Осколки
Шрифт:
Где, как нитка паучья расползается ткань событий,
Мы свободны, как стрелка, закреплённая в арретире,
И подвешены в время, как в коллекторах низки мидий.
Господи! В этом вихре по Твоей всё вершится Воле.
Для Тебя мы лишь пыль, что вздымается и оседает…
Пощади моих близких, Избавь от страданий и боли…
Всё уходит… так быстро… увядает… падает… тает…
***
«Вольному
В буднях потеряно авторство знака.
Месяц плывёт по путям зодиака
И исчезает, заплывши за край.
Было ли, не было, не суждено,
Будет ли, может внезапно случится…
В сумерках вечности всё извратится.
Всех уравняет наречье «давно»:
И наречёт мудреца дураком,
Вору припишет чужие таланты,
Выдаст потомкам разбойников гранты…
Перевернув бег событий вверх дном.
Не преклоняюсь: бездушным камням,
Детям убийц, богатевшим у власти…
Время опять разберёт на запчасти,
Всё, что сегодня так дорого нам.
Что же Душа всё страдает, томясь,
Не в состоянье прервать болей вязь.
***
В ветрах и ливнях листья рвёт,
В лицо, швыряет ночь ненастье,
Потоками бурлящих вод
Пытаясь влиться под запястье,
В рукав, или за воротник,
Сквозь швы одежд коснуться кожи…
Стремительный, как миг, безлик,
Спешит укрыться в дом прохожий,
Тяжёлую одежду снять,
Слегка обсохнуть и согреться,
И ощутить вдруг благодать,
Тепло приятное на сердце…
Вот так и я спешу уйти
От хамоватости общенья,
Уничижения «прости»,
Повального пренебреженья
К словам и чувствам…. Пусть плывут,
Пытаясь прикоснуться к коже…
Я просто изменю маршрут,
Сбежав в себя, как тот прохожий,
Укроюсь в дел своих комфорт,
Зароюсь мыслями в природу…
Там ливень?! Ветер листья рвёт?!…
Кто ж станет обвинять погоду?!
***
Высокой Бесконечностью томим,
Ты в каждый миг становишься другим,
И, в то же время, прежним остаёшься,
И, сам в себе, с собой, напрасно бьёшься,
Себя в себе упорно разделяешь…
И сам себя, в себе, не понимаешь.
А жизнь, как нежных облаков обман:
Красиво! Но приблизишься – туман!
***
Земля!
Тебя в веках святою называя,
Здесь засевали трупами поля,
За веру и неверье убивая.
Земля, где всем сошёлся клином свет,
И каждый, убивая, верил свято,
Что ничего важнее в мире нет,
Того, что он воскреснет здесь когда-то.
То камни сквозь стекло, то нож, то взрыв…,
Намеренный наезд на пешеходов…
Сквозят теракты, время растворив,
За деньги лицемерных кукловодов…
Из века в век, из дней забвенья в новь,
Всё множа смерть, не зная сожаленья,
Сердца переполняет не любовь,
Лишь эгоизм личного спасения.
А мы, наивно прорастаем тут,
Из древности глубокой и доныне…
Хоть молоко, и мёд здесь не текут,
Растим плоды в пылающей пустыне,
И украшаем мир, за пядью пядь,
Посаженный росточек поливая…
Нам некуда отсюда отступать…
Что делать?! – Знать судьба у нас такая!
Как в золотом, созревшие поля –
Картинкой устоявшейся идиллии.
Ты так прекрасна, праотцов земля,
Увитая сияньем бугенвиллеи,
Прочерчена перевязью дорог,
Мигающая сложными развязками…
Страна, где каждый малый бугорок,
Наполнен историческими сказками.
Где так не просто в сонмище проблем,
Здесь даже дети знают вой сирены…
Где вопреки антисемитам всем,
Жив мой народ в стране Благословенной.
***
Как ни грустно и печально,
Что там было изначально,
Нам гарантий не даёт
На то время, что грядёт.
Бедность – вредная сестрица,
Козни строить мастерица,
Где ни ступишь, всюду край,
И шалаш, увы, не рай.
У того, кто побогаче,
Беды сложатся иначе,
Тоже много разных тем…
Жизнь, увы, не без проблем.
Что же, значит безразлично –
Скромно или эксцентрично,
На авто, или пешком… ?!
Нет! Замечу я, при том,
Всё ж уютней горевать,
Где удобная кровать,
Слуги моют и скребут,
Денег – куры не клюют…
Ну а лучше б всего было,
Если б жизнь цвела и плыла,
Беспроблемно, бестревожно…
Жаль, что это невозможно.
***