Олеся
Шрифт:
– Так что я тебе рассказала?
– Много чего, - серьёзно ответил друг.
– На хрена ты с этим кобелиной связалась? Думала, по-другому будет? У него девок как грязи, а Анжелка та ещё... Я и не думал, что ты на него клюнешь, у тебя же голова на плечах и в рабочем состоянии! Мой тебе совет, забей и забудь!
– А что мне остается, - зло сказала я.
– Только это и остается.
– Олеська, не злись! Хочешь глупостей наделать?
– он приобнял меня.
Я глубоко
– Нет, не хочу. Ты прав.
– Вот, бери себя в руки, морда кирпичом и вперед.
– Петя, у меня не морда!
– Ну, мордашка! Не придирайся, - он прижался щекой к моему виску.
– А если он опять нарисуется?
– А зачем? Он же сказал, что ему... хватило...
– Петька даже смутился.
– А чего хватило-то?
– я вспоминала, что мне говорила Анжелка, и только теперь дошли её намеки.
– Блин, ты чего как маленькая, - фыркнул Петька.
– Да я серьезно не понимаю.
– Можно, я тебе не буду объяснять?
– жалобно спросил Рыжик и отвернулся.
– Ты чего?
– я соскользнула с кровати, встала перед ним и попыталась повернуть его лицо. И тут почувствовала, что зря я так встала.
– Да я с ним...
– попыталась объяснить, и покраснела. Блин, что за фигня?? Чего за реакция на меня?? Я же не блондинка.
– Олеська, - гаркнул дорогой друг, слегка отстраняя меня. А потом, неловко отводя глаза, добавил.
– Давай, я с ним пообщаюсь душевно? Чтобы отстал?
– Да он пока и не пристает. И не должен. Сам же разорвал все. Не вздумай с ним говорить обо мне. Я со стыда сгорю.
– Ладно, если так. Но если что, то ты мне сразу сообщи. Может, пока на учебу не ходить? Отдохнешь? Учеба - фигня. Нагонишь.
– Нет, это для тебя фигня. А я пропускать не хочу. Да и чего пропускать? Ни кто не умер. Все нормально.
Петька осторожно кивнул, пристально на меня глядя. Видимо пытался понять, так ли легко все будет на деле, как на словах.
– А сколько времени?
– поинтересовалась я, чувствуя себя не в своей тарелке.
Петька посмотрел на свой телефон.
– Два уже. Ты давай переодевайся, ложись, я тебе футболку сейчас дам.
Я зевнула.
– А в ванную? Чего я в футболке разгуливать буду.
– Давай в ванную, но тихо. Все спят уже.
– Ага, я тихо и быстро.
В ванной я посмотрела на себя в зеркало. Что же ночью было? Блин... Петька, чего за фигня? Я плеснула холодной водой в лицо. Не может такого происходить, чтобы мой друг меня хотел... мне просто показалось .. привиделось.. пьяная еще не протрезвела... Того и будем держаться. Что ж оно все сразу на меня свалилось-то?
Вот сейчас пойду, лягу спать
Зарядки у Петьки подходящей не оказалось. А вот Нинкин номер у него был. В целях конспирации смс я скинула через интернет. Потом легла, пока Петька был в ванной. И провалилась в сон.
Проснулась я в панике, во сне за мной кто-то гнался по бесконечному коридору без дверей. Преследователь бежал легко, свободно, я же убегала в страхе и понимала, что не догнал он меня только потому, что просто развлекается этой погоней. На меня накатывал паника, мой бег становился все медленнее, силы оставляли. Я убегала от того, кто был мне знаком, но лица его не видела и от того было ещё страшнее. Резко открыв глаза, уставилась в потолок. Дыхание было тяжелым, как будто я, действительно, бежала. В комнате было светло. Сколько же я проспала? Петьки в комнате не было.
Села, потерла лицо руками. Надо вставать. Тут зашел дорогой друг.
– Проснулась? Пошли завтракать.
Я замерла, прислушалась к организму.
– Как я есть хочу...
– Конечно, хочешь, ты вчера на еду особо не налегала, предпочитала жидкости.
– А пить я тоже хочу.
– И головушка раскалывается, - добавил друг, глядя насмешливо и нежно одновременно.
– Нет, ничего не раскалывается.
– Мда, везет тебе.
– И не говори. Так что там с завтраком? Кстати, твои дома?
– Солнце, одиннадцать дня, все разбежались. Пойдем тебя кормить.
– А сам покормиться не хочешь?
– Так я уже поел.
Петька ушел на кухню, я, переодевшись, забежала в ванную. Что-то часто у меня незапланированные ночевки вне дома. Надо зубную щетку купить. Походную. Чтобы всегда под рукой.
Я сметала бутерброды, Петька, глядя на меня, посмеивался.
– Чем сегодня заниматься будешь?
Я пожала плечами.
– Не знаю. Надо развеяться, вздохнуть полной грудью, - подумав, добавила.
– Съезжу к подружке в пригород. Мы с ней посплетничаем, обругаем мужской пол, и мне станет легче на душе.
Петька поморщился.
– Что за терапия такая? Чем весь мужской род-то виноват? Есть среди нас белые и пушистые!
– уверенно заявил он. Я отложила бутерброд, и, покрутив головой, спросила: