Ось земли
Шрифт:
Запах газа быстро исчезал. Ганс вернулся в туалет и подставил голову под струю холодной воды. Ему было плохо. Яд имел концентрацию выше средней, какую назначают только в исключительных случаях и антидот не мог нейтрализовать все последствия отравления, хотя он плотно закрыл дверь, после того, как выбросил отраву в помещение. Подержав голову под струей минут пять, он вернулся в пыточную и преодолевая головокружение осмотрел ее. Открыв дверцу книжного шкафа, обнаружил видеокамеру, которая продолжала работать. Вынул из нее кассету и засунул в грудной карман куртки, затем вернулся в холл. Подобрал остатки клапанов, спустил их в унитаз. После этого стащил отравленных в одно место и выложил из них крест. Для усиления эффекта раздвинул их руки над головой и получился
Затем он осторожно отодвинул массивные засовы на входной двери и приоткрыл ее. К своему удивлению, он обнаружил за дверью тихую пустую улочку, по которой неспешно ехал велосипедист.
«Кажется, расклад в мою пользу» – подумал он и выскользнул из дома. Оглянулся и запомнил табличку: Стоун стрит 10. Затем неспешным шагом повернул за угол и увидел за низкими крышами старинную башенку железнодорожного вокзала. Через пять минут он читал вывеску на входе в помещение вокзала, свидетельствующую о том, что находится где-то совсем недалеко от виллы Хейли. «Нитка тонкая – подумал он – если меня начнут искать, то тут сразу найдут. Оглядевшись, он увидел в на другой стороне небольшой привокзальной площади пару дежуривших кэбов. «Рискну» – решил он и отправился к ним. Через две минуты Ганс Фромм ехал в гостиницу «Ориент», где он снимал номер под другими данными, нежели те, которые были найдены у него сотрудниками «Спрута». В тот же вечер он выехал рейсовым автобусом во Францию. Последний раз Ганс испытал напряжение, когда автобус грузился на паром через Ламанш и английские пограничники проверяли документы. Однако они трясли в основном цветную публику, а гражданин Германии был ими пропущен без проволочек. Когда паром отчалил от гостеприимных берегов Альбиона, Фромм с облегчением вздохнул и заказал себе на стойке бара пинту светлого пива. Его миссия была выполнена.
Брат Секретарь отложил в сторону фотографию с крестом из отравленных сотрудников ложи, взглянул мимо Коэна Хейли и с холодной яростью произнес:
– Это были не самые нерадивые мои сотрудники. Наш следственный отдел составляет всего десяток человек, и сразу четырех из них мы лишились по Вашей вине.
– Помилуйте, в чем же моя вина?
– В том, что Вы, первый аналитик Империи и без двух часов советник Великого Мастера, а точнее, главный специалист по внешней политике, не сумели увидеть в немчике опасного и коварного врага – мальтийцев. Только этот орден может действовать таким умелым и безжалостным образом. Вспомните, сколько братьев лишились жизни в битве с ним в прежние годы.
– Когда это было!
– Это было всегда. Можете повесить эту фотографию на стене своего кабинета, чтобы постоянно помнить, с кем Вы имеете дело. Теперь ответьте мне, чего хотят мальтийцы?
– Сэр, я не стал бы спешить с выводами. Раздвинутые над головой руки, конечно, являются указателем. Только чьим? Этот мальтийский крест, который Вы видите на фотографии – скорее всего ложный след. Однако сделали его знающие люди. По крайней мере, они знают, что между нами и мальтийцами когда-то были проблемы.
– Тогда кто это может быть?
– Думаю, это одна из первых птичек Европы, которые все громче поют антиамериканскую песнь и начинают вести себя агрессивно. Уверен, что это какая-то тайная антиамериканская организация вроде новых немецких наци, которых хлебом не корми, дай помахать кулаками. Но активисты активистами, а деньги на операции они должны от кого-то получать. В Германии это всегда были национально ориентированные промышленники. Не удивлюсь, если мы обнаружим кошелек этих ребят где-нибудь в Мюнхене или Нюрнберге. Вот к чему приводит самонадеянность. Я много раз говорил: не следовало демонстрировать наших ушей в 9\11. А удар по Пентагону крылатой ракетой был просто абсурдным. Да, маленький американец понял нашу силу и прижал уши. Для Америки задумка была верной. Но в мировом измерении
– Тогда конкретнее. Что вы намерены дальше делать?
– Цель прихода немчика заключалась в подбрасывании нам конспиративной явки, на которую мы должны клюнуть. И сделано это в высшей степени профессионально. Надо отдать им должное. Это серьезные люди. Их посланец выиграл один против четырех. Поэтому на их инициативу следует реагировать предельно осмотрительно. Если наши люди приедут брать Тюммеля, то и второй раунд будет за ними. Заговорщики их задержат и применят к ним те же способы, что мы применяли к немчику. Затем получат максимум информации по нашему участию в 9/11 и попытаются ее легализовать.
– Не очень все просто получается? Они что, не понимают, что мы просчитаем эту схему?
– Они рассчитывают на нашу ярость. Мы в их представлении сейчас являемся разъяренным кабаном, который пошел напролом. Кстати, они недалеки от истины. Хочется захватить всех, кто может оказаться на явке и пустить им кровь.
– Так что Вы думаете делать?
– Я думаю применить в этой истории серьезные силы. Конечно, соваться на явку глупо. Квартира не может пустовать, в ней должна быть по крайней мере засада, которая периодически сменяется. Поэтому можно выследить ее обитателей и установить их. Для того, чтобы хвост был квалифицированным, нужна группа в двадцать человек. Иначе мы проколемся. А вот если мы установим настоящие данные посетителя явки, то тогда и поговорим.
– У вас есть двадцать человек, говорящих на хорошем немецком?
– Этого не требуется. Им придется по большей части молчать. Главное, чтобы они хорошо отрабатывали наблюдение.
– Что вы сделаете с пойманным?
– Постараемся через него выявить весь немецкий филиал наших врагов. Их не может быть много. Возможно десяток-полтора активистов. Главарей мы возьмем и доставим на остров. Здесь Вы будете решать, что с ними сделать. Но я считаю, что четверо из них должны пойти вслед за нашими братьями. Как минимум. Возможно, вдвое больше. Далее, на мой взгляд, нужно будет установить, кто из влиятельных немцев дает им деньги и устроить над этими спонсорами хорошее политическое шоу, чтобы все, кто хоть чуть чуть понимает происходящее, сделали нужные выводы. Но это второй этап операции.
– В вашем плане имеется один изъян, мистер Хейли. Даже если он пройдет без сбоев, сама картина наказания антиглобалистов сильнейшим образом возбудит христиан. Ведь именно среди них кроются главные очаги антиглобализма.
– Я уверен, что этого не следует бояться. Напротив их надо постоянно прессинговать. Христианство не раз доказывало свою живучесть и может случиться так, что оно начнет быстро расширять свое влияние. Тогда у нас будут плохие новости. Слишком много у нас заслуг в его разрушении и эти заслуги нам припомнят.
– Самым серьезным ударом по христианству было разрушение русского православия. Но, насколько я помню, среди большевиков не было наших братьев.
– Да, членов нашей ложи среди них не было, хотя несколько членов Великой ложи Востока в большевистском руководстве числилось. Их деятельность лежала в русле нашей идеологии: выкорчевывание христианских догм огнем и мечом. Можно сказать, что это была наша и их победа! Поэтому, когда русские опомнятся, их гнев падет не только на большевиков, но и на тайные общества.