Охота
Шрифт:
Добралась и сюда спокойно. Теперь полтора часа пробежки до катера, а там — сообщить Эрику, что я на месте, и пусть вытаскивает меня с Сэфа.
Мои берцы оставляли в мягкой пыли глубокие следы, так что, пару раз обеспокоенно оглянувшись, пришлось убедиться, что ветер, мотающийся среди каменистой пустыни, успешно и намертво заметает их. И успокоилась.
Почти не чувствуя усталости после монотонного бега по местности с валунами и крошеным камнем, я пролетела последние метры до отмеченного места. Вышла из состояния Тени. Вынула вирт и отключила экранирование
Не спеша, словно ничего не происходит, сунула вирт в карман — и стремительно обернулась, одновременно выстрелив из наручей ножи.
Двое, бывшие слишком близко ко мне, шарахнулись назад, на валун, едва не грохнувшись на него. Но остальные пятеро на меня, застывшую в оборонительной позе, среагировали спокойней. Может, оттого что стояли дальше. Может, оттого что все тоже вооружены неплохо. Один из этих пятерых поднял руку — не то утихомиривая своих людей, не то призывая меня к спокойствию.
— Ты кто?
Блин, заговори я — сразу сообразят, что перед ними женщина. Помешкав, я откинула капюшон. Лучше уж сразу. Не похожи эти ребята на представителей федеративных войск… Секунды ошеломления. Двое даже переглянулись.
— Но стрелять я умею, — бесстрастно предупредила я.
Поднявший руку поднял вторую и вышел так ко мне. Остановился шагах в трёх, едва я демонстративно покачала ножами… Высокий, сдержанный. Вглядывающийся в меня. Кажется, пытается сообразить. Но это трудно. Я поняла его замешательство. Поэтому патовую ситуацию попробовала на разрешение сама.
— А кто вы?
— Я тебя знаю, — внезапно сказал вышедший. — Ты была у Хантера.
Я отскочила было в сторону, когда ко мне под ноги бросился ещё один, прятавшийся сбоку, за катером. Но одновременно на меня налетел тот, пробовавший начать переговоры. Я здорово разодрала ему лицо, но навалившаяся толпа скрутила меня мгновенно. Единственное удовлетворение — окровавленные рожи большинства из них: неплохо поработала руками-ногами!
Переговорщик крепко прижимал меня к себе, пока двое, шипящие от боли (морды не просто расцарапаны, а разрезаны!), пытались меня разоружить. Когда метательные ножи, четыре длинных и два ПП оказались на валуне, державший меня спросил:
— Сама скажешь — всё? Или придётся обыскивать дальше?
— Берцы, — неохотно сказала я. Ещё не хватало распалять этих мужланов: не дай Бог дадут волю инстинктам…
Через минуту я очутилась на руках переговорщика — босая.
— Что дальше?
— Дальше мы входим на твой катер и летим к Хантеру. Если он жив.
— Вы уверены, что хотите именно к нему?
— Он арестован? Что с ним? Ты скажешь сама? Или…
Его лицо, усталое, заросшее щетиной, с ввалившимися от голода щеками, вызвало во мне нормальные, здоровые эмоции — чисто женские. Жалость и даже где-то сочувствие. Потерянные на чужой войне.
— Дай слово, что твои… твои парни ничего мне не сделают.
— … Даю, — помедлив, отозвался он.
— Тогда
— А я не уверен, что ты в безопасности, — послышался голос Эрика по громкой связи вирта: его я включила, чуть только поняла, что без поддержки не обойтись. — Они меня слышат?
— Слышим, — угрюмо отозвался переговорщик, сначала встревоженно сдвинувший брови. — Чего надо?
— Мне надо, чтобы вы отвечали за свои слова. — Эрик выждал секунды, чтобы добавить: — Случись что с дамой, ответите жизнью. Это ясно? Дама — ваша гарантия безопасности, с момента как вы её обезоружили. Мы ведём съёмку происходящего, так что ваши лица зафиксированы.
— Ясно.
Я чуть не фыркнула. Теперь-то и мне стало ясней ясного, что эти восемь человек сейчас чуть не в панике и желают лишь одного: пропасть с поверхности Сэфа.
— Эрик, открывай. Не дай Бог на радары попадём. Экранирование я уже сняла.
Хантеровский бандит (будем называть вещи своими именами) внёс меня в открывшуюся дверь. Кажется, в космических суднах он ориентировался: сразу внёс меня в рубку и поставил на ноги уже здесь. Я без промедления села в кресло пилота. Он — рядом, обернувшись к остальным, которые быстро заполняли единственную каюту моего маленького катера. Первым делом, едва я закрыла двери, внешнюю и внутреннюю, уведомила незваных «гостей»:
— Аптечка — на стене. Щит коричневого цвета. Рядом с продуктовым. Это щит красного цвета. На многое не рассчитывайте — там только пищевые пластины. Рядом же, чуть слева, — синий такой щит. Это для тех, кто хочет умыться. — И повернулась к переговорщику. — У вас есть считанные минуты, чтобы высказать свои пожелания, куда вы хотите. В отличие от Эрика, я человек миролюбивый (он невольно глянул на берцы, которые я начала надевать). Но нас вот-вот могут засечь. Итак. На какую планету?
— Где Хантер?
Я замолчала надолго. Вот как это всё объяснить постороннему человеку? Для меня-то происшествие с Хантером — из разряда обычных. А вот для них… Начну рассказывать — не поверят. Спросить о другом? Чтобы узнать подоплёку вопроса?
Спрашивать придётся очень деликатно: переговорщик насторожился из-за моего молчания. Кажется, он приходит к выводу, что Хантера на свете нет.
— Зачем вам к Хантеру?
Теперь переговорщик не нашёлся, что именно сразу ответить. Пока он собирался с ответом, я сообразила задать ещё один вопрос:
— Как тебя зовут? Меня — Ингрид.
— Марк, — нехотя сказал переговорщик. На взгляд, ему было лет тридцать с лишком, близко к моему возрасту. Но светло-русая щетина здорово старила его. Глаза тоже светло-серые — в кровавых прожилках. Давно не спал.
— Марк, давай начистоту. Почему ты хочешь к Хантеру?
— Он жив?
— Жив.
— Мы надеемся, что он… — начал Марк и осёкся.
— Что он скажет, что делать дальше?
— Да.
Снова задумавшись, я некоторое время смотрела на панель управления. Спохватившись, я сказала: