Острова

Орлов Алекс

– А чего вы меня каждый день на дежурство ставите, сэр, я что, тут раб какой-нибудь?

– Ничуть ты не раб, ты существо пониженного социального статуса.

– Почему пониженного?

– Потому что ты пока никто – и не офицер, и не матрос, а ежедневные дежурства позволят тебе пройти стадию личинки очень быстро.

– Я нороздул, между прочим.

– Слышали уже, Френе, – бросил капитан, выходя из рубки.

56

Работы

на грузовике капитану всегда хватало, и даже когда выдавалась свободная минута, он обязательно что-то инспектировал – недавно покрашенную стену, новые фильтры в гальюнах, вентиляцию в тренажерной комнате для персонала или время, которое муглы тратят на обед. Они любили почаевничать, у савояров это было в крови.

Десант его уже знал в лицо, и никакие переодевания в рабочую робу уже не помогали. Только он появлялся в конце коридора, как в трюмах срочно смахивали с тумбочек крошки, подбирали упаковки от батончиков и даже поправляли обмундирование.

– Опять наш орел прибыл – норзов погонять, – усмехались фризонталы.

– Снова этот фриз приперся, не сидится ему у себя в коробке, – цедили сквозь клыки нороздулы.

В районе грузовых трюмов, возле электроподстанции Кворту встретился Олверт.

– Привет, босс, а кто на хозяйстве?

– Адмирал Френе, кто же еще, – усмехнулся тот.

– Права качал?

– С этого начал.

– Может, по чашке тако?

– Пойдем дернем, все равно меня тут давно вычислили, вон даже «хвоста» прикрепили, чтобы неожиданно куда-нибудь не сунулся.

Капитан кивнул на стоявшего у стены пехотинца, который делал вид, что разглядывает потолочный светильник.

– Хорошо у них тут служба поставлена.

– Профессионалы, похлеще мугловских шпионов.

– Радует, что скоро сбросим их, набьем трюмы каким-нибудь мусором и спокойно вернемся в цивилизацию, под крылышко гризоттов.

Они прошли мимо пехотинца, тот отдал им честь и, проследив до лифта, побежал докладывать, что флотские ушли и можно снова курить фишку прямо в трюме.

– Ох, и надоело болтаться на этом корыте, – пожаловался какой-то лейтенант, которому не полагалось отдельной каюты. – Скорей бы уже на высадку.

– К муглам в лапы? – уточнил капитан, потягивая самокрутную фишку.

– Я порву этих муглов одними когтями, – сказал лейтенант, демонстрируя развитую лапу.

– Порвешь ты их, как же. Они вон, небось, уже перехватили все наши депеши и ждут на подходе, а потом выскочат из-за какой-нибудь луны или из астероидного скопления и шарахнут торпедами.

– Ничего они не перехватывают, господин капитан, у них такого оборудования нет, чтобы перехватывать.

– Откуда ты знаешь, какое у них есть оборудование, а какого нет? – спросил еще один

лейтенант, покусывая карандаш.

– Кое-что знаю, есть у меня один знакомый, так он рассказывал, что инсайдеры муглам поставляют не все вооружения, а только самые простые, поэтому перехваты передач уно-кванта для них невозможны.

– Хорош трепаться! – потребовал капитан и сел на койке, тупо таращась на смявшиеся стрелки брюк. Кому они нужны в этих скотских условиях? Он даже аксельбанты не распаковывал, так и лежали в герметичном кофре до лучших времен.

– Найдите другую тему, а то окажетесь в гостях у гризоттов, особенно ты, Гун.

– Гуну бояться нечего, – ехидно заметил другой лейтенант. – У него и среди гризоттов связи имеются. Правда, Гун?

Офицеры засмеялись, и даже один лейтенант-фризонтал, что особенно обидело лейтенанта Гуна.

– Найдите другую тему, я сказал! – прикрикнул капитан на младших коллег и махнул рукой стоявшему у входа сержанту.

– Эй, Маленс, у тебя фишка хорошая?

– Никто не жаловался, сэр.

– Угости меня. А то эта из кафе совсем не берет, должно быть, они ее чем-то разводят.

57

На другой день утром к восьми часам ждали прибытия прикомандированных «шершней», но радарное поле было чистым, не считая несколько статичных спутников и навигационных буев.

Мотористы снова сообщили о каких-то неполадках, и Кворт отправил разбираться с ними лейтенанта Френе, которому до этого позволил поспать часов шесть на диване в рубке.

Практикант широко зевнул и клацнул молодыми клыками.

– Что мне с ними сделать, босс, порвать в куски или пусть живут?

– Пока пусть живут, просто вытряси из них правду – действительно что-то там сломалось или они набивают себе цену?

– Я сожру этих муглов…

– Они фризонталы.

– Тем более, – сонно ухмыльнулся Френе и вышел из рубки.

– Нацист, – покачал головой Кворт.

– Из него этого уже не вытравить, – заметил Олверт. – Станет старше, поумнеет, начнет скрывать свои взгляды, и никто не узнает, что он думает о фризонталах, инсайдерах и муглах. А пока он еще дурак и мочится на стену при всех.

– Хорошая аналогия… из уст туповатого нороздула, – сказал капитан, и они расхохотались, Олверт даже начал икать, а Кворт почувствовал легкую тошноту.

– Ой, Луи, хватит, мы уже хохочем, как муглы в сортире.

– А что смешного они находят в сортире?

– Я… Я не могу тебе рассказать… – ответил капитан, и они снова расхохотались, но их веселье перебил зуммер радарного поля – на нем появились цели.

– Ага, это наши друзья, – сказал Олверт, вытирая проступившие от смеха слезы.