Орки
Шрифт:
И глаза, наполненные надеждой и страхом.
– Вы орки!! Это ваш дом. У вас нет другого. Можно и дальше так жить, жить и бояться. Бежать и прятаться. В надежде, что вас не найдут. Но они каждый раз находят. Находят и убивают. И снова приходят и убивают. Уже никто не помнит, почему так, что МЫ сделали им, что они приходят и убивают. Я знаю. Но прошли сотни лет, в пыль истлели кости тех, кто был виноват. А они приходят и убивают. И я, ваш Хозяин, говорю вам, я говорю им - хватит! Я научу вас сражаться, я научу вас быть
Обведя глазами стоящую передо мной кривые шеренги, вынул клинок и, проведя по ладони левой руки, выставил вперед кулак. Темно-красная кровь закапала на угли еще не потухшего костра. Зашипела, облачко дыма поднялось и смешалось с туманом.
– Я клянусь, что больше враги не уйдут из нашего дома не наказанные.
За спиной у меня рявкнул Хромой. Ему, на удивление слажено ответили почти сотня глоток.
– Вы будете учиться сражаться, учиться быть быстрыми, учиться быть незаметными, быть смертоносными. Много учиться и много работать. Все, взрослые и щенки. И вас будут хорошо кормить, если победим, то с голоду не умрем, а если умрем, то хоть сытыми. И после смерти никто из предков не откажется стать с вами в строй, когда нас позовут.
Прерывая поднявшийся рев, поднял клинок.
– Кто не может бежать?
– Мертвая тишина была мне ответом.
– Кто носит щенков?
– из строя неохотно вышли пять самок.
– Берете щенков и бежите до Ворот. В темпе бегства, тихо и не оставляя следов. Туда и обратно. До заката вы должны быть здесь. Все. Не успеете, получите половину порции.
Глядя в их раскрытые рты, медленно произнес
– Почему я вас еще вижу здесь?
Испуганно пискнув, самки заверещали, и пинками погнали толпу щенков на выход из ущелья, все ускоряясь.
– Ая, и вы, ко мне. Мои бывшие спутники подбежали ко мне и застыли столбами.
– Каждому из вас дам по отряду. В темпе погони, но тоже тихо и, не оставляя следов, до саней. Ясно? До заката вы здесь. Пришедшие последними получают полпорции.
Растолкав оставшихся на три приблизительно равные группы, ткнул в них рукой.
– Твоя, твоя, твоя. Запомнили. Вон отсюда.
Дождавшись тишины, повернулся к стоящему за спиной Хромому.
– Ну, а теперь с тобой поговорим.
Опасливо косясь на меня, Хромой спросил.
– О чем говорить, Хозяин?
– О чем? Почему у меня в роду старший самец хромой.
– Так ранение у меня. Все остальное зажило, а нога так и осталась. Но я могу быстро бегать.
– Я видел. Иди за мной.
В сопровождении поникшего Хромого мы дошли до площадки у моей норы. Увлеченно мешавшая в котелке Тзя приподняла голову.
– Что у него с ногой?
– Разрублено и неправильно срослось, ступня не распрямляется до конца, - пожав плечами, уткнулась обратно в котелок.
Покрутив головой, я спросил.
– Самый горячий ключ где?
Не поднимая голову, Тзя ткнула
– Иди туда и вари ногу, - охнув, Хромой отшатнулся и переспросил.
– Как вари? Сколько?
– Пока кожа не слезет,- Тзя с интересом подняла голову.
Поставив перед входом в нору посох, Хромой понуро захромал в указанную сторону. Не отвечая на приподнятую бровь Тзя, я прошел к себе и вышел с топором.
– Скоро вернусь. Заживляющую мазь сделай. Вернутся щенки, ставь их всех на готовку.
Она кивнула в ответ. Дойдя до источника, потрогал воду. Горяча, но не кипяток. Задумчиво осмотрел испуганного Хромого, поковырялся в зубах.
– Покажи ее.
Он выхватил из воды красную лапу. Потыкав нее когтем, я нахмурился.
– Ты ее потри песком, грязная она у тебя. Такую, и есть противно.
И не слушая его, повернулся и пошел в сторону выхода из ущелья.
Возвращающиеся орки застали меня сидящим у большой кучи нарубленных кольев. Рядом стояли грубо связанные носилки. Шатающиеся на ходу, запаленные орки добегали и падали передо мной. Дождавшись последних, не глядя рыкнул.
– Десятники ко мне.
Из лежащей толпы поднялись оба брата и Ая. Опираясь на копья, подошли и уставились на меня, запалено дыша.
– Кто последний?
Мрачная Ая, приподняв, стукнула копьем в землю.
– Наказание помним?
– она кивнула.
– Но дам шанс, - я показал на стоящие носилки, - донесете меня быстро, получите полную порцию.
– Вам, - ткнул в довольных братьев, - принести эти колья.
Обернувшись к толпе внимательно слушающих орков Ая пронзительно взвизгнула. Дюжина шатающихся орков решительно заковыляли к нам. Забравшись на сиденье, я уточнил.
– Уроните, вообще кормить не буду, - вцепившаяся в перекладину Ая мрачно кивнула.
– Не уроним, - и рявкнула команду.
Дружно ухнув, меня подняли и понесли. Ая запела какую-то быструю речевку, на каждый четвертый шаг весь отряд отзывался дружным выдохом. Все поднимая темп, она начала разгонять их, постепенно перейдя на тяжелый бег. Хрипя и спотыкаясь, они тащили меня, слаженно меняясь, перехватывая носилки в извилистых и узких местах. Не отставая, за нами рысили остальные два отряда, на ходу по возможности убирая следы нашего прохождения.
Через час мы вывалились на нашу стоянку. Толпа щенков и несколько самок с Тзя, крутившиеся у костров, открыв рот, смотрели на нашу процессию. Мои носилки с носильщиками и еще две плотные группы орков сзади, подбежав к ним, остановились, с вопросом поглядывая на меня.
Встав и попрыгав, вызвав дружное шипение моих носильщиков, скомандовал.
– Опускайте, - сойдя с осторожно поставленных носилок, позвал, - десятники, ко мне!
В наступившей звенящей тишине оглядел их и выдал.