Основатель 7
Шрифт:
— Сколько кораблей? — крикнул я вверх.
— Семь! Большие! — ответил дозорный, не отрывая глаз от подзорной трубы.
Семь кораблей — это серьёзная сила. Наши береговые укрепления могли выдержать атаку, но цена была бы слишком высока. Я быстро прикинул: если это пираты, то они больше не шутят. Это полномасштабная военная операция.
— Поднять тревогу! — рявкнул я. — Светлов, где ты?
Мой заместитель в этом городе материализовался рядом, словно ждал приказа:
— Уже здесь. Что делаем?
— Готовим оборону. Быстро, но тихо. Не хочу
Светлов кивнул и жестом подозвал нескольких офицеров:
— Первый батальон — к пушкам! Второй — прикрыть доки! Третий — эвакуировать гражданских от берега! Живо!
Солдаты разбежались по своим постам. Я достал подзорную трубу и навёл на приближающиеся корабли. Что-то в их силуэтах показалось знакомым…
— Стоп! — закричал дозорный с башни. — Это не пираты! Флаги… это флаги драконов!
По причалу прокатился вздох облегчения, но я не расслабился. Семь драконьих кораблей — это тоже весьма красноречивое заявление. Особенно после того, как мы договорились о встрече в более… дипломатичной обстановке.
— Всё равно держим оборону, — тихо сказал я Светлову. — До тех пор, пока не поймём их намерения.
Флот Старшего Дракона медленно приближался. На головном корабле развевались белые флаги мира, но остальные шесть судов были набиты вооружёнными драконорождёнными. Их латы сверкали на солнце, а на палубах стояли ряды воинов в боевых порядках.
— Демонстрация силы, — пробормотал Светлов. — Но для кого? Для нас или для пиратов?
— Сейчас узнаем, — ответил я, наблюдая, как корабли входят в гавань.
Рабочие на верфи замерли, бросив инструменты. Весь причал затих в ожидании. Драконьи корабли двигались с поразительной синхронностью — словно группа синхронистов, только, конечно, опаснее.
Когда флагман бросил якорь, я заметил интересную деталь: вооружённые драконы оставались на своих кораблях. Никто не готовился к высадке. Это была именно демонстрация — показать мощь, но не применять её.
По крайней мере, пока.
— Угощение готово? — спросил я.
— Столы накрыты, — кивнул Светлов. — Мяса хватит на небольшую армию.
— Надеюсь, нам хватит большой армии, — мрачно пошутил я, глядя на драконьи корабли. — Потому что, похоже, к нам пожаловала именно она.
Глава 19
Пока на столы выставляли серебряные подносы с мясом, ко мне подошёл Светлов и тоже уставился на флот.
— Наконец-то прибыли, — пробормотал он.
— Ты знал, что они придут? — спросил я.
— Они несколько часов назад прислали птицу, — ответил Светлов. — Предупредили, чтобы мы убрали все наши корабли в доки на случай, если пираты решат на них напасть.
— Зачем убирать наши корабли?
— Чтобы драконы их не повредили во время боя, — хмыкнул Светлов. — Похоже, эти ребята, в отличие от тебя, не особо жалуют дипломатию.
— А откуда они знают про пиратов? — нахмурился я.
Светлов пожал плечами.
— Ладно, было бы забавно, чтобы драконы перебили пиратов, но, как мы видим, этого
Светлов рассмеялся, достал флягу с ромом и предложил мне. Я отказался — в голове и так было слишком много всего, чтобы ещё и пьянеть. К тому же я уже пробовал то, что хлещут моряки, и понял, что, если бы мы тут изобрели двигатель внутреннего сгорания, этот ром можно было бы заливать вместо бензина.
— Вот это демонстрация силы, ничего не скажешь, — сказал Светлов, выдохнув после большого глотка. — Ты их чем-то разозлил?
— Это нам ещё предстоит выяснить, — ответил я, — но на твоём месте я бы начал открывать оружейные склады. На всякий случай.
— Уже в процессе, — сказал Светлов. — Только дай команду, и мы обрушим на них адский огонь.
Я оглянулся и увидел, что несколько пушек уже тащат к шлюпам, стоящим в частных доках Светлограда. Эти доки были обнесены стеной, чтобы скрыть от посторонних глаз, что корабли внутри вооружены. Пушки снимали со шлюпов в мирное время, чтобы шпионы, снующие повсюду, их не обнаружили. Вооружали корабли, только когда на горизонте появлялась угроза. Это сводило к минимуму количество глаз, которые вообще видели пушки.
И если у драконов нет воинственных намерений, то они и не увидят наши танцы с пушками.
С флагмана сошёл один-единственный посланник — красный дракон в ярко-жёлтых с золотом одеждах дипломата. Он выглядел солидно и уверенно, но я заметил, как его взгляд быстро оценил наши приготовления. Какие-то перемещения, отсутствие гражданского населения, солдаты у причала, напряжённые лица. Всё это он отметил мгновенно и, кажется, остался доволен увиденным.
Дракон сделал несколько размеренных шагов по причалу, давая мне время приблизиться. Когда расстояние между нами сократилось до подобающего, он остановился и поднял правую когтистую лапу в традиционном драконьем приветствии.
— Мир вашему дому, Алексей Морозов, — произнёс он торжественным тоном. — Я — Шагах Пламенная Чешуя, посланник Старшего Дракона, Повелителя Центральной Алепии, Хранителя Древних Знаний.
Я ответил поклоном в человеческой манере — не слишком глубоким, но уважительным:
— И мир вашему дому, Шагах Пламенная Чешуя. Я рад видеть представителя столь могущественного союзника на наших берегах.
Шагах кивнул, отмечая, что я назвал их союзниками, а не господами. В драконьей культуре такие нюансы имели огромное значение.
— Старший Дракон получил то, что ему причиталось, — продолжил дипломат. — Его сын Хемиш вернулся домой здоровым и невредимым, как и остальные наши соплеменники. За это мы выражаем вам нашу… признательность.
Слово «признательность» он произнёс с лёгкой паузой. В драконьем языке было множество слов для выражения благодарности, каждое со своими оттенками. То, что он выбрал именно это слово, говорило о том, что драконы считают наши отношения деловыми, а не личными.
— Я рад, что смог помочь, — ответил я. — Семьи должны быть вместе.