
— Что? — горестно спросил Скрипач. — Что, Ри? У нас ничего нет. В том числе денег — их хватит максимум на лечение Берте. Причём там, где оно стоит дёшево, замечу.
— Знаешь, я всё-таки хочу попробовать, — Ри задумался. — Нельзя сразу ставить крест на возможности, понимаешь? Мы должны…
— Мы должны уложиться в две недели, — угрюмо заметил Ит.
— Нереально.
— А мы не пробовали, — с горьким ехидством
— Ребята, вы… — Берта задумалась. — Как бы это сформулировать. Ит, вся та активность и безумие — из-за того, что я нашла? Вы действительно хотите попробовать… вернуть?
Ит задумчиво посмотрел на неё — от этого взгляда у Берты вдруг мурашки побежали по коже.
— Я — нет, — ответил он. — Если говорить обо мне, то я хочу только одного. Попробовать спасти тебя. Малыш, ты же меня знаешь, я… — Он осёкся.
— Нет, — она покачала головой. — Ит, не обманывай себя. До этого момента…
— До этого момента я не думал про такое развитие событий, и знаешь почему? — Ит тяжело глянул на Ри и Скрипача. — Потому что один я бы не справился. А ты сумела сдвинуть их с мёртвой точки. Ри, скажи, только честно — если бы не появилась пусть и туманная перспектива вернуть Джессику, ты бы ввязался в это дело? Не врать, гений. Не врать! Понял?
Ри опустил голову.
— Нет, — глухо проговорил он. — Берта, прости меня, но нет. Я бы побоялся.
— Чего? — поинтересовалась она.
— Того, что… Берта, тут её могила, понимаешь? Остаться во внешке, и даже не иметь возможность цветы привезти? Ниточку порвать, самую последнюю? Уже насовсем, навсегда?.. Хорошо. — Он резко поднял голову. — Да, я малодушный трус и сволочь, можешь не говорить это, Ит, я и сам скажу. Но я бы не пошёл. Из-за того, что она осталась бы тут… одна.
— Вот, — наставительно кивнул Ит. — Другое дело. Спасибо, Ри. Жестоко, зато честно.
— Меня можно не спрашивать, — встрял Скрипач. — Иначе, боюсь, будет ещё более жестоко.
— А тебя и не спрашивали, — ухмыльнулся Ит. — Значит, так. Мы завтра — на рыбалку, так сказать. Рыжий, Берта — на телефон, и обзванивать всех, кого только можно.
— На предмет? — удивился Скрипач.
— Ищи контакт с Альянсом.
— На кой хрен мне для этого кого-то обзванивать?
— Идиот… Найди человека, который хоть какое-то отношение имеет к представительству. И на тебя выйдут уже сами, не позже, чем через сутки.
— Не буду я никого обзванивать, — отмахнулся Скрипач. — Смотаюсь, погляжу…
— У тебя крышу не сорвёт, пока ты будешь глядеть? — усмехнулся Ри.
— Нет, скорее всего, — с сомнением произнёс Скрипач. — На всякий случай цепочку с собой возьму.
Металлическую цепочку он таскал с собой почти постоянно — и когда пробивало покрутить что-то в руках, начинал крутить её. Звенья были запаяны на совесть, порвать цепочку было сложно.
— Поосторожнее только, — попросил Ит.
— Ммм… не знаю. Нет, ребят, давайте я лучше
— Рыжий…
— Нет, я сказал! Я поеду с вами, вы там не справитесь вдвоём!
Спорили в результате до ночи — уломать Скрипача оказалось сложно.
Но всё же уломали. Пусть и с трудом.
Выехали с самого ранья, по темноте. Моторка, которую сейчас вёл Ит, была хорошая — пять лет назад получил на работе, отстояв на эту моторку двухлетнюю очередь, а потом год доводил до ума. Это уже была даже не моторка, а, по сути, небольшая моторная яхта. Шесть метров длиной, с закрытой кабиной (осенью и весной ещё как актуально, а крышу Ит сделал съёмную, на лето её он обычно как раз и снимал), со спальными местами и даже с крошечной кухонькой — газовая плитка с двумя конфорками, закреплённая на специальном подвесе, и дорожный чайник-самогрей. У этой лодки даже было имя, зарегистрированное в реестре речных судов, — яхта называлась «Горизонт». Название было написано, как и положено, в средней части корпуса, с двух сторон, рядом с реестровым номером.
В кабине довольно быстро стало тепло — в своё время Ит озаботился печкой, — и Ри даже немного подремал, сидя в обшитом красным дерматином мягком кресле. Впрочем, Ит скоро его разбудил.
— Ну чего? — сонно спросил Ри, потягиваясь. Куртку он расстегнул, и за час, пока он спал, она задралась и уехала куда-то, сбившись под спиной. — Ит, шесть утра, дай поспать ещё…
— Ай ты умный какой, — ехидно проворчал Ит. — Ты, значит, спать, а я, значит, веди? Хорошо устроился. Ты меня обязан развлекать разговорами, понял? А то засну, и в берег впишемся.
— А не пошёл бы ты?..
— Нет, серьёзно. Я правда спать хочу, да ещё ты тут, понимаешь, храпишь…
— Я храпел? — опешил Ри, который не храпел никогда в жизни.
— Немного было. Ну или не храпел, сопел, — поправил себя Ит. — Да поспим мы, не волнуйся. На Дорке встанем где-нибудь и пару часов поспим. У нас всё равно времени до вечера — завались.
— Тогда резонный вопрос — на кой мы так рано вышли?
— Потому что так положено, — пояснил Ит. — Все нормальные люди отправляются на рыбалку с раннего утра. Иначе клёва не будет.
— Тьфу на тебя, — обозлился Ри, снова садясь в кресло.
— Достоверность, дорогой мой. Достоверность — во всём, — назидательно пояснил Ит. — Удочки, водка, заспанные рожи, в пять утра выйти и так далее.
— Кому она нужна, твоя достоверность… — Ри зевнул, едва не вывихнув челюсть. — Проверять некому.
— А вдруг? — Ит пожал плечами. — Может, и не нужна. Но всё-таки.
— Да не «всё-таки», — Ри тяжело вздохнул. — Слушай, а что мы будем там делать?
— Увидишь, — Ит нахмурился. — Выспаться действительно надо, Ри. Потому что этой ночью спать не будем. А будем вкалывать, как проклятые.