Орки
Шрифт:
– Как раб?
– Как это будет называться, зависит только от тебя.
– Я хорошо стреляю из лука, отец учил. Обучен бою на копьях и легком клинке пешим и в седле. Держаться в седле научился раньше, чем ходить, в степи все такие. Могу лечить и ухаживать за любой скотиной, мать учила. Умею чинить упряжь, охотиться в степи. Умею читать и писать. Вот, пожалуй, и все.
– Уверен? Тогда расскажи мне...
– дальше я его расспрашивал еще больше часа, подтверждая его словами обстановку в окружающем нас мире.
Мимо стоявших у входа орков протиснулась Говорливая,
– Расскажи, что ты принесла, и дели на всех.
Какое-то время мы все были заняты, называя каждый продукт, она нарезала и оделила каждого большим куском хлеба с салом, каждому достался кусок сыра и по большой картофелине посыпанной солью. Заинтересованно попробовав все, моя команда дружно заработала челюстями. Я же сравнивал свои ощущения с полученными из книг.
В редеющем полумраке землянки я обратил внимание на Даритая, закрыв глаза, он привалился плечом к нарам и с трудом держал голову прямо. Стоявшая рядом с ним девушка комкала в руках холстину, не спуская с него глаз.
– Ну, и что ты ждешь? Пока он упадет?
– вздрогнув, она испуганно посмотрела на меня. Шикнув на своих, скомандовал.
– Уложите его - и ей - показывай, куда его уложить.
Отложив в стороны оружие, мои вояки дружно подхватили парня и под управлением Говорливой уложили его на сено нар. Дальше она управилась сама. Махнув своим, я вышел наружу.
Во дворе творился бардак и непотребство. Если мужская часть моего отряда по большей части спала, то женская в полном составе облепила пленниц, и агрессии в этом не было. Как я понял, Ая успела всем внушить. Но сейчас моя строгая охранительница в общей толпе вместе, в том числе и с Тзя, кружились в составе орды непрерывно трещавших самок.
Девушки стояли с общим для них выражением ужаса на лице, и понять их было не трудно. Больше полусотни полуголых вооруженных самок, непрерывно вереща, переругиваясь и толкаясь, теребили и мяли их одежду, обувь, волосы. Бесцеремонно трогали и тискали их. Задирали им рубашки и щупали им ноги, возбужденно что-то обсуждая. Заглядывали в рот и уши, мяли и трогали лица. Все по очереди перепробовали на зуб ткань одежды.
По постройкам же шныряли вновь прибывшие орки с полным составом моих Старших. Перекликаясь и переругиваясь, рылись в сложенном там имуществе. У конюшни стояла и сидела небольшая кучка орков, практически молча наблюдавших в открытую дверь сарая за животными, тихо обмениваясь мнениями и лениво жестикулируя.
У привязанных пленных стеной стояла часть вновь прибывших, увлеченно тыкавших тех древками копий. На вышке прогуливался укутанный в какие тряпки воин, с копьем и щитом, и с вывернутой шапкой, надетой наоборот.
Оглядев все,
– Стоять!
– даже мой негромкий голос заморозил всех.
– Кого и сколько нужно мне убить для наведения порядка? Все стоят, где стояли, а я подойду для раздачи наказаний.
Я толкнул локтями довольно скалящихся посыльных.
– Кто-нибудь попробует сбежать, - бить пращей, не в голову, - и пошел к толпе самок.
По мере моего приближения они все дружно и, как им казалось, незаметно, попытались спрятаться за пленницами.
– Тзя, иди ко мне.
Смущенная Старшая быстро подошла ко мне. Наклонившись к ней ближе, прошипел в ее потемневшее от стыда лицо.
– Тзя, ты как щенок, в первый раз шишку увидевший, возьми из этой стаи двух дур посообразительней и в землянке посмотри раненого. Человек, с ним еще одна такая, - я ткнул пальцем в пленниц, - сделай с ним все, что нужно. Он мне нужен здоровым и быстро. Иди.
– Ая, если вы и дальше будете тискать их, то все останутся голодными до ночи. Разбей свою стаю на отряды и организуй наконец приготовление еды.
– Вы, быстро ожили и делайте, что я вам поручил, больше вас так отвлекать не будут.
Подойдя к толпе у пленных, прорычал.
– Я всем уже один раз сказал, это все мое. Доложите своим десятникам, по пять ударов палкой каждому из вас. Всем строиться у ворот. Бегом!
В лагере все ожило, шипели и ругались десятники, со всех сторон на построение сбегались орки прибывших десятков. Куда-то целенаправленно бежали девушки в сопровождении стаек озабоченных самок.
Ко мне с разных сторон летели Старшие. Дождавшись их, я мгновенно вызверился.
– Вы что, щенки? Или от жадности мозги растеряли?!?
Стоящие Старшие смущенно переминались.
– Хромой, бери себе десяток, пересчитать и собрать в одно место все запасы еды, пусть тебя носят, а ты опять еле ходишь.
– Хрууз, всех остальных и все остальное. Собрать, пересчитать. Отдельно оружие и одежду. Идите.
– Урта, где пленные с Пристани?
– Все здесь и с острова пять подвезли. Тоже здесь.
– Чада принес мясо?
– Да, только сомам?
– Только сомам и остальной твоей живности. И с острова забери. Что с Драконами?
Болотник замялся. Тоскливо вздохнул.
– Плохо с ними. Я просто никогда с такими большими лодками не возился. Может, мы все же попробуем их вытащить на воду? Тогда на воде сильнее нас никого не будет. Из орков, - он с надеждой посмотрел на меня.- Вождь, придумай что-нибудь.
– Хорошо. Я подумаю. Иди к остальным. Отбери, что нужно будет для твоих. Чаду с его дозорными готовь к Малому лагерю, пусть возьмет два десятка нижних и тихо возьмет его. Пленных сюда, за скотиной смотреть и дальше искать стоянки людей. Одну пятерку по дороге в сторону гряды, откуда мы ждем людей. Как я понял, единственная дорога, что ведет отсюда к их городами, там только один Проход. На полдня пути. И пусть там устраивают скрытую стоянку. Еды дней на пять.