Шрифт:
Глава 1. Именем Ирдиона!
— Ну расскажи ещё! Ну, пожа-а-луйста! Ну, Лея! Ты теперь через год снова приедешь, а старая Дезире не рассказывает нам сказок! — младшие дочери семьи Милгид сложили руки в умоляющем жесте, глядя на старшую сестру.
Они сидели полукругом на большой кровати, ускользнув под покровом ночи из своих спален в комнату старшей сестры, которая приехала к ним в гости из самой Рокны.
— Вы не отстанете, да? — со смехом спросила Лея. — Уже полночь! А ну брысь из моей постели!
— Ну пожа-а-алуйста! Ну сестрица, ещё одну, ну после-еднюю?!
— Сами напросились, — прищурилась она, — будет вам на сон грядущий
— Нет, нет, только не о Звере! — девочки быстро юркнули под одеяло и потянули его на себя, пытаясь спрятаться.
А Лея знала: сказка о лаарском Звере — единственное, что сможет выставить за дверь ватагу соскучившихся по её рассказам сестёр. Вот только страшные истории о Звере здесь, в Милгиде, никто не считал сказками. Слишком уж близко их поместье от границы с Лааре, чтобы не знать всех кровавых подробностей.
Разумеется, рассказывать всех ужасов сёстрам Лея не собиралась, просто знала, что сейчас они сразу же притихнут, а потом попросят её проводить их в свои комнаты — спасибо няньке Дезире, которая так запугала их лаарским чудовищем, что при одном упоминании о нём они становились послушными, как овечки.
Но в этот раз девочки слишком соскучились по старшей сестре и тянули время, как могли. Лея посмотрела в тёмное окно, в котором тускло мерцало пятно горящей свечи, и подумала, что сегодняшняя ночь, как никогда, подходит для страшных сказок.
Буря разыгралась нешуточная. Ещё после полудня их матушка, леди Милгид, посмотрев на небо, покачала головой и велела запереть ставни в нижних комнатах. Чутьё у хозяйки поместья было хоть куда.
Ненастье, пришедшее со стороны мрачных лаарских гор, бесновалось за окном с раннего вечера. Буря гнала по небу низкие косматые тучи, и к ночи они пролились холодным косым дождём. Уже давно стемнело и время приближалось к полуночи, а ветер всё не унимался, хлестал по стеклу ветвями старого вяза, и слышно было, как его корявые сучья, словно костлявые пальцы, натужено скребут по черепичной крыше над окном.
— Ну что? Готовы? Это будет очень-очень-очень страшная сказка! У вас кровь застынет в жилах, и вы даже не сможете дышать. Ну? — Лея обвела сестёр торжествующим взглядом и, видя, что они всё ещё сомневаются, произнесла зловещим шёпотом: — Тогда слушайте: жил-был далеко в лаарских горах, в страшном мрачном замке прекрасный принц. И звали его…
— Именем Ирдиона! Откройте ворота! — неожиданно послышалось со стороны окна. Раздался гулкий стук, доносившийся даже сквозь вой ветра, и сёстры Милгид, все как одна, взвизгнув, с головами нырнули под одеяло. — Именем Ирдиона! Немедленно откройте ворота!
Откуда-то снизу, со стороны воротных башен, донеслись многочисленные глухие удары, и замковые псы зашлись в безудержном лае. И казалось, что это не просто кто-то стучит в дверь, а её осаживают огромным кузнечным молотом, и тот, попадая на ржавые железные скобы, рождает ужасный звук, разносящийся волнами по всем коридорам и закоулкам старого поместья Милгид.
Именем Ирдиона? Мирна-заступница! Что могло понадобиться рыцарям Ордена здесь, ночью, да ещё в такую погоду?!
