Опаленное сердце
Шрифт:
— Кто твои родители? — спросил он.
— Они мертвы. Марк и Диана Беллами, — ответила я, радуясь, что мой голос не запнулся. — Они жили в старом коттедже на краю деревни. В том, что…
— Я знаю, который ты имеешь в виду, — перебил он. Его взгляд был оценивающим. — Так ты их ребёнок. Я не думал, что мы вновь тебя увидим.
— Я устроилась работать в полицию, — я сумела легко пожать плечами. — Учитывая недавнее убийство, я подумала, что это мой шанс приехать и посмотреть, что я вспомню, а также сделать что-то хорошее.
— Тяжеловато, да? — спросил
— Да, — честно ответила я. — Наверное, — я поколебалась. — Так вы были с ними знакомы? Вы знали Марка и Диану?
Его ответ был неспешным.
— Знал. То, что с ними случилось, потрясло это место на долгие годы. И теперь мы вернулись туда же, откуда начинали, — он сделал мрачный глоток. — Снова смерть.
Светловолосая женщина лет сорока пяти подошла от столика в углу, чтобы привлечь внимание бармена. Мужчина рядом со мной окликнул её.
— Угадай, кто это, Джули? Готов поспорить, не угадаешь.
Она глянула в мою сторону.
— Ты меня подловил, Билл, — её голос звучал ровно и безо всякого интереса. — Я не могу угадать, — она заказала джин с тоником, затем вскинула брови. — Ну давай. Кто ты?
— Это малышка Эм, — сказал Билл, ответив за меня.
Джули уставилась на меня.
— То есть…?
— Ага.
Её поведение мгновенно изменилось, сменившись с усталого раздражения на изумлённое волнение.
— О боже мой. О. Боже. Мой, — она бросилась ко мне, и на один тревожный момент я подумала, что она на меня нападёт. Затем она схватила меня за плечи и притянула в крепкое объятие. — Эм. Малышка Эм. Что с тобой случилось? Ты в порядке? Я так часто беспокоилась о тебе в эти годы, — она крепче стиснула меня, и её цветочный парфюм окутал меня почти до удушения.
— Если ты и дальше будешь так стискивать её, то дышать ей осталось недолго, — заметил Билл.
— О Божечки! — Джули отпустила меня и сделала шаг назад. — Прошу прощения. Я не хотела сделать тебе больно! — она изумленно покачала головой. — Просто я так рада видеть тебя. Когда я видела тебя в последний раз, ты была вот такого роста, — она показала на уровне своего бедра. — Я нянчилась с тобой, — она улыбнулась мне, затем посерьёзнела. — Я была так расстроена случившимся. Все мы расстроились. Этот мужчина, Сэмюэл Бесвик, — она зашипела. — Даже виселица для него слишком хороша.
— Вы знакомы с Бесвиком? — спросила я.
— О да, — она кивнула. — Считала его неплохим парнем, пока он не сделал то, что сделал, — её передёрнуло. — Даже переспала с ним разок после ночи здесь, — она глянула на меня, и её лицо изменилось. — Но ты не хочешь слушать об этом. Расскажи мне о себе. Чем занималась в эти годы? Я хочу знать всё.
— Она работает в полиции, — сказал Билл из-за моего плеча.
— В полиции? — Джули дёрнулась. — Ты здесь из-за Патрика.
— Да.
— Вау, — прошептала она. — Воистину, что посеешь, то и пожнёшь.
Я нахмурилась.
— В смысле?
Джули встретилась взглядом с Биллом.
— Ну знаешь. Из-за Патрика
Я замерла.
— Что насчёт Патрика и моих родителей?
— Ну ты знаешь.
— Нет, — ответила я ей. — Не знаю.
— Ну, это ведь он их нашёл, не так ли? И ты. Он пришёл, потому что Марк, твой папа, попросил его починить потёкший кран. Он постучал в дверь, вошёл, и… — она неловко пожала плечами, — увидел, что случилось. После этого он уже не был прежним. Думаю, обнаружив тебя и увидев всю эту кровь, он и сделался таким постоянно злым. Как это называется? ПРСТ?
— ПТСР, — прошептала я, уставившись на неё. Я не встречала этой детали в газетных вырезках или судебных протоколах. Я не знала, что Патрик Лейси нашёл моих родителей. Что он нашёл меня.
— Чертовски крупное совпадение, — прокаркал Джули.
— Ага, — я не могла уложить это в голове.
— Чёрт возьми.
Я отпила глоток сока. Я отчаянно желала узнать больше о маме и папе, но это был настоящий шанс расспросить о Патрике. Для моих родителей будет время потом; мне нужно сосредоточиться на нынешнем преступлении. Я неосознанно крепче сжала стакан. Раздался внезапный треск, и апельсиновый сок разлился всюду, когда стакан раскололся в моей руке. Чёрт. Этого не должно было случиться.
— Бл*дский ад, — Джули схватила с барной стойки полотенце и начала промакивать мою кожу. — Не двигайся, а то порежешься, — она сердито посмотрела на бармена. — Я же говорила, что эти стаканы — паршивая дешёвка, — раскритиковала она его. — Эм могла серьезно пострадать!
— Я в порядке, — выдавила я. — Это моя вина.
— Пффффф! Не говори глупостей!
Бармен поспешил к нам с совком и щёткой.
— Я приберу всё. Не беспокойтесь. Прошу прощения за это.
— Это моя вина, — сказала я. И это правда моя вина; временами я не осознавала свою силу.
— Ты запачкала всю эту очаровательную блузу, — Джули цыкнула языком, снова промакивая мою одежду полотенцем, но от этого оранжевое пятно сделалось лишь ещё больше.
Я улыбнулась ей и подняла ладони.
— Всё хорошо, — настаивала я, затем опустилась на колени и помогла бармену с последними осколками. — Незачем плакать из-за пролитого апельсинового сока.
— Ай, дорогуша, — Джули уставилась на меня. — Именно так и сказала бы твоя мама, — она вздохнула. — Ты правда на неё похожа.
Я закусила щёку изнутри.
— У меня снята комната наверху, — сказала я. — Просто пойду и переоденусь.
— Хорошая идея, — Джули рьяно закивала. — Иди и переоденься.
— Вы останетесь? — спросила я. — Я недолго.
Она улыбнулась.
— Я могу немного задержаться. Скоро надо будет идти домой и готовить ужин, но у меня есть немного времени.
— Спасибо, — я взглянула на Билла. — И вам тоже спасибо.
Он ворчливо шмыгнул носом.
— Нет проблем.
Тяжело дыша, я взбежала вверх по лестнице в свою комнату. Разбивать стакан было глупо. Я знала, это случилось потому, что я позволила эмоциям взять надо мной верх, но лучше от этого не становилось.