Опустошение

Роге Егор

– А сам товар где мы возьмем?

– Привезем. Клиенты за него будут платить. Я уже говорил с Марком из «Лассаля». Он дает нам дилерскую скидку шестьдесят процентов от цены каталога. Наша задача – продать за полную стоимость или с небольшой скидкой. Вся сумма аккредитивом будет переведена на счет «Лассаля», после того как мебель выйдет из Канады; Марк получит свои сорок процентов и отдаст нам наши шестьдесят. Осталось только покупателя найти. А этим мы и займемся, квартира оплачена,

вся необходимая техника и каталоги есть. Что скажешь?

– Не знаю, не знаю. Зарплаты не будет до первой сделки, может, два, а может, и три месяца.

– С таким подходом успеха не видать, – перебил меня Артем, – ты прав, тебе, в отличие от меня или Максима, есть что терять. У тебя есть крыша над головой и с голоду ты не умрешь. А я, как лев, буду драться, потому что отступать мне некуда. И я два раза предлагать не буду. Это только кажется, что ты мне нужнее, чем я тебе. Наоборот.

Я хотел вежливо отказаться, но абсолютная уверенность Артема в успехе остановила меня.

– Я подумаю, Артем. До конца недели, хорошо?

– Макс приедет к следующим выходным, и все решим в воскресенье.

Когда я, вернувшись домой, сказал Элле, что принял решение уйти от Малых и стать партнером Артема, она, по сложившейся традиции, устроила настоящий скандал, после которого уехала к родителям.

Всю следующую неделю я готовил отчет о проделанной работе. Удивительно, но отчет получался довольно большим, складывалось впечатление, что я сделал для ассоциации не так уж мало.

Больше всего меня беспокоило то, какие слова мне подобрать, чтобы не расстроить Малых. Я действительно считал, что форма может каким-то образом изменить содержание.

Я представлял, как я сообщу Евгению Михайловичу о своем уходе.

Из всех возможных вариантов я выбрал самый, на мой взгляд, разумный: заявление об увольнении я оставлю у него на столе, и он сам позвонит мне с вопросами, которые у него возникнут.

– Неправильно, – говорил Артем, – зачем тебе юлить, ты же не делаешь ничего предосудительного, переставая быть наемником.

– Но он возлагал на меня большие надежды, – сомневался я, – и я искренне хотел их оправдать.

– Попробуй оправдать надежды, которые ты возлагаешь сам на себя, – сказал Артем, – сейчас самое время.

В один из вечеров в мой офис на проспекте Мира приехал Артем. Я не очень любил, когда он звонил мне на работу, а его приезд и вовсе разозлил меня.

– Что тебе дома не сидится? – спросил я, когда он появился в моем кабинете. – Или кассеты закончились?

– Решил посмотреть, за что ты так цепляешься, не желая становиться моим партнером, – ответил он, – и теперь я нашел

ответ.

Артем достал из шкафа большую бутылку китайской водки, внутри которой находилась змея, и поставил на мой стол.

– Поставь-ка на место, – ответил я, – это шеф привозит и дарит всяким нужным людям.

– Да? – Артем удивленно посмотрел на меня. – Я думал, что ты ему очень нужен, разве не так?

– Так, так. Поставь, пожалуйста, бутылку на место.

Вместо этого Артем повернул металлическую пробку и открыл бутылку. Не обращая на меня внимания, он достал из шкафа два стакана и заполнил их примерно наполовину.

– За нашу победу! – произнес он и выпил. Не дождавшись от меня никаких действий, налил себе еще раз.

Поведение Артема развеселило меня, и через час одинокая змея, лишенная своей алкогольной защиты, грустно смотрела на нас из пустой бутылки.

– Дело сделано, поехали ко мне, – сказал Артем, и мы, слегка покачиваясь, вышли из офиса.

– Представляешь, – говорил он по дороге, – скоро и у нас будет свой офис.

– По мне, так офис – это дополнительные расходы, – рассуждал я, – работать можно из дома, звонить тоже, а встречи проводить в ресторане.

– Незрелые рассуждения, – смеялся Артем, – ты же не всегда будешь все делать сам. Поверь, через год у нас будет в компании человек сто, а мы станем очень богатыми ребятами.

У станции «Проспект Мира», пока Артем пытался договориться с водителем, я обратил внимание на девушку с огромным букетом цветов, при этом вид у нее был очень расстроенный, она вот-вот собиралась расплакаться.

С решительностью, свойственной нетрезвым людям, я подошел к ней и сообщил, что раньше никогда не видел, чтобы девушка с таким прекрасным букетом цветов имела такой несчастный вид.

Наверно, мое сообщение послужило для нее каким-то внутренним сигналом, и она разрыдалась.

– Зачем ты девушку до слез довел? – спросил Артем, подойдя к нам и махнув рукой таксисту, заломившему двойной тариф.

– Я хотел просто цветы отобрать, а она в слезы, – пошутил я.

– Они мне все равно не нужны, – сказала девушка, – лучше бы сегодняшнего вечера вообще не было.

– А он скоро и так закончится, уже почти двенадцать, – ответил я, – а вот цветы очень красивые.

– Нет, цветы обычные – сказала она. – Я вообще цветы в горшках люблю.

– Вот это правильно, – ответил я.

Я аккуратно взял у нее цветы и поставил в ближайшую урну. Это ее рассмешило.

– Ну вот, – сказал Артем, – поскольку все довольны, предлагаю ехать ко мне.

– Нет, – сказал я, – я передумал, мне завтра утром на работу.