Омега
Шрифт:
Несколько товарищей Телио по плаванию собрались на корме, лениво переговариваясь. Двое или трое были на такелаже, собираясь спуститься. Никто не хотел оставаться наверху после наступления темноты – разве что по особому приказу.
Прошлой ночью, когда корабли проходили под облаком, небо было черным и угрожающим, с прожилками молний. Такого Телио никогда раньше не видел. Его смена начиналась только утром, и он думал, что хорошо будет провести ночь на своей койке в трюме, подальше от этого зрелища.
«Хаскер» все еще шел позади, ближе к берегу, «Бенвента» держалась справа. Но с приближением ночи все три корабля вопреки обыкновению
Возле балюстрады вдруг началась какая-то суета. Несколько матросов что-то лопотали, тыча руками в сторону «Хаскера». Телио подошел к ним и с удивлением увидел, что второй корабль подает какие-то сигналы и начинает поворот к берегу.
Были видны три флажка, два красных, один белый; белый слева: поворот влево и приказ остальным кораблям следовать за ним. Пока Телио наблюдал за происходящим, на «Хаскере» бросили якорь и собрались спустить на воду шлюпку.
Странно – ведь командующий флотилией на «Регунто».
Один из помощников пошел за капитаном, который только что спустился в трюм.
Впереди была бухта, и «Хаскер» бросил якорь на входе в нее.
Потом Телио увидел что-то похожее на каноэ. Борт к борту с «Хаскером» плыли две лодки.
– В чем дело? – спросил Кролли, врываясь на палубу, как летняя гроза. Он был недоволен.
Все собравшиеся молча указали ему на происходящее.
В обоих каноэ сидело по три молодые женщины. Полунагие, несмотря на вечернюю прохладу. Но, что невероятно, в зелено-белых одеждах Савакола!
Кролли вытаращил глаза.
– Мы дома, – сказал один из матросов.
Раздались радостные возгласы. Получилось! Они завершили экспедицию.
Нет, этого не могло быть. Телио не единственный знал родное побережье слишком хорошо, чтобы принять за него эти дикие края. Но как тогда можно было объяснить появление женщин-корбов и цвета Савакола?
Он изучил берег и не обнаружил ничего, кроме лесов и холмов. Каноэ сворачивали в бухту и определенно направлялись к берегу. Вдали, на гребне одного из холмов, он заметил разгорающееся пламя. Кто-то разжигал костер.
– Резко влево, – приказал капитан. – Бекка, просигналь «Бенвенте». Мы встанем рядом с «Хаскером».
Моряки снова радостно закричали.
Рядом с первым загорелся второй костер, и Телио услышал далекое пение. Снова молодые женщины. Исполняют одну из брачных песен их родины.
– Мы явно прибыли сюда не первые, – произнес капитан с унынием в голосе. Но, если он и был разочарован, он был такой один.
– По-моему, это оттуда, сверху. – Один из помощников показал на огни. Начал бить барабан. К нему присоединились еще несколько.
Барбар Маркане, который во всем усматривал неприятности, потряс головой и сказал, что благоразумнее было бы держаться подальше.
– Останемся на корабле, – предложил он. – Это проделки Шола. Не ходите туда.
Команде «Бенвенты» пришлось бежать, спасая свои жизни. Только матросы достигли берега, как кто-то заметил на горизонте синюю линию, едва заметную в сгущающихся сумерках. На вершине холма команды «Хаскера» и «Регунто» пытались понять, зачем кто-то развел, а потом бросил два огромных костра и, что еще более странно, куда делись женщины и как им удалось спрятать свои каноэ. Барабаны и голоса умолкли, и за исключением костров ничто не напоминало о случившемся.
Непонятно,
Океан. Телио повернулся, посмотрел в ту сторону и с ужасом увидел, как море поднялось, поглотило три их корабля, с ревом устремилось к берегу, ворвалось в бухту и набросилось на холм. Некоторые из матросов скатились по противоположному склону в отчаянной попытке ускользнуть от стихии.
Гребень волны перевалил через вершину. Вода сбила Телио с ног, погасила оба костра и, выдохшись, начала отступать.
Старший помощник, бросившийся за валун, неуверенно поднялся на ноги и огляделся. Некоторые из его товарищей лежали на земле, другие взобрались на деревья.
– Чудо, – выдохнул он.
– Корабли пропали, – закричали моряки.
Все смотрели, как отступает вода. Капитаны ошеломленно оценивали масштабы катастрофы и, быстро собравшись на совещание, приказали помощникам выяснить, кого не хватает. Быстрый подсчет показал, что потеряли примерно дюжину, в том числе Маркане. Это было печально, это разрывало сердце, но если бы не вмешательство женщин Савакола, сгинули бы все.
Как можно объяснить такое?
Пока Кролли оценивал последствия, с небес раздался голос – мужской.
– Заберитесь как можно выше, – произнес он со странным акцентом. – Приближаются новые волны.
Рон, мы видим, как цунами приближается к Бракелу. С огорчением должна сообщить, что много гумпов решили остаться в городе. Вот изображение с устройств наблюдения, которые, как нам сказали, размещены вдоль берега. Вы можете заметить вдали волну. По нашим данным, она будет высотой примерно в три этажа, когда подойдет. Главная проблема, однако, в том, что волна движется со скоростью несколько сот километров в час, так что шансы у ребят в городе невелики.
Изображение постоянно пропадает, потому что в этой зоне очень часты электромагнитные бури. Но мы постараемся не терять связь. Если вы приглядитесь получше, то сможете заметить нескольких жителей, укрывшихся в большом здании на краю пирса. Кажется, они смотрят на волну.
Рон, как бы я хотела, чтобы мы могли что-нибудь сделать...
49
Восточный континент. Понедельник, 15 декабря
Черные угли падали с неба, оставляя огненные следы. Что-то стремительно врезалось в океан у горизонта и выплеснуло на берег еще одну волну – хотя и гораздо менее ужасную, чем остальные. Завывал ветер, иногда восточный, иногда ледяной с юга. Океан неумолчно ревел.
Солнце исчезло в грозе, и мир померк.
AV3 укрылся от волн на восточном склоне холма, на противоположной от моряков-гумпов стороне бухты. Джули отсоветовала лететь на поврежденном аппарате по набухшему грозовому небу, поэтому модуль закрепили, и она выбралась наружу и заменила антенну дальней связи. Не то чтобы это было так уж важно. Помех было так много, что все равно ничего нельзя было услышать. Когда Джули закончила, погода резко ухудшилась, как будто это послужило сигналом. Все собрались в кабине, выключив огни, ожидая, пока пройдет эта ночь, надеясь, что не привлекут внимание Омеги.