Операция 'Челнок'
Шрифт:
– Вот именно, - подтверждает Людмила, - все у мужика на месте. Ахмед, как я тебя люблю.
Все заулыбались.
– Ну ты, кошка, - сказал Вася, - я вот не знаю, что с тобой делать. Ладно, Елену мне навязали, но у ней все в порядке с документами, а вот у тебя нет, товара тоже взято на большую сумму, чем было задекларированно. Пришлось таможне в лапу дать, теперь за тобой должок в двести рубликов.
– Ну и что?
– вступилась за Люду Галя, - Девушка погуляла по Стамбулу и заработала сколько ей надо
– Заткнись, тоже мне адвокат нашелся.
– Васенька, я тебе все потом отдам, - делает хитренькие глазки Людмила.
– Продам товар, выручу деньги, приглашу тебя в кабак...
– Лучше в постель, - хмыкает Галя.
– Тогда и денег отдавать не надо.
– А может правда, Васенька, я с тобой пересплю, а ты мне все скосишь.
– Иди ты..., - обиделся бригадир и стал выбираться из каютки, - все отдашь деньгами, - слышен за дверью его голос.
Все хохочут.
– Мне тоже надо идти, - говорит Ахмед, - Лена, я к тебе попозже зайду, надо объяснить, какие документы надо отдавать таможне и что говорить.
– Хорошо.
– Ахмедик, заходи к нам почаще, - просит Люда.
Он уходит и мои подружки опять завели разговоры, кто как надул стамбульских продавцов.
Одесса, встретила ярким солнечным днем. Здесь уже таможня принимает построже, не то что в Турции. Нас проводят вдоль барьеров, товар просвечивают, прощупывают, но не вытряхивают, зато придираются к каждой строчке таможенной декларации.
– У вас здесь написано, - говорит мне суровый дядька с усами, - что везете драгоценности на сумму десять тысяч долларов? Откуда же такие взялись ценности, уезжали то вы от сюда с... пятью стами...
– Да, везу гранатовое колье, мне его там подарили.
– Шутите небось изволите, за это можете и пострадать. В мире нет таких идиотов, которые обыкновенной челночнице с улицы могли отвалить такой подарок. Если камни настоящие, их можно было бы перевезти через границу межбанковским транзитом или спец рейсами. Что там у вас? Подделка...
– Да нет же, настоящие гранаты, вот они.
Я приподнимаю платок, повязанный мне на шею, и показываю колье, спрятанное под ним. К дядьки похоже удар, он глотнул слюну и протянул руку.
– Покажите мне.
– Зачем. Вот документы на перевозку ценностей, вот пошлина, оплаченная...
– Снимайте.
– Но вы не имеете права.
– Я тебе сейчас покажу права. Микита, - орет он в микрофон, - здесь одна брыкается. Подойди-ка сюда.
К нам подходит холеный мальчик в форме таможенника и два амбала в черных костюмах.
– Что у вас?
– вежливо спрашивает мальчик.
– Какая то сумасшедшая, утверждает, что везет настоящие камни - гранаты на сумму около десяти тысяч долларов.
– А... эта... Вы, Елена Морозова?
– Да.
– Пропусти ее, Володя.
– Ну и дела. Да ее с такими ценностями зарежут в дороге.
– Не твоего ума дело. Это уже не наша проблема, где и кто ее зарежет...
У меня от таких слов мурашки по коже прошли. А ведь действительно если узнают, то зарежут.
Неровными группками выходим на площадь перед морским вокзалом, кряхтя и матерясь от тяжести. Тяжелые тюки с трудом волокут слабые женские руки. Васенька со своими вещами уже на троллейбусной остановке и орет во все горло.
– Бабоньки, пошевеливайтесь.
Я доперла две свои сумки до стоянки и с облегчением сбросила их на асфальт. Мои подруги уже здесь и Людка сразу начинает читать нравоучения.
– В следующий раз, Ленка, бери лучше шмотки, они полегче, а то... набила сумки керамикой, деревянными поделками, а это тяжесть ойе-ей...
– Да пусть что хочет, то и покупает, - заступается Галя.
– Вещи потяжелее, зато платят лучше.
Старый троллейбус со скрипом останавливается рядом и с таким лязгом открывает двери, что чуть не заложило уши.
– Бабоньки, быстрей, - слышится голос Васеньки.
Женщины с вещами бросились штурмовать проемы машины, а я только наклонилась и схватила за лямки, как почувствовала похлопывание по плечу. Оборачиваюсь и вижу незнакомого парня в шортах.
– Мадам, я могу подвезти.
– Да пошел ты...
– Мадам, я вас очень прощу, - он наклоняется ко мне, - это не моя просьба...
Я уже все поняла.
– Хорошо, поехали.
Парень ловко перехватил мои сумки и потащил их к желтому такси, стоящему недалеко от остановки.
– Ленка, ты куда?
– слышу вопль Ольги. Она уже торчит в окне троллейбуса и призывно машет рукой.
– Я тебе здесь место заняла.
– Я доеду на такси. Встретимся на вокзале.
Парень запихивает сумки на заднее сидение машины и услужливо открывает переднюю дверцу.
– Прошу, мадам.
Мы домчались до вокзала раньше троллейбуса. Шофер лихо подкатил к ступенькам главного входа и выскочил из машины. Он открыл багажник и вытащил две сумки точно такие же, как те, что лежали на заднем сидении такси.
– Ваши вещи, мадам.
Все таки, как все организовано у этих сволочей. Я попыталась приподнять вещи и охнула, они тяжелее моих прежних.
Мы в родном российском поезде. Челночницы захватили его почти полностью. Наша четверка устроилась в купе, забив его до верха вещами. Бедный Васенька снует по коридору, помогая слабосильным растолкать тяжелые вещи по полкам.
– Бабоньки, вам помочь не надо?
– просунулся он к нам.
– Васенька, - мурлычет Ольга.
– ты нам нужен как мужик, а не как тягловая сила.