Осень сердца
Шрифт:
— Похоже, Йенс, что я жду ребенка.
Она почувствовала, как его пальцы разжались и напряглись.
— Ох, Лорна, — прошептал Йенс. Она заметила, что дыхание у него участилось, лицо побледнело, потом он как-то неловко обнял ее, потому что мешали колени. — Ох, Лорна, нет.
— Ты не рад?
Не услышав ответа, Лорна почувствовала страх.
— Йенс… прошу тебя…
Йенс ослабил объятия.
— Прости, — произнес он резким, испуганным голосом. — Прости… я просто… Боже мой… беременна. Ты уверена?
Лорна
Лорна не плакала после разговора с матерью, но сейчас, наблюдая за болезненным выражением лица Йенса, она почувствовала, что может разрыдаться.
— Йенс, ну скажи же что-нибудь. Ты ужасно напугал меня.
Йенс разжал объятия и взял Лорну за руки.
— Я не хотел, чтобы так получилось, не хотел навлечь на тебя позор. А родители знают?
— Нет.
— А ты точно уверена?
— Да. Я была у доктора. Тетя Агнес отвезла меня к нему.
— И когда должен родиться ребенок?
— В мае или июне. Он точно не сказал.
Йенс встал и, нахмурившись, принялся с отрешенным видом расхаживать по сараю. С каждым его шагом Лорну все больше покидала надежда. От печки шел сильный жар, запах краски и клея начал раздражать ее, по плечам и шее заструился пот. Весь страх собрался в животе в один болезненный ком, словно она отравилась несвежей рыбой.
Взяв себя в руки, Лорна приказала решительным тоном:
— Остановись, Йенс, и иди сюда. — Он повернулся и остановился. — Никогда раньше я не испытывала такого страха… до сегодняшнего дня, — сказала Лорна, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно.
Озабоченность Йенса исчезла. Он подбежал к Лорне и опустился перед ней на колени.
— Прости меня. Дорогая, прости меня. — Он склонился над ее коленями, взял ее руки и поцеловал их. — Я не хотел напугать тебя. Просто все это было так неожиданно… я пытался сообразить, что же делать. Неужели ты подумала, что я размышлял, как бы избавиться от тебя? Никогда, Лорна, никогда. Я люблю тебя. А сейчас еще сильнее, чем прежде, но нам нельзя ошибаться. Мы должны… ах, Лорна, милая моя, не плачь. — Йенс нежно погладил ее по лицу, смахивая большим пальцем слезинки. — Не плачь.
Стоя на коленях, Йенс снова как-то неловко обнял ее, а Лорна прижалась к нему.
— До сих пор я не плакала, честно. Но ты так напугал меня, Йенс.
— Прости меня, дорогая, конечно, я напугал тебя, носясь взад и вперед, как взбесившийся буйвол, и не говоря ни слова о ребенке. Наш ребенок… Боже мой, Лорна, мне не верится. — Йенс распахнул пальто Лорны и осторожно дотронулся до ее живота. — Наш ребенок… он здесь, в тебе.
Лорна взяла его за руки, даже сквозь одежду она чувствовала их тепло.
— Не бойся. Ты ему не повредишь.
Йенс принялся гладить ее живот, глядя на свои руки и клетчатую
— Наш ребенок, — прошептал Йенс. Лорна склонила к нему голову, они прижались друг к другу лбами и закрыли глаза.
— Ты не расстроился? — прошептала Лорна.
— Нет, девочка моя, нет. Как я могу расстроиться?
— Когда я узнала, что беременна, то сразу сказала тете Агнес, что Йенс будет очень счастлив. Теперь они не смогут разлучить нас.
Сев на корточки, Йенс взял Лорну за руки и искренне произнес:
— Мы должны немедленно пойти к твоим родителям и все им рассказать. Ведь это их внук. Они наверняка дадут нам свое благословение, когда мы скажем, что любим друг друга и хотим прямо сейчас пожениться. Я найду для нас где-нибудь здесь домик, маленький, но недорогой. Сейчас, в преддверии зимы, пустует много домов, а весной приедет мой брат, и мы сразу же откроем свое дело. Зачем дожидаться регаты? Слух о «Лорне Д» и так уже распространился, так что многие члены яхт-клуба будут стоять в очереди ко мне, чтобы я построил им яхты. Мы не будем богатыми, во всяком случае сначала, но я смогу позаботиться о тебе, Лорна, и о нашем ребенке. У нас будет хорошая жизнь, обещаю тебе.
Лорна взяла в ладони его лицо и улыбнулась, глядя в милые голубые глаза.
— Я знаю, что у нас будет хорошая жизнь. Мне совсем не обязательно быть богатой и иметь огромный дом. Все, что мне нужно, Йенс Харкен, так это ты.
Они поцеловались с вновь вспыхнувшей нежностью, словно каждый из них целовал их еще не родившегося ребенка. Йенс помог Лорне встать и обнял ее. Там они и стояли долго, спокойные, счастливые, и их ребенок крепко прижимался к животу отца.
— Скажи мне… как ты себя чувствуешь?
— Очень устаю.
— А ешь нормально?
— Стараюсь. Но меня воротит даже от запаха мяса.
— А как насчет фруктов и овощей?
— Их я ем с удовольствием.
— Хвала Господу, старику Смиту и его оранжерее. Прямо сейчас побегу, найду его и скажу спасибо.
Лорна улыбнулась, положив голову на плечо Йенса.
— Йенс, я люблю тебя.
— Я тебя тоже люблю.
— Ты думаешь, у нас будет много детей?
— Уверен в этом.
— А как ты думаешь, кто будет первым?
— Мальчик. Корабел, как папа.
— Ну конечно, глупо было с моей стороны задавать такой вопрос.
— А вторая будет девочка, маленькая темноволосая красавица, похожая на маму, а потом еще пара мальчиков, потому что наше предприятие будет расширяться, и в один прекрасный день мы назовем его «Харкен и сыновья».
Лорна снова улыбнулась, представив себе, какой прекрасной будет ее жизнь.
Наконец Йенс разжал объятия.
— Ты добиралась сюда со станции в экипаже?
— Да, но я отпустила его.
— Тогда как насчет сорокаминутной прогулки по снегу?