ОНО
Шрифт:
Эдди хотел огрызнуться, но глянув на заострившееся лицо Стэна, счел за благо заткнуться.
Дверь вела в по-летнему тихую и залитую послеполуденным солнцем кухню. Блестела на сушилке посуда. Ребята сгрудились у стола и, когда дверь захлопнулась, тихонько захлопали в ладоши и нервно захихикали.
— Где это? — шепотом спросил Бен. В висках Беверли назойливо стучали молоточки, когда она вела ребят — коридором мимо комнаты родителей к закрытой двери ванной. Толкнув дверь, девочка быстро заткнула раковину. Потом отступила назад, встав между Беном и Эдди. Кровавые ручейки засохли
Чужим срывающимся голосом Беверли спросила в пространство:
— Видели? Все видели? Она там?
Бен шагнул вперед, вновь поразив Беверли кошачьей грацией, неожиданной при его комплекции, и дотронулся до засохшей крови — в одном, в другом месте, коснулся зеркала.
— Здесь. Здесь. И здесь, — ровным тоном произнес он.
— Елки зеленые, будто поросенка резали, — охнул Стэн.
— И это все из раковины? — поинтересовался Эдди. При виде крови у него закружилась голова и участилось дыхание. Мальчик потянулся за аспиратором.
Беверли отчаянно боролась со слезами. Ей вовсе не хотелось разрыдаться; она боялась, что мальчики отвернутся от нее как от любой другой девчонки. Волна облегчения захлестнула ее, и девочка вцепилась в ручку двери, чтоб не упасть. Теперь-то уж она точно знает, что не страдает лунатизмом и не сходит с ума.
— А твои родители, значит, так ничего и не заметили, — протянул Бен. Он еще раз дотронулся до сгустка крови и, отдернув руку, вытер ее о край рубахи. — Ну и дела…
— Не знаю, как я теперь зайду сюда, — жаловалась девочка. — Ни тебе помыться, ни зубы почистить, ни… ну в общем понятно.
— А почему нельзя здесь вымыть? — спросил Стэн.
Беверли озадаченно посмотрела не него.
— Здесь?
— Ну да. Вряд ли удастся отмыть обои; скорее протрем их до дыр. Но все остальное… Тряпки есть?
— Под раковиной на кухне, — повеселела Бев. — Но мама удивится, если они исчезнут.
— У меня пятьдесят центов, — возразил Стэн, не отрывавший глаз от зрелища крови, разбрызганной по всей ванной. — Наведем здесь порядок, потом отнесем грязные тряпки в прачечную. Вымоем, высушим, и они займут свое место под раковиной до прихода твоих родителей.
— Мать утверждает, что кровь с одежды не сходит, — заметил Эдди. — Она въедается.
Бен хрюкнул.
— Неважно, сойдет она с тряпок или нет: они все равно не заметят.
Никто не спросил, что мальчик подразумевает под «они».
— Ну ладно, начнем, благословясь, — резюмировала Беверли.
8
Следующие полчаса они вкалывали как бобики, пока не уничтожили следы крови на стене, зеркале и в самом бассейне ванны. Беверли чувствовала облегчение. Бен и Эдди оттирали раковину и зеркало, пока девочка драила пол. Стэн с необычайной тщательностью принялся за обои; его тряпка была почти сухой… И ребятам почти удалось задуманное. Тарой для использованных тряпок послужила коробка Эльфриды Марш из-под ежегодного пособия малоимущим: у нее был мощный запас подобных.
Ведро
Наконец Стэнли, бросив критический взгляд на плоды их трудов, заявил:
— Это лучшее, что мы могли сделать.
На обоях слева от раковины и чуть сверху еще можно было различить слабые следы крови, но Стэн боялся за бумагу: она слишком истончилась. По сравнению с тем, что было, это казалось несущественным.
— Спасибо, — разогнулась Беверли. Она была чрезвычайно признательна ребятам. — Огромное спасибо. Вы даже не знаете, как помогли мне.
— Нормально, — пробормотал Бен, краснея.
— Порядок, — согласился Эдди.
— Теперь разберемся с тряпками, — предложил Стэн с решительным видом. Позднее Беверли пришло в голову, что он единственный в полной мере осознал, что компания перешла к очередной стадии противоборства с призраком…
9
Отмерив на глаз нужное количество стирального порошка, ребята насыпали его в пустую банку из-под майонеза. Для тряпок Бев нашла хозяйственную сумку. С ней компания и направилась в прачечную на углу Мейн- и Кони-стрит. В двух кварталах блестела на солнце ярко-голубая вода канала.
Прачечная оказалась почти пустой; лишь одна женщина в белом халате ждала у сушилки, бросив на ребят подозрительный взгляд.
— Холодная вода, — негромко произнес Бен. — Мама говорила, что кровь лучше смывается холодной.
Пока Стэн менял деньги, остальные загружали машину. Вернувшись, он подождал, пока Бев насыпет порошок и закроет дверцу, после чего бросил в автомат мелочь и нажал кнопку.
Хотя Беверли истратила большую часть выигрыша в расшибалочку на мороженое, в левом кармане ей посчастливилось нащупать завалявшиеся четыре цента. Она протянула их Стэну, который, казалось, огорчился.
— Бог мой, Беверли, неужели тебя так это беспокоит? Оставь их себе.
Беверли усмехнулась.
— Ты думаешь?
— Уверен. Все равно четыре монетки не сделают погоды.
Автомат принялся отрабатывать деньги, а четверка уселась на стульях напротив. Появилась красноватая пена. Беверли болезненно кольнуло, но отворачиваться девочка не стала. Женщина в белом халате все чаще посматривала на ребят, отрываясь от книжки: сперва она полагала, что компания окажется чересчур шумной и уже готовилась осадить их; теперь же ее смущала их необычная молчаливость. Открыв сушилку, женщина вытащила свое белье и бросила напоследок еще один недоверчивый взгляд. Дверь за ней тихо закрылась.
Как только это произошло, Бев услышала отрывистый голос Бена:
— Ты не одинока в этом.
Девочка удивленно повернулась к нему.
— Я хочу сказать, это не у тебя одной, — повторил Бен. — Видишь ли… Он замолк, вопросительно посмотрел на Эдди. Тот кивнул. Бен перевел глаза на Стэна, дождавшись такого же утвердительного кивка.
— Ты хочешь сказать, что такое уже бывало? — настойчиво дергая Бена за руку, спрашивала Беверли. Ей под завязку хватало того, что произошло накануне. — Говори, что ты знаешь об этом.