ОНО
Шрифт:
— Привет, Ричи, — откликнулась Бев, развернувшись к мальчику; на правой щеке тенью воронова крыла запечатлелся кровоподтек. Ричи еще раз позавидовал ее выдержке и… ему пришло в голову, что Бев действительно красива. Прежде он не задумывался над вопросом, могут ли быть красивые девушки вне кино. Теперь понял: могут. Пожалуй, именно этот «фингал» заставил Ричи оценить по достоинству красоту Беверли, именно его инородность, неуместность подготовили почву к тому, чтобы мальчик обратил внимание на все остальное — глубину серо-голубых
— Что-нибудь не так? — дерзко вздернув головку, поинтересовалась Бев.
— Да, моя сладкая. Ты позеленела как лимбургский сыр. Но ничего, когда мы выберемся из Касабланки, ты пройдешь курс лечения в нашем лучшем госпитале. Твоя красота вернется к тебе, клянусь мамой.
— Пряник ты, Ричи. Хамфри Богарт говорит совсем по-другому. — Бев тем не менее улыбнулась.
Ричи придвинулся к ней.
— Ты в кино пойдешь?
— Денег нет. Покажи свою игрушку.
Ричи сунул марионетку ей в руку.
— Только верни потом. Ей время спать.
Как только ее пальцы скользнули к резинке, Ричи поправил очки жестом, который переводился однозначно: «ни фига себе!» Вывернув ладонь, Бев закрутила марионетку вокруг указательного пальца. Резинка вскоре намоталась, и марионетка замерла. Легкое движение пальцев — и она вновь ожила.
— Ну ты смотри! — восхитился Ричи.
— Проще пареной репы, — заявила девочка, продемонстрировав ту же операцию за еще более короткий срок.
— О, прекрати, — поморщился Ричи. — Ненавижу показуху.
— А если так! — озорно склонила головку Бев, вращая марионетку в другой плоскости. Остановив игрушку, она вернула ее Ричи и села на место. У Ричи отвисла челюсть.
— Закрой рот — муха залетит, — не удержалась от смеха Бев. Ричи последовал совету, громко лязгнув зубами.
— Да, напоследок у тебя потрясно получилось. Мне самому такое удавалось лишь дважды.
Дети потихоньку двигались к кинотеатру. Прошли Питер Гордон с Марсией Фэдден. Вероятно, они вышли вместе; Ричи счел, что им удобнее ходить вдвоем, поскольку шпаны на Уэст-Бродвее, где они жили, хватало всегда. Несмотря на свои двенадцать лет, Питер Гордон уже вполне созрел как мальчик, о чем свидетельствовали многочисленные угри на лице. Иногда его видели в компании Бауэрса, Крисса и Хаггинса, но сам по себе реальной угрозы он не представлял.
Заметив сидящих на лавке Ричи и Бев, он заорал:
— Тили-тили-тесто…
— …жених и невеста, — с заливистым смехом докончила Марсия.
— А это видела? — Бев сделала неприличный жест в ее сторону. Марсия смущенно отвернулась; ей не верилось, что Беверли Марш может оказаться столь непристойной. Гордон обнял ее и бросил Ричи через плечо:
— Позже поговорим, четырехглазый.
— Отцепишься от юбки — поговорим, — без выражения ответствовал Ричи. Беверли, содрогаясь от смеха, слегка привалилась
— Парочка ничтожеств, — процедила Беверли.
— Н-на, штанишки Марсии должны благоухать розовой водичкой, — глубокомысленно изрек Ричи. Беверли чуть не задохнулась от смеха, успев проговорить:
— Может, это «Шанель № 5»? — и скрыла лицо в ладонях.
— Может, ты и права, — рассеянно ответил Ричи, не имея ни малейшего представления, что это такое. — Бев?
— Да?
— Покажешь мне фокус с игрушкой?
— Ну наверное; я не пробовала по заказу.
— Как тебе удается — научил кто-нибудь?
В ее взгляде сквозило презрение.
— Никто не учил. Сама дошла. Это все равно что дирижировать палочкой. Я бы смогла…
— Однако же какой самонадеянный ребенок у твоих родителей, — округлил глаза Ричи.
— Да вот уж такие мы, — с вызовом произнесла она. — И курсов вроде не кончали…
— И взаправду сможешь?
— Конечно.
— Собираешься стать хормейстером в средней школе, ага?
Беверли скривила губы. Гримаса — одновременно циничная и печальная — была совершенно необъяснимой и даже озадачила Ричи своим скрытым напряжением почти как фото из альбома Джорджа, когда предметы на нем вдруг обрели подвижность.
— Оставим это Марсии Фэдден или Салли с Гретой. Розовая водичка. Папы, дающие «баки» на наряды. Они могут себе позволить это, я — нет.
— Да брось, Бев, какое это имеет значение…
— Имеет. — Она пожала плечами. — Да ладно, какая разница. Была охота кувыркаться перед публикой. Лучше смотри сюда.
И в течение следующих десяти минут Беверли демонстрировала Ричи искусство виртуозного обращения с марионеткой. Ближе к концу Тозье уловил принцип, но у него по-прежнему получалось хуже.
— Ты слишком напрягаешь пальцы — в этом все дело. Свободнее, — поправляла его девочка.
Ричи взглянул на часы у входа в «Меррит Траст» на противоположной стороне улицы и присвистнул, убирая марионетку в карман.
— Елки зеленые, Бев, надо поторапливаться. Надо же еще встретиться с Копной, а то он решит, что я передумал.
— Кто это «Копна»?
— Да Бен Хэнском. Это я его так прозвал. Ну, как Копна Калхун.
Бев посмотрела на Ричи с укоризной.
— Зачем ты так? Бен хороший парень.
— Не губите, мэ-ем! — возопил Ричи, изображая Пикканинни; он бешено завращал глазами и бил себя в грудь. — Клянусь, мэ-ем, я буду послушен…
— Ричи, — прервала его Бев.
— Да он мне тоже нравится, — пошел на попятный Ричи. — Мы вместе строили запруду в Барренс на днях да и вообще…
— Вы там были? Вместе с Беном?
— Ну да. Целой шарагой. Все вместе и свалили. — Ричи мазнул глазами по часам. — Надо бежать. Бен ждет.
— Окэй.
— Хочешь, пойдем вместе, если ты не слишком занята, — помедлив, предложил Ричи.