Опустошение

Роге Егор

– С учетом таможни? – удивился я.

– Возьми тысячи две, но попробуй проскочить. На границах сейчас беспорядок, так что все может получиться.

Получив наказ от Артема проведать его семью и передать тысячу долларов Илзе и двести матери, я отправился в Ригу.

На вокзал меня провожал Макс, просил заехать к Жене, передать ей двадцать долларов и блок сигарет – по его словам, она осталась совсем без денег.

– Двадцать долларов и блок сигарет? – решил уточнить я, – при восьмистах-то долларах зарплаты –

двести долларов или двадцать?

– Ну хорошо, пусть будет пятьдесят! – со злостью произнес Макс. – Заедешь? Вот адрес.

Прямо с вокзала я отправился к Илзе, она приготовила для меня завтрак, поинтересовалась нашими делами и поблагодарила за деньги.

Через час Ида угощала меня вторым завтраком, благодарила за деньги и спрашивала, все ли у Артема в порядке.

Я очень подробно рассказал, как развивается наша компания, как изменился Артем, и убеждал Иду, что теперь все будет хорошо. Она была счастлива и просила никогда, ни при каких обстоятельствах не оставлять Артема.

Последним пунктом программы было посещение Евгении. Она предложила мне кофе, сказав, что, к сожалению, угощать в общем-то больше нечем. Восприняв как удачу эту новость, я ответил, что человек средних размеров не способен съесть более одного килограмма еды, но похоже, что в этот день я уже опроверг этот постулат, и предложил свое общество в качестве простого собеседника.

Женя устроила мне краткий тур по своей квартире: пять комнат, не считая большой темной комнаты и прочих помещений.

– Какая площадь твоей квартиры? – спросил я.

– Сто семьдесят метров.

– Скрывать не буду, таких квартир я еще не видел! Это больше нашего офиса, – я был готов даже присвистнуть, – это же целое состояние!

– Ты прав! Чтобы содержать ее, потребуется целое состояние, – Евгения достала какие-то записи, – вот смотри – сейчас латыши задумали реформу коммунального хозяйства, и за эту квартиру долларов триста придется платить: газ, отопление и прочие достижения цивилизации. Хорошо, что родители оплачивают эти расходы.

– Кстати, а где они? – удивился я. – Ты же готовила для них площадку для приземления, они должны были приехать сразу за тобой. А уже почти три месяца прошло.

– Отцу повезло, – ответила Женя, – продлили на год командировку.

Женя проводила меня в офис Валдиса, который, по-моему, был искренне рад меня видеть.

– Ну наконец-то, – сказал он. – Артем заберет свой хлам, и я смогу эти помещения для своего бизнеса использовать!

– Это не его хлам, а наш, – засмеялся я, – на четверть мой, между прочим.

– Поздравляю, – Валдис показал большой палец, – и Макса тоже четверть? Так я тогда заберу его долю, он мне столько должен. Я шучу, за то, что вы забрали Макса, я вам даже хранение мебели в течение года считать не буду.

Мы обедали

в «Синей птице» на Домской площади, и Валдис рассказывал о своих успехах. Ему принадлежал лучший магазин модной одежды в Риге, на улице Бривибас, бывшей улице Ленина, который приносил очень большой доход, почти тридцать тысяч лат в месяц.

Женя не обедала, ограничившись чашкой кофе по-рижски.

Валдис интересовался, как у нас идут дела, особенно у Макса.

– Сколько часов в день он проводит за компьютерными играми? – спросил Валдис.

– У него компьютера-то нет, – ответил я, – что, он большой любитель?

– Ну что ты! Он настоящий профессионал, – улыбнулся Валдис.

Мы вернулись в офис, когда погрузка мебели была завершена.

«Да здесь, наверно, по себестоимости не больше чем на двадцать тысяч, – подумал я, вспоминая неуверенный ответ Иосифа, что мебель стоит тридцать пять тысяч, – в районе пятнадцати».

– Удачи, – сказал Валдис и, подойдя поближе, тихо продолжил: – Скажи Максу, пусть заберет Женьку отсюда, денег у нее нет, а гордость не позволяет у меня брать в долг, пусть там ей работу придумает.

Мебель, которую я привез из Риги, идеально подходила для выставки, потому что представляла собой весь ассортимент эконом-линии «Лассаля», но оборудовать с ее помощью офис в едином стиле было затруднительно: кроме различных моделей, был широко представлен еще и цветовой ассортимент.

Было решено, не обращая внимания на модели, в большом кабинете просто установить столы и шкафы одного цвета. В кабинеты Артема и Макса удалось подобрать комплекты, а всю остальную мебель мы расставили в последней комнате, которую Артем назвал «show room». После этого офис был объявлен «окончательно открытым».

На должность секретаря мы пригласили Ларису, хозяйку квартиры, в которой Артем проживал вместе с Максом, Иосифу же сняли однокомнатную квартиру на Беговой улице.

Вскоре мне удалось воплотить в жизнь свое навязчивое желание, которое подтачивало меня, как червь разъедает крепкий с виду гриб, – дать Артему бой в присутствии всех партнеров.

Желание это было иррациональным, как и многие поступки нашей жизни, но после истории с Ольгой, которую Артем бесцеремонно выгнал из нашего «штаба», я мечтал о противостоянии.

В беспокойный ритм работы нашей компании, напоминавший, скорее, кардиограмму, вмешался дополнительный фактор – Армен Ситорян, будущий зять Иосифа.

Дочь Иосифа, Светлана, которая была знакома мне по роли секретаря американского офиса господина Донована из «дела всей жизни», решила выйти замуж.

По словам Артема, каждый день из последних десяти лет своей жизни Света проживала как последний, не ограничивая себя рамками обычной моногамной жизни, и наконец, к великой радости Иосифа, она решила выйти замуж.