Остров

Бенчли Питер Бредфорд

Флорио взглянул на пулемет.

– Когда из него стреляли последний раз?

Моулд поколебался.

– Вероятно, до того, как я принял команду над судном.

– Ерунда, лейтенант, – улыбнулся Флорио. – Летучие рыбы – слишком соблазнительная цель, чтобы ее пропускать.

Матрос, протиравший пулемет, ухмыльнулся. Моулд покраснел.

– Ну...

В доке появилась протекающая, разваливающаяся на ходу автоцистерна. Она с грохотом остановилась, оттуда вышел водитель и вручил шланг матросу внизу.

С другой стороны грузовика

вылез полицейский с папкой. Глаза его были сонными, волосы взъерошены, и ему, казалось, трудно было вести себя официально. Посмотрев в папку, он прочистил горло и обратился к стоявшим на мостике.

– Цель прибытия?

– Вода, – ответил Моулд. – Не слышали вы что-нибудь...

– Оружие?

– Что?

– У вас есть оружие?

Моулд переглянулся с матросом, протиравшим ствол пулемета.

– Видите ли, приятель...

– Все оружие должно быть сдано констеблю.

– Мы здесь задержимся не более, чем на десять минут.

– Я могу приказать обыскать судно. Оружие?

Моулд взглянул на Флорио.

– Нет.

– Очень хорошо. Наркотики или лекарства, отпускаемые по рецепту?

– У вас еще много вопросов?

– Всего двадцать. Я могу наложить на ваше судно арест.

Моулд шепотом сказал Флорио:

– Я ему скажу, чтобы он проваливал ко всем чертям.

– Я бы не стал так делать, – ответил Флорио. – Когда-нибудь – Бог знает когда – это дойдет и до Вашингтона, и какой-нибудь ваш враг найдет способ вас этим достать. – Раздался звонок. – Продолжайте. Я приму вызов.

Флорио прошел в переднюю часть мостика, нажал кнопку связи и сказал:

– Мостик.

– Получил депешу из Майами, – послышался голос радиста. – Траск только что прибыл в Аннаполис.

– В Аннаполис?

– У него отказал генератор. Ему сказали, что пройдет не меньше месяца, пока они смогут починить его на Багамах. Он подумал, что если он съездит домой и вернется, это будет быстрее.

– Хорошо. Спасибо. – Флорио рассмеялся. Когда они заправились водой и заплатили за нее, и катер был готов к отплытию, Флорио спросил полицейского:

– Вы не видели здесь американца, тощего парня с ребенком?

– Люди прибывают и убывают. Он был на судне?

– Нет. Он прилетел на том самолете, который разбился.

– Должно быть, давно уехал.

Моулд рассматривал карту островов Терке и Кайкос.

– Мне действительно нужно плыть на юг перед тем, как повернуть на север? – спросил он полицейского.

– Какая у вас осадка?

– Девять футов. Полицейский хмыкнул.

– Приятель, если вы попытаетесь протащить эти девять футов через мели, то останетесь там навсегда. На самом высоком приливе там шесть футов, и там нет никого, чтобы стащить вас с мели.

“Нью-Хоуп” развел пары и пошел на юг вдоль края мелей Кайкос.

– Когда я уйду на пенсию, – сказал Флорио, – я куплю судно и приеду сюда искать утонувшие корабли. В этих мелях, по идее, полно старых испанских кораблей.

– Тот парень этим и занимался? – спросил

Моулд.

– Какой парень?

– Тот, о котором вы спрашивали, с ребенком.

– Нет, он приехал сюда за сюжетом для “Тудей” и – пуф! Исчез.

– “Тудей”? Туда ему и дорога. Ведь это они послали нас в эту дыру.

* * *

Мейнард лежал, наполовину скрытый в песке и низким кустарнике, на вершине холмика, возвышавшегося над бухтой. Он приполз сюда в темноте и закопался, когда солнце только начинало выглядывать из-за горизонта. Вероятно, это безрассудство с его стороны – подбираться так близко к людям, но он пришел к выводу, что прятаться далеко было бы самоубийством. Он бы тогда не имел ни малейшего представления о том, как, когда и где они стали бы его искать; он был бы неизбежно пойман. Поэтому он не мог ждать. Ему нужно было подслушивать, предугадывать и активно избегать их, пока он не сможет решить, как ему захватить и утихомирить Юстина, как украсть лодку (на этот раз без помощи Мануэля), как устроить побег с достаточным запасом времени, чтобы его не догнали, как... Вопросов было бесконечное множество, ответов на них не существовало, но он был уверен, что, если у него будет время, он сможет придумать план бегства.

Больше всего он надеялся сейчас на то, что его сочтут мертвым.

Ветра не было. С первых проблесков зари насекомые ему весьма досаждали, и по мере того как становилось теплее, они свирепствовали все больше. Мейнард сорвал с куста над головой несколько ягод и, раздавив их, намазал себе на лицо. Он не знал, что в них было – может, дело в сахаре – но этот слой спас его от укусов. Он наблюдал за бухтой и слушал.

Hay, Виндзор и двое мальчиков ждали в бухте, в то время как Джек-Летучая Мышь и Ролло гребли в пинасе к берегу. На борту у них были мачта и парус с того пинаса, который бросил Мейнард.

– Он мог бы и уплыть, – сказал Джек, когда они пристали к берегу, – если бы лодка под ним не утонула.

– Где он? – спросил Hay.

– Нигде его не видно. Думаю, упал за борт и потонул. Виндзор спросил:

– Вы его совсем не видели?

– Нет. Темно, как у свиньи в заднице. Но мы смотрели, когда посветлело. Его там нет. Hay был удовлетворен.

– Значит, он утонул.

– Нет! – завопил Виндзор. – Он здесь.

Мейнард видел, как Виндзор ткнул пальцем в песок, затем махнул в сторону холмика. Инстинктивно Мейнард пригнул голову, как бы избегая экстрасенсорной волны, посланной Виндзором.

“Не верь, – подумал Мейнард. – Зачем это мне возвращаться сюда?”

– Зачем ему возвращаться? – спросил Hay. – Он не сумасшедший, он не будет искать боли.

– У вас его ребенок, – сказал Виндзор.

Hay сделал паузу, размышляя. Он положил руку на плечо Юстина.

– Это уже больше не его ребенок, он это знает. Это Тюэ-Барб.

Юстин улыбнулся и повторил:

– Тюэ-Барб.

– Нас много, – продолжал Hay. – Он один, и слаб, и...