Ось земли
Шрифт:
К началу смены Севка стоял у входа в монастырские ворота, за которыми располагался пропускной пункт. В ворота проходили группками и по одному горожане, среди которых было много женщин. До начала работы оставалось всего несколько минут, когда он увидел Настю. Она издали узнала его и замедлила шаг, будто ослабла в ногах. Наконец, подошла и сразу сказала:
– Севочка, не надо было тебе приезжать. Ничего уже не вернуть.
Севка растерянно и заикаясь начал бормотать:
– Я виноват, Настенька, я все понимаю, черт попутал, что-то непонятное…
– Мне главное понятно, Севочка. Ты на нашу любовь наступил и раздавил ее. Больше ничего
Опустив голову, Настя проскользнула мимо и скрылась за монастырскими воротами.
Надежды Севки на прощение рухнули. Он стоял один среди снегов древнего города, опустошенный и потерянный. Город уже проснулся и улыбался солнечными зайчиками в окнах, блеском монастырских куполов, переливами инея на старых липах. Он звал к радости жизни, но из схваченного спазмами горла Булая вырывались лишь глухие рыдания.
Весна 1940 года пришла вместе с победой на финском фронте и завершением учебы в техникуме. Выпускникам дали всего две недели на отпуск, а в конце мая Всеволод Булай был призван на действительную военную службу и вскоре воинский эшелон уже увозил его в Монголию, где он станет рядовым артиллерийского полка на конной тяге.
Севка стоял в тамбуре последнего вагона, без конца курил, смотрел на майскую зелень за окном и думал о том, что все устроится.
С Волей он даже не попрощался. Последним случаем их общения было посещение ЗАГСа для оформления развода. Они пришли туда как чужие люди, а вышли как люди незнакомые.
Поезд мчался на Восток, а на Западе разгорались алые стяги заката и Севке казалось, что там, далеко за горизонтом, небо уже окрашивается кровью войны.
Схватка
«Марк» доложил, что на Тюркенштрассе снова появлялся мистер Денби, который как было обусловлено, прикрепил к двери свою визитную карточку. Этот факт зафиксировала видеокамера. Агент решил провести оперативный эксперимент и послал за карточкой сотрудника, экипированного под почтового курьера. Результаты эксперимента заставили его срочно связаться с Булаем. Курьер покинул Тюркенштрассе и двигался на своем «жучке» под наблюдением видеокамер еще три квартала. Никаких подозрительных признаков не фиксировалось. Затем, когда прошло уже минут десять, полицейские обратили внимание на красный кабриолет, в котором сидела молодая девушка, изредка пользовавшаяся рацией. Кабриолет провел курьера несколько сот метров и скрылся, а его заменил старенький опель с двумя парнями в кабине. Они также пользовались рациями. Эта машина недолго повисела на хвосте у объекта, а потом ее заменил мотоциклист на «ямахе». Стало ясно, что «курьера» ведут. Тот получил указание прибыть на почту и дожидаться в служебном помещении конца рабочего дня. Выявленные номера автотранспорта были тут же проверены по учетам полиции. Все они оказались только что купленными на вторичном рынке, все покупатели были английскими гражданами, прибывшими в Дрезден под разными предлогами. Девушка в кабриолете намеревалась пройти в местном университете курс археологии, парни занимались биржевыми бумагами, мотоциклист изображал из себя туриста, остановившегося проездом в этом дивном городе. По указанию Данилы «Марк» проверил, кто из английских граждан арендовал в последнее время жилье в Дрездене. Результаты впечатлили. Вокруг Тюркенштрассе было выявлено двадцать таких случаев. Причем один из арендаторов поселился на углу этой улицы, а в цветочном горшке на его балконе была спрятана видеокамера, которая и фиксировала все подходы к адресу. Все арендаторы являли собою молодых, мобильных людей, способных действовать командой. Осталось установить, каким типом коротковолновых раций они пользуются, но у «Марка» были сомнения, что это сильно поможет. Наверняка они шифровались.
– Теперь не будем спешить с выходом на англичанина – сказал ему Булай – Похоже противник затевает совсем не тот вариант встречи, который мы ему предлагаем. Наша слабость в том, что мы не знаем, как Хейли управляет этой бригадой. Наверняка у него есть только один
Еще через два дня «Марк» принес результаты своей работы. Оказалось, что связник живет в том же отеле и имеет паспорт гражданина Чехии. Он чех по национальности и выдает себя за коммерсанта. Каждый день они накоротке встречаются после завтрака в холле второго этажа и связник получает от Хейли записку с письменной инструкцией. Далее он выходит в одно из дрезденских интернет-кафе и оттуда связывается с электронными почтовыми ящиками, известными группе. Те, в свою очередь, читают также из интернет-кафе сообщения в установленное для этого время и высылают отчеты. Переписка ведется на условном языке, который непросто раскодировать. Рациями группа пользуется очень лаконично и только в период активной работы, так как эти волны запрещены для любителей и это грозит нездоровым интересом со стороны властей.
– Что ж, обзор над системой взаимодействия противника мы имеем. Расшифровка его переговоров требует дополнительного времени, а его у нас нет. Поэтому приступим ко второму раунду с тем, что есть – решил Булай – Начнем, помолясь.
В тот же вечер в номере Хейли раздался звонок.
– А я уж думал, вы струсили, Алекс – с заметной издевкой сказал тот в трубку – я жду Вас уже неделю.
– Прошу с пониманием отнестись к моей медлительности. Мы, немцы, не любим торопиться – последовал ответ – Зато я готов встретиться с Вами хоть сейчас.
– Вот и отлично – обрадовался англичанин – давайте встретимся вечером. Думаю, это будет подготовка к самому главному.
– Вы хотите сказать, что привезли для меня обнадеживающие новости?
– Именно так, дорогой Алекс, именно так.
Булай положил трубку и посмотрел на «Макса», который слушал разговор через параллельный аппарат.
– Собирайте силы, Иоганн. Наступает самое главное, самое веселое представление. Кстати, под каким предлогом Вы мобилизуете местную полицию в наших делах?
– Речь идет о разработке банды, занимающейся торговлей людьми. Соответствующие агентурные сообщения и другие оперативные документы я оформил.
– Что ж, похоже, Ваша легенда не так далеко ушла от истины.
Встреча вечером была предельно коротка. Они вступили в контакт в баре гостиницы «Пале рояль» и Хейли предложил основную часть беседы провести завтра утром на экскурсионном теплоходе «Саксония», который отходит от пристани в 10 утра. Туристический сезон уже закончился, теплоход будет пуст, и никто не помешает им совершить «самое главное» без посторонних лиц. «Самое главное» же в его представлении должно заключаться в том, что Алекс передаст ему обещанные материалы, а он Алексу – некий меморандум ложи, в котором будет выражено намерение следовать достигнутым устным договоренностям. Конечно, англичане не могут в документе изложить суть вопроса, это просто невозможно, но Алекс может исходить из того, что они будут соблюдать условия меморандума. Ведь в ином случае Алекс может запустить в действие те рычаги, о которых он говорил.
Данила слушал Хейли и чем чистосердечнее звучал его голос, тем меньше он ему верил. «Панама – думал он – Все с начала до конца большая английская панама. Ты задумал что-то другое, дружок. Ну, поживем, увидим» Договорились, что Алекс с телохранителем сядет на теплоход в Дрездене, а Хейли – на следующей его остановке. Он будет один. До того, как «Саксония» причалит к следующей пристани, они подпишут документы, обменяются ими и Хейли сойдет, чтобы отбыть на свою туманную родину. На этом их отношения прекратятся.