Охота на Снарка

Кэрролл Льюис

(На душе стало как-то спокойней);

Даже Булочник, стойкий, но слабый умом,

Подмигнул, наблюдая за Бойней.

– Будь мужчиною!
– в гневе увидел главарь,

Что у Бойни лицо побледнело.
–

Если встретим Джубджуба, крылатую тварь,

Пригодятся все силы для дела!

Приступ пятый. Урок Бобру.

Искали в наперстках - и здравых умах;

Гонялись с надеждой и вилкой;

Грозили

пакетами ценных бумаг;

И мылом маня, и ухмылкой.

А Бойня нашел обособленный путь,

Ведущий к задуманной цели;

В пустынных горах наводящее жуть

Безлюдное вилось ущелье.

Бобер независимо выбрал его

И поступью двинулся твердой,

Ни словом, ни вздохом не выдав того,

Что явно показывал мордой.

Каждый думал, что думою занят одной:

О том, кого нужно найти;

Ни один не хотел замечать, что другой

Идет по тому же пути.

Ущелье все уже, и солнце спешит

Спуститься все ниже и ниже;

Гонимые страхом (не зовом души),

Друг с другом сходились все ближе.

Вдруг чудовищный скрежет под тучи взлетел,

Знак опасности близкой и верной;

Даже хвост у Бобра побледнел и вспотел,

Бойне сделалось попросту скверно.

Святое, ушедшее в зыбкую тьму,

Он детство представил в тоске;

Звук с неба так явно напомнил ему

Скрип мела по классной доске!

– Это голос Джубджуба!
– он выкрикнул вдруг

(Тот, кого звали "тупицей").
–

Умоляю, считай! Но, пожалуйста, друг,

Постарайся со счета не сбиться!

Это крики Джубджуба! На все времена

Нас ученьем вожак одарил.

Это песня Джубджуба! Догадка верна,

Если трижды ее повторил!

Бобер, напрягая свой мозг небольшой,

Считал с напряженьем во взоре,

Но горестно всхлипнул и дрогнул душой

При третьем, последнем, повторе.

Осознал он, что где-то допущен просчет;

Вычислений оборвана нить.

И единственный способ закончить расчет -

Это заново числа сложить!

– К Двум прибавить Один... Я таблицу забыл, -

И Бобер захлебнулся от плача,

Вспоминая, как с детства решать не любил

На уроках такие задачи.

– Это можно, - в ответ человек проронил.
–

Это нужно, меня не обманешь.

Это будет! Бумагу, перо и чернил -

Самых лучших, какие достанешь!

Вынул перья Бобер, и чернильный прибор,

И пенал,

и тетрадь из портфеля.

Ядовитые твари из сумрачных нор

Кровожадно на Бойню глядели.

Но, решая пример, тот не видел химер;

Вместо этого в каждой руке

Он сжимал по перу и свой вывод Бобру

Пояснял на простом языке.

– Вот искомое - Три, - говорил он.
– Смотри:

Мы Три умножаем на Двадцать;

Перемножим опять, - преположим, на Пять,

И вычтем Сто Пять плюс Двенадцать.

Дальше просто совсем; добавляем Сто Семь

И Десять; затем, разделив

Это в столбик на Сто, убеждаемся, что

Ответ абсолютно правдив.

Мой метод так ясен, что я бы о нем

Рассказал, если было бы время

И мозги у тебя; но уж лучше пойдем

Мы вперед по затронутой теме!

Разобраться пора в том, что только вчера

Было пищей для злых языков;

И сегодня урок прочитаю я впрок

Про запретные тайны веков.

Излагал свои взгляды он негромко, как надо

(Но забыв об известных законах,

Ибо каждое слово потрясало основы

Всех наук и воззрений ученых):

– По натуре Джубджуб - бесшабашная тварь,

Порождение буйной природы;

Если речь об одежде - он явный дикарь,

Обогнавший столетия моды.

Но он помнит друзей - тех, которые есть,

К подношеньям относится косо,

И на съезд филантропов мечтает пролезть,

Собирать добровольные взносы.

Все согласны: вкусней он любых балыков,

Где же лучше хранится - загадка:

То ли в кубках из цельных слоновьих клыков,

То ли в красного дерева кадках.

Кипятите в опилках; солите в клею;

Саранчой и тесьмой укрепите;

Но и главную цель не забудьте свою -

Симметричность ему сохраните!

Завершился урок; хоть с готовностью мог

Бойня наш говорить до утра,

Только начал рыдать, не сумев передать,

Как он ценит и любит Бобра.

А на морде того было столько всего,

Что без слез стал понятен ответ:

То, что нынче постиг, он не мог бы из книг

Почерпнуть и за семьдесят лет.

Шли за ручку назад; Благозвон, гворят,

С потрясеньем в ликующем взоре

Закричал: "Как я рад! Это стоит утрат,

Понесенных в бушующем море!"

Так сдружиться, как с Бойней сдружился Бобер