Охота
Шрифт:
А потом плюнула на всё и решила, что без Тени слишком много времени теряю. И побежала по обочине. Правда, бежать пришлось недолго: по дороге загудела колонна машин. Прикинув, откуда и чего, сообразила: с той, обратной стороны дороги расположен транспортный космопорт. Пробежала и вместе с ними недолго. Впереди, кажется, колонну на некоторое время остановили, так что я осторожно пристроилась на подножке грузовика и поехала дальше с комфортом. Ну, не считая ветра, конечно. Ближе к самому городу приготовилась спрыгивать… Вовремя смылась: когда колонна начала останавливаться, так что в толпу не попала.
Мысль даже промелькнула: а может, подъеду прямо к штабу? Я улыбнулась. Нет, конечно. На этом внедорожнике моя идеальная удача закончилась. От нужного мне маршрута машина увела меня чуть дальше. Пришлось выждать, пока внедорожник остановится, и исчезнуть из него.
Если вне города ветер нёс не только пыль, но и песок, налипавший на губы и настырно лезший в рот — не отплюёшься, то в самом городе ветер гонял и вздымал лишь пыль. Город и так серый из-за вечно пасмурного неба, а волны пыли словно специально запорашивали его ещё больше… По просторным тротуарам бродило довольно много растерянных людей, одетых причудливей порой, чем я. Так что я вышла из-за угла одного дома уже не Тенью. И спокойно зашагала дальше.
Кажется, места сражений переместились на окраины — ближе к самим заводам. Так что здесь, на городских улицах, более-менее безопасно… Но насторожённость всё же соблюдать приходилось. Тех же, кто забывал об осторожности, ждала участь не самая лучшая… Впереди идущая, ничем не примечательная женщина приблизилась к глухо закрытым домам — к стенам и окнам магазинов. Она просто шла, видимо задумавшаяся, когда вдруг из-за угла — между двумя зданиями впритык, выметнулась сильная рука и, схватив её за плечо, втянула в щель между домами.
Крика я не услышала: кажется, ей сразу зажали рот. Ни впереди идущие, ни позади — я покосилась через плечо — не показали ни малейшим движением, что видели произошедшее или что собираются ринуться незнакомке на помощь… Война…
До щели между зданиями несколько шагов. Незаметно поменяла направление. Прохожих обходила мягко, легко добираясь до нужного места. У меня время есть. И у меня война давно идёт… Шаг в тёмно-серые тени узкого переулка — прятаться Тенью не собираюсь. Прошагала ещё несколько шагов, пока не вышла в тёмный же внутренний двор с небольшой пристройкой, приткнувшейся через пару метров от выхода из переулка.
Нисколько не сомневаясь, подошла к пристройке. Кирпичная, с плотно закрытой дверью. И опять ни на гран сомнений. Рванула дверь — та не пикнула, открылась спокойно, без скрипа. Шаг вперёд — и плачущее, протестующее мычание ударило по ушам, хоть и еле доносилось снизу. Быстро пробежала лестницу — мягко нажимая на ступени подошвами берцов. Полумрак и ломаные тени в подвальном помещении оказались не слишком густыми. Трое.
Не утишая шага, кинула два метательных ножа. На ходу. Один рухнул. Второй взмахнул руками и закричал тонко и пронзительно, когда нож вошёл в шею. Сидевший на жертве быстро обернулся. Я ударила ногой прямо в лицо — выпущенными из подошвы лезвиями. Убила одним ударом. А потом добила второго, раненого, который шатался по подвалу с болезненными воплями.
Чувствовала только холодное бешенство. Крысы… Только бы напасть на беззащитного, пока в городе разруха и смятение.
Женщина выползла из-под обмякшего на ней тела. Села на бедро, вздрагивая и со всхлипом втягивая воздух сквозь зубы, и ногами отодвинула от себя тело несостоявшегося насильника. Потрогала свой подбородок. Кажется, сидевший на ней крепко держал ей рот ладонью… Застыла, всё ещё тихо вздрагивая, а потом сильно потёрла лицо ладонями. Подняла голову. Волосы тёмные, небрежно скреплённые прямоугольными «крабами», почти все вывалились из заколок. Лицо глазастое, зарёванное. Вся какая-то смятая, раздавленная…
— Мальчик… Ты…
— Пошли отсюда, — грубовато и тихо ответила я, не собираясь поднимать глухо надвинутого на лицо капюшона.
Она отчаянно закивала, попыталась встать и удивлённо, жалобным тонким голосом сказала, глядя на меня заслезившимися глазами:
— Встать — никак.
Я только шагнула к ней помочь — она шарахнулась от меня в настоящей панике, двигая задом по полу и подпрыгивая от меня подальше. Я замерла, потом сообразила, что её напугало, и оттянула капюшон с лица.
— Не бойся. Меня зовут Ингрид. А тебя?
— Ты не… — начала она и запнулась.
— Нет. Я женщина. Сейчас я к тебе подойду и помогу встать. Ты разрешишь?
Заикаясь, она снова втянула воздух сквозь зубы, и её передёрнуло — кажется, от воспоминаний о недавнем. Наконец она глубоко вздохнула и поднялась сама, стараясь не смотреть на трупы.
— Меня зовут Летиция. Живу недалеко. Не думала, что… Ингрид, ты проводишь меня? — Она тревожно вгляделась в мои глаза, хотя здесь, в подвале, недостаточно света, чтобы разглядеть их.
— Провожу, — согласилась я после недолгого раздумья. Кирилл никуда не денется, а Летиция явно одна не дойдёт. Несмотря на внешнюю успокоенность, выглядела она душевно растерзанной. Да и я… Не слишком ли я самоуверенна? Ну, ладно. Сейчас этих бандитов я поймала на неожиданности. Но случись что не так… Да ещё трое…
У начала лестницы наверх она встала нерешительно. А потом попросила:
— Давай ты первая… — И оглянулась на три мёртвых тела.
Боится — поняла я. Боится, как бы я не убила и её.
И пошла первой наверх, из подвала. Летиция вышла чуть не минуту спустя. Было даже желание снова заглянуть в подвал и спросить, чего она возится. Но она вышла — и я чуть усмехнулась: волосы уже оказались в порядке. Она их просто выпустила из всех заколок, после чего подняла и снова заколола. Слегка небрежно, но женственно. Летиция — кажется, ей лет двадцать пять-двадцать семь — вообще оказалась даже при всей своей растерянности очень хорошенькой. Неудивительно, что бандиты польстились на неё.