Опустошение

Роге Егор

– Послушай-ка, – обратился ко мне Артем, – ваш женьшень продается за кэш?

– Иногда платят наличными, – ответил я, – деньги, которые принадлежат ассоциации, лежат в сейфе, в офисе на проспекте Мира.

– А ключ от сейфа?

– А ключ от сейфа – у меня, – ответил я, понимая, что скажет Артем следующей фразой.

– Вот и решение вопроса, – радостно сказал Артем, – возьмем штуку, это примерно двести пятьдесят тысяч рублей по сегодняшнему курсу, и вернем с первой сделки.

– Допустим, мы

завтра подпишем договор с ММБИ, они выставят аккредитив, который раскроется, когда мебель выйдет из Канады, – я уже знал свой ответ, – при самом оптимистичном раскладе пройдет шесть недель, так?

– Четыре, – включился в разговор Макс, – при самом оптимистичном прогнозе – четыре недели.

– Нет! Это не подходит, – ответил я, – шеф вернется из Китая через неделю.

– Ну и хрен с ним, тебе с твоим шефом детей не крестить, – разозлился Артем, – скажешь, что потерял деньги, но вернешь через месяц. Напишешь расписку.

– Нет, – категорически сказал я, – об этом не может быть и речи.

После минутного молчания Артем продолжил атаку:

– Неужели не ясно, что на встречу нам с Максом надо приезжать на машине, Славина в кабак вытащить, иначе мы ничего не получим.

– Я не знаю, как решить этот вопрос, – сказал я, – что касается машины, так «Лада-2105» нашей ассоциации в полном твоем распоряжении.

– На старой вашей развалюхе? Еще не хватало встать где-нибудь посреди дороги, – возмутился Артем, вспомнив недавний случай, действительно имевший место, когда мы занимались «делом всей жизни», – уж лучше пешком ходить!

– В кассу ассоциации не залезаем, – снова ответил я.

Артем был очень расстроен тем, что вопрос, который он считал уже решенным, неожиданно для него вызвал такое сопротивление с моей стороны. Со словами «ну, я тогда не знаю, где деньги взять» он оделся и вышел.

Максим смотрел на меня осуждающе.

– Макс, у нас равные обязанности друг перед другом, – начал я, – мой босс очень щепетилен в денежных вопросах, и если я не верну деньги сразу, то у меня будут неприятности. К тому же он близкий знакомый куратора моего диплома, а я не хочу, чтобы в моем институте обо мне шла дурная слава.

– Да мы вернем деньги через полтора месяца, я уверен, – сказал Максим.

– Ты-то как можешь быть уверен? – удивился я. – Ищем другие варианты.

Через полчаса у меня созрел план: я решил заложить компьютер и знал человека, который мог дать ссуду под залог имущества.

Малых бывал в Москве не более двух недель в месяц, при этом он регулярно проверял кассовую отчетность, и о том, чтобы взять деньги из кассы, не могло быть и речи. Но, к счастью, о том, что я ухожу из ассоциации, еще никто не знал.

Я планировал сообщить об этом Малых в его следующий приезд, почти к Новому году. После новогодних праздников мы бы могли

цивилизованно разойтись. Все это время у меня дома стоял дорогостоящий компьютер ассоциации, цена которого была не ниже полутора тысяч долларов. Взять деньги под залог этого компьютера и вернуть их с процентами не позднее середины января – все могло пройти безболезненно и незаметно.

Когда Артем вернулся с прогулки, я предложил решение проблемы.

– Ты честно зарабатываешь право быть моим партнером, – заявил Артем.

Следующим утром я получил тысячу пятьсот долларов, вернуть мы должны тысячу девятьсот пятьдесят ровно через три месяца, можно и раньше, но сумма при этом не менялась. Деньги Артем забрал себе и сообщил, что с этого дня он будет вести кассу компании. Мы поехали в валютный магазин на Новом Арбате «Ирландский торговый дом» и на сто пятьдесят долларов купили различных деликатесов.

– Ты бы поосторожнее с деньгами-то, – сказал я Артему, – они же не наши.

– Наши, наши – рассмеялся Артем, – мы уже почти миллионеры, а ты все копейки считаешь.

– А вдруг не получится, – продолжал я, – вдруг сорвутся все наши сделки?

– Ну ты и пессимист, – удивился Артем, – они совершенно точно не сорвутся, будь уверен.

Всю следующую неделю мы готовили документы для Славина, в результате смета составила сто девяносто девять тысяч пятьсот долларов, из которых десятая часть принадлежала Славину.

Макс и Артем челночно перемещались между «штабом» и офисом ММБИ, постоянно внося изменения в планы расстановок, меняя спецификации, модели и цвета.

Я же параллельно вычерчивал расстановку мебели для Любомира и изучал технические каталоги «Лассаля».

Я довольно быстро осознал, что профессионалы мы неважные, прежде всего потому, что плохо знаем сам продукт.

Артему повезло, потому что Славин выбрал мебель из так называемого «лакшери» каталога и весь заказ можно было скомплектовать, не раскрывая прочие.

В случае же с Любомиром мне пришлость выбирать мебель сразу из четырех каталогов, и через две недели я стал главным специалистом по мебели в компании «Арина Инк.».

В начале декабря мы подписали первый контракт с ММБИ. Всю сумму они аккредитивом перевели на счет «Лассаля», то есть свои деньги мы должны были получить в середине января.

Когда позвонил Марк из Монреаля и сообщил, что аккредитив получен, мы открыли шампанское – первый успех после стольких неудач.

– Я счастлив, – произнес Артем, – я очень надеялся на быстрые успехи, но этот контракт, скажу честно, стал неожиданностью даже для меня.

– Это же только начало, – продолжил Макс, – мы еще выше поднимем знамя ударников капиталистического труда и возьмем обязательство подписать два контракта с ММБИ до конца года.