Омега
Шрифт:
Потрясающе. С больным-то сердцем.
– Спасибо, Джин. – Нужно переобуться. – Джордж, закажи мне такси. И соедини с тетей Гарольда, той, что живет в Уитоне.
Она не смогла дозвониться до тети, которую видела однажды много лет назад. Насколько знала Хатч, эта тетя была единственной родственницей Гарольда в их районе. Но диспетчер сообщил ей, что абонент недоступен. По всей видимости, тетка была из тех, кто не носил комм. Что ж, Хатч могла это понять. Если она когда-нибудь
Все попытки получить информацию из Джорджтауна также ни к чему не привели.
– Он у нас, – ответили ей в больнице, – кроме этого, нам нечего вам сообщить на данный момент.
Через двадцать минут, после того как покинула Вудбридж, Хатч приземлилась на крыше Джорджтаунского медицинского центра. Она оставила машину, тотчас потеряла равновесие на заснеженном пандусе и поспешила вниз, в приемное отделение скорой помощи.
Тетя была там, стояла в окружении взволнованных людей. Милдред. Глаза у нее были красные.
Хатч представилась. Милдред слабо улыбнулась, сдерживая слезы. Еще тут были кузина, соседка, священник и Чарли Уилсон, сотрудник лаборатории.
– Как он? – спросила Хатч.
Чарли серьезно посмотрел на нее и покачал головой.
СВОДКА НОВОСТЕЙ
В Сент-Луисе температура упала ниже пятидесяти градусов
Мятежники Инири разбомбили поезд
Волна вызвана землетрясением в океане
Первый матч на звание чемпиона мира
В знак признания ее заслуг при эпидемии вируса «болус»
Она заявила, что их душами завладел дьявол
Безработица растет уже седьмой месяц
Паническое бегство из зрительного зала под звуки Бетховена
Миллиардер признан виновным по всем пунктам, жертвы митингуют перед зданием суда.
Гражданский процесс о восстановлении репутации лиц, ожидающих судебных решений
Он отказался воспользоваться пятой поправкой
Примитивной цивилизации угрожает облако.
Аборигены напоминают гумпов
Часть вторая. Гумпы
9
Арлингтон. Суббота, 15 марта
Гарольд так и не пришел
Когда об этом сообщили, Хатч еще была в больнице, пыталась по возможности поддержать Милдред и кузину. Она предупредила дежурного офицера Академии и выслушала врача, который выразил свои соболезнования и сказал, что они были не в силах что-либо сделать.
Гарольду было сто шесть. Милдред рассказала, что несколько лет назад доктора предлагали ему искусственное сердце, но он отказался. Она недоумевала почему. Гарольд всегда поступал рационально. И у него было все, ради чего стоило жить: казалось, он доволен работой, его уважали во всем мире.
– Он был одинок. – Слезы текли из глаз Милдред. Она выглядела относительно молодо, но ведь она приходилась Гарольду тетей, так что ей тоже перевалило за сотню.
Хатч вышла из больницы под все еще темное и холодное небо, задаваясь вопросом, почему не предугадала этого, почему не вмешалась вовремя? Она никогда не приглашала его в гости. Ни разу. Только бесконечные совместные обеды, во время которых она плакалась ему в жилетку, когда у нее были неприятности на работе. А Гарольд всегда говорил ей: «Успокойся, все обойдется. Это пройдет». Его любимая присказка. Все проходит.
Родители Тора жили в Англии, отец Хатч давно умер. Гарольд мог бы стать отличным дедушкой для Морин, если бы только Хатч знала. Если бы хоть раз задумалась.
Она стояла на посадочной площадке, глядя на последние хлопья, летящие над крышей. «Видимо, унесло ветром», – решила она, думая о прекратившемся снегопаде. Вокруг громоздились сугробы.
Гарольда нет. Трудно поверить.
Ее комм запищал. Тор.
– Что случилось?
– Его больше нет.
– Жалко.
– С полчаса назад.
– Ты как?
– Уже еду домой.
– Хорошо. Я разогрею что-нибудь на завтрак.
– Нет. Ничего не нужно, спасибо. Не хочется есть.
Приземлилось такси, из него вышла какая-то женщина, и комм Хатч запищал, сообщая ей, что это ее машина. Хатч забралась в салон, на ней застегнулись ремни безопасности. И в ее голове возникла мысль, которую она гнала от себя уже два часа. Гарольд, что же такое Омеги?
На дальнем краю крыши, на площадке для транспортных средств экстренной помощи, приземлилась скорая помощь. Хатч назвала такси свой адрес и откинулась в кресле.
Машина поднялась, повернула на юг и, набирая скорость, устремилась в сторону Потомака.
Обычно по субботам Хатч полдня работала, особенно если происходило что-то важное, то есть почти всегда. Она провела на месте меньше часа, когда пришел отчет. «Гальярдо» осматривал облако недалеко от альфы Кассиопеи и нашел очередного ежа. Обстоятельства были те же: еж держался вне облака, шел тем же курсом, с той же скоростью. Шесть с половиной километров в диаметре. Предварительное сканирование показало, что это типовой объект. Единственным отличием было расстояние до облака, всего пятнадцать тысяч километров.