Лея вскочила с кровати и бросилась к окну. Выглянула — темно хоть глаз коли, на улице скоро полночь. Она безуспешно пыталась рассмотреть всадников, но увидела лишь маячившие пятна света на мосту — наверное, фонари приезжих, ну а что ещё разберёшь в непроглядном осеннем мраке? Босые ступни обжигало холодом — камин давно угас, а ветер выдул из комнаты последние остатки тепла и теперь торжествующе надрывался в трубе. Лея привстала на цыпочки и наощупь задвинула заслонку. Надо
— Кто там, Лея? — из-под одеяла выглядывали четыре пары испуганных глаз.
— Просто путники, заблудились, наверное, в такой-то дождь, — попыталась она успокоить сестёр.
— Именем Ирдиона! Откройте ворота! — разносился зычный голос с улицы.
Старые воротные башни подхватывали его и усиливали многократно, рождая раскатистое эхо. В Милгиде такие уж певучие стены, не даром же говорят, что в старом замке живут привидения. И хозяева не спешили разубеждать в этом заезжих гостей. Когда живёшь в такой глуши на границе с Лааре, дурная слава иной раз играет только на руку, храня от лихих людей лучше, чем стрелы, мечи и рвы. Так что приезжих леди Милгид частенько селила именно в этих комнатах у воротных башен, а уж остальное довершали ветер, скрипучие половицы, мрачные рассказы кухарки и бутылочное горлышко в каминной трубе.
Лея натянула туфли, набросила халат и, схватив свечу, направилась к двери, шикнув сёстрам:
— Сидите и не высовывайтесь!
Замок ожил. Слышно было, как захлопали двери, как чьи-то ноги прошаркали по коридору, кто-то ругнулся, загремели ключи. Такие нетерпеливые поздние гости — это не к добру. А уж с именем Ирдиона на устах — не к добру вдвойне.
Лея осторожно выглянула в коридор. Из холла слышались незнакомые голоса: зычный мужской и ещё один потише, а поверх спокойный голос леди Милгид вопрошал о том, по какому делу явились достопочтенные рыцари. Лея проскользнула по коридору к лестнице, ведущей вниз, прислонилась к приоткрытой створке двери, и прикрывая пламя рукой, прислушалась.
— Беглую ищем, преступницу и ведьму. Вот читайте! А где барон Милгид?
Прошелестела бумага, и следом снова послышался спокойный голос матери: леди Милгид никогда никого не боялась — ни Тайной стражи, ни ирдионских рыцарей, ни медведей, ни даже лаарского Зверя. И тут не растерялась:
— Так в Лиссе он, на ярмарке. Там и заночевал, непогода-то видите какая. А у нас тут посторонних нет, командор. Молодая женщина? Тёмные волосы, тёмные глаза, красивая, по обыкновению носит мужское платье, владеет любым оружием… — зачитала с бумаги леди Милгид. — Нет, у нас таких не было. Мы бы знали, и уж поверьте — не стали бы укрывать никаких беглых, помилуй нас Всевидящий от такой глупости! Здесь только мы и наши слуги. Да и погода видите… какие беглые сюда заглянут? В нашу-то глушь! К нам в Милгид и в хорошее-то время не доедешь!
— Приведите сюда всех женщин! Да поторопитесь, — оборвал леди Милгид командор и бросил своим людям: — Обыскать замок!
— И слуг тоже привести?
— Я же сказал — всех. От младенцев до старух!
— Разумеется, командор, — мягко ответила Аберта Милгид. — А пока не угодно ли согреться? Сюзанна! Сделай нашим гостям огненный грог из фесского! Погода-то ужас просто. И принеси сыр и хлеб. Да камин разожги. Располагайтесь, господа. Обсохните пока.
Лея даже удивилась. В холле топтался с десяток вооружённых мужчин, они ходили взад и вперёд, оставляя за собой лужи и грязь на полу, с их плащей стекала вода, и седельные сумки они бросили прямо посреди комнаты. И уж точно они изгадили матушкин зафаринский ковёр, что лежал у большого окна. А за такое леди Милгид любого бы осадила, пусть даже и рыцаря. Заставила бы слуг принять у господ плащи, и велела бы скатать ковёр, не стесняясь никого обидеть. И не стала бы потчевать их грогом, да ещё из фесского! Таким сойдёт и кружка эля.