Оникс
Шрифт:
Он развернулся, взглянув мне в лицо.
— Есть вероятность, что там находится мой брат или, по крайней мере, тот, кто может знать о местонахождении моего брата. Я не могу отступиться только потому, что это слишком опасно.
— Я понимаю это, — произнесла я, тоже вставая и нервно сжимая руки. — Только какая будет польза для Доусона… или для Ди, если тебя поймают?
Дэймон не сводил с меня глаз несколько долгих секунд:
— Я должен что-то делать.
— Я знаю, но тебе следует продумывать план действий
— Я не боюсь за себя, Кэт.
— В этом-то и проблема!
Его глаза сузились:
— Я бы не вовлекал тебя в это, если бы знал, что ты начнешь заниматься самодеятельностью.
— Самодеятельностью? — Ночные события, по всей видимости, значительно обострили мое восприятие происходившего, потому что меня разрывали самые противоречивые желания: что-нибудь разрушить или забиться в самый дальний угол и там тоже что-нибудь сломать. — Это я вовлекла тебя в это. Это я видела Бетани.
— Именно поэтому я и согласился взять тебя с собой. — Он раздраженно провел пальцами по волосам, тяжело вздохнув. — Если бы ты осталась в машине, я успел бы осмотреть верхние этажи.
Мой рот открылся:
— Тебя бы там и поймали. Я вышла из машины только потому, что ты не ответил на мое сообщение! Если бы я осталась на месте, то сейчас мы оба могли бы оказаться в тех клетках!
Его лицо вспыхнуло, и он отвел взгляд в сторону:
— Ладно. Мы оба сейчас… несколько взвинчены. Думаю, на сегодня стоит закрыть эту тему, и просто… не знаю, отдохнуть.
Мне не хотелось закрывать эту тему, но в его словах был здравый смысл. Скрестив руки на груди, я кивнула:
— Хорошо.
Еще раз взглянув на меня, он подобрал кепку со стола и направился к выходу, но на полпути остановился, и его плечи опустились.
— Я никогда раньше не убивал людей. — Его голос казался почти шепотом.
Наконец-то я поняла, почему он был так подавлен. Всему виной было не просто ощущение безнадежности из-за того, что он ничего не мог сделать. Желание успокоить его, прикоснуться к нему стало для меня почти физической потребностью. Потянувшись, я положила ладонь на его руку.
— Все хорошо.
Нахмурившись, Дэймон убрал мою руку.
— Ничего хорошего в этом нет, Кэти. Я убил двоих людей. И не надо… не надо сейчас ничего говорить.
Я поморщилась, в большей степени из-за того, каким тоном он произнес мое имя, нежели из-за его действий. Проведя обеими руками по волосам, я закусила губу так сильно, что почувствовала металлический привкус во рту.
Нельзя было позволять ему вернуться на эти склады. Ни за что на свете.
Хотя я не смогла бы убедить в этом даже себя.
Сон
Следующие несколько дней дыхание зимы стало особенно ощутимым. Довольно долго я пребывала в мучительном ожидании того, что к нам вот-вот ворвется спецназ и потребует объяснений, куда исчезли офицеры. Но ничего не происходило. За день до Нового года ко мне заглянула Ди.
— Тебе нравятся мои новые ботинки? — Она вытянула свою длинную ногу, затянутую в черный кожаный чулок, заканчивавшийся чуть ниже колена. Каблук был просто убийственным. — Подарок Дэймона.
— Круто. Какой у тебя размер?
Она засмеялась, положив в рот леденец.
— Не важно. Знаешь… прежде чем ты скажешь нет, хочу сразу уточнить, что уже урегулировала этот вопрос с Эш.
Я нахмурилась:
— Урегулировала что?
— Эш организовывает небольшую вечеринку на Новый год. Приглашены только мы. Дэймон тоже там будет.
— Мм… я сомневаюсь, что Эш обрадуется, увидев меня на вечеринке.
— Зря ты так думаешь. — Поднявшись, Ди закружила по комнате, как пойманная бабочка. — Она обещала, что все будет хорошо. Думаю, она начала к тебе привязываться.
— Да-а, как удав к жертве, — пробормотала я. Вращения Ди начинали вызывать у меня головокружение. — Не знаю.
— О, да ладно, Кэти. Кстати, ты можешь пригласить Блейка, если хочешь.
На моем лице появилась гримаса.
— Я не собираюсь этого делать.
Рука Ди, державшая леденец, замерла на полпути.
— Между вами какие-то проблемы? — В ее голосе слышалась надежда.
— Знаешь, если бы я действительно с ним встречалась, меня бы задел твой счастливый тон, но… так как я с ним не встречаюсь, то все в порядке.
Глаза Ди подозрительно сузились:
— Тогда… что между вами происходит?
— Ничего, — вздохнула я.
Какое-то время молча и сосредоточенно она рассасывала леденец.
— И ничего не происходит с моим братом. Так? Он кружит возле твоего дома без всякой причины.
Мои губы поджались.
— Ди…
— Он — мой брат, Кэти. Я люблю его. И ты — моя лучшая подруга, даже несмотря на то, что в последнее время тебе не слишком хочется ею быть. — Она блеснула мимолетной улыбкой, прежде чем продолжить: — Поэтому у меня ощущение, будто я оказалась зажатой между вами двумя. Я понимаю, что никто из вас не хотел этого, но мне так хочется, чтобы… вы оба были счастливы.
Теряясь в догадках, каким образом наш разговор перешел в это русло, я села на диван и вздохнула: