Опасные страсти
Шрифт:
Элисса металась на постели, переворачивалась с боку на бок, несколько раз просыпалась и с трудом заставляла себя заснуть. Наконец занялось утро, и в комнату хлынули солнечные лучи, такие яркие, что Элисса проснулась с пульсирующей болью в голове, по-прежнему чувствуя жжение между ног. Оно напоминало девушке, как глупо она вела себя накануне.
Чуть позже в спальне появилась Софи. Она раздвинула полог и сообщила Элиссе, что герцогиня велела ей весь день провести в кровати.
— Ее светлость спустится к вам через полчаса, — добавила Софи. — Она желает
Элисса вздохнула. Ей не хотелось встречаться с герцогиней, вообще ни с кем — в особенности с полковником. Ей хотелось одного — укрыться в своей спальне и предаться жалости к себе.
И все же она заставила себя сесть в кровати и прислонилась спиной к изголовью.
— Подай мой пеньюар, Софи, — сказала она. — Я бы не хотела показаться герцогине слабой и беспомощной.
Недовольно ворча, Софи принесла голубой атласный пеньюар с вышивкой, и Элисса натянула его поверх ночной рубашки. Усевшись у зеркала, она налила в умывальный таз воды из фарфорового кувшина, ополоснула лицо и расчесала щеткой волосы.
— Теперь гораздо лучше, миледи, — улыбнулась Софи. — Ее светлость будет рада удостовериться в том, что вы почти пришли в себя.
Почти. Почти не значит совсем. Элисса сомневалась, что она когда-нибудь вновь станет прежней, ведь теперь всякий раз, стоило закрыть глаза, ее тело вспоминало ласки Адриана. Элисса вспоминала его жадные поцелуи, прикосновения его губ к своей груди. При этой мысли из ее уст вырвался еле слышный стон. Поначалу любовная близость казалась ей невероятно восхитительной. Ну почему все не могло ограничиться ласками и поцелуями? Почему жизнь так часто оборачивается горьким разочарованием?
Герцогиня постучала в дверь, Софи впустила ее в комнату и отправилась на кухню за завтраком.
— Вам следует лежать в постели, — сказала герцогиня, окидывая взглядом пеньюар и пуфик, на котором только что сидела Элисса. — Извольте до вечера оставаться в постели.
— Слушаюсь, ваша светлость.
— Вы неплохо выглядите. Как ваше самочувствие?
Надоедливая боль тут же напомнила о себе, и на щеках Элиссы проступил легкий румянец.
— Я… я чувствую себя превосходно, ваша светлость. Полковник Кингсленд вновь спас меня. Я так счастлива, что он меня нашел…
Герцогиня бросила на нее проницательный взгляд.
— Вы провели наедине с полковником немало времени. Надеюсь, он вел себя как подобает джентльмену?
Элисса вновь покраснела, но, сделав усилие, справилась с собой.
— Полковник проявил себя с самой лучшей стороны, ваша светлость, — сказала она. Это я вела себя, словно уличная девка, — хотелось добавить ей. Господи, и теперь Адриан хочет, чтобы она продолжала в том же духе!
— Барон Уолвермонт очень привлекательный мужчина, моя дорогая. Он богат и обаятелен, и все же хочу вас предупредить. Я не настолько стара, чтобы не помнить, каково это — быть рядом с таким мужчиной. До того, как я обручилась со своим ныне почившим супругом — упокой Господь его душу, — у меня был роман с
— Он не мой полковник, — тихо сказала Элисса. — Просто один из моих знакомых.
Герцогиня снова бросила на нее проницательный взгляд, казалось, без труда угадывая, что означает невольный румянец на лице девушки.
— И тем не менее вы должны понимать, что он собой представляет. Женщины очень мало значат для таких мужчин. Даже если он к вам неравнодушен, единственная его семья — армия. Само его существование посвящено воинскому долгу. Это не та жизнь, которую я желала бы для вас.
— Я и сама не согласилась бы.
— Женщине нужна семья, нужен дом, дети, чтобы скрашивать преклонные годы. Будьте осторожны с полковником. Наслаждайтесь его вниманием, но не теряйте головы. Если сделаете так, как я советую, то выйдете из этого маленького испытания целой и невредимой, как того и хотела ваша мать.
Невредимой. После минувшей ночи говорить об этом было бессмысленно. Элисса потеряла невинность, но, как ни странно, душа ее почти не пострадала. Более того, если вспомнить о чувствах, которые она питала к Адриану, Элисса могла считать, что ей повезло.
— Я не забуду ваш совет. — Нет, она не забудет. Она уступит притязаниям полковника на ее тело, но чувства, которые он пробудил в ее сердце, оставит при себе. Если потребуется, она готова отдаться даже Стейглеру.
И уж конечно, сумеет сделать это с бароном Уолвермонтом.
Глава 9
День тянулся бесконечно долго, и наконец наступил вечер понедельника. Адриан, как и обещал, дожидался Элиссу, стоя у подножия мраморной лестницы в холле. Он вытащил часы из кармашка алого мундира, посмотрел на циферблат и, увидев, что Элисса опаздывает, нахмурился.
Десять минут спустя она появилась у перил. Подбородок девушки был приподнят, но лицо было заметно бледным. Она мгновение нерешительно помялась, глядя на Адриана, потом грациозно спустилась по ступеням.
Адриан улыбнулся.
— Добрый вечер, моя дорогая графиня. — Он с подчеркнутым почтением склонился к ее руке в белой перчатке, гадая, имеет ли хоть какое-то основание так обращаться к ней или она просто хитрая мошенница, сумевшая обвести всех вокруг пальца.
— Здравствуйте, барон.
Он внимательно смотрел на нее, изогнув темные брови.
— Я уж решил, что вы изменили свои намерения.
— Вот как? Сделай я это, вы провели бы очень интересный вечер с послом Петтигрю.
В улыбке полковника сквозила легкая насмешка.
— Еще бы. — Он подал девушке руку, и Элисса приняла ее. — Карета ждет нас у входа. Надеюсь, вы готовы предаться удовольствиям.
Элисса чуть напряглась, но все же заставила себя посмотреть ему в глаза.
— Разумеется.
В сопровождении полковника она спустилась по ступеням парадного крыльца. Лакей распахнул перед ней дверцу кареты. Адриан обнял Элиссу за талию, чтобы помочь подняться в экипаж, и почувствовал, что она трепещет.