Шрифт:
1.
«Обиженная девочка-трудяга»
– Что скажешь, Сонь? Как тебе Константин Станиславович?
От двусмысленного смешка моей коллеги Дарины давлюсь помидоркой черри, которую только раскусила пополам.
Нелепо откашливаюсь, запивая свой микро-конфуз и затянувшуюся паузу несколькими глотками минералки.
– В каком смысле? – невозмутимо возвращаюсь к «Цезарю», опасаясь, что излишней театральностью могла спалиться.
– Ну как мужчина, конечно, – хихикает Кулакова, заговорщически оглядываясь
– Ты же замужем! – наигранно осуждаю, выдавливая из себя улыбку, и стараюсь перевести неудобную тему в шутку. – К тому же он для тебя староват, не находишь?
– И что? Он шикарно выглядит! Да и что в наше время разница в пятнадцать лет…
– О, ты даже посчитала…
Прячу глаза в тарелку с салатом, так как мне становится немного некомфортно от собственного лицемерия.
Я тоже это сделала ещё вчера: посчитала разницу в возрасте. Только, разумеется, я прикидывала её между мной и Константином Станиславовичем.
Восемнадцать лет…
Слишком много? Пожалуй! Он был уже совершеннолетним, когда я только родилась…
Глупо. Не знаю, зачем я об этом задумалась. У меня через два месяца свадьба, к которой я давно готовлюсь, а также молодой и красивый жених – мой лучший друг ещё со школы. Можно было бы сказать: ну и что такого? Посчитала и посчитала… Подумаешь! Просто от скуки. Но подсознательно я уже догадывалась, что это не просто так.
– Меня даже не смущает, что он женат, и у него взрослая дочь… – продолжает мечтательно хлопать ресницами Кулакова, пристроив свой подбородок на сложённые кисти рук.
– Дарь, ты сейчас серьёзно? – скептически поднимаю бровь, глядя на свою подружку-коллегу, которая растянула губы в хитрой улыбочке. – Разве ты не без ума от своего весельчака мужа?
– Само собой – без ума! Но легкий флирт на работе ещё никому не вредил. Неужели ты не заметила, какой Константин Станиславович обаяшка? А какая у него сильная мужская энергетика? Да брось, Сонь! Ты же с ним уже четвертый день бок о бок работаешь… Или ты злишься, что его взяли на должность начальника отдела, пока ты была в отпуске? В этом дело? Слушай, ну тут я, пожалуй, согласна с генеральным: у всех остальных в отделе пока маловато опыта. А Константин Станиславович быстро у нас всё систематизировал в твоё отсутствие. Намного легче стало работать…
– Да ничего я не злюсь! Делать мне больше нечего! У меня вечером встреча с декоратором – будем с Даней искать другие варианты оформления банкетного зала. Всё, что этот, так называемый специалист скинул мне на почту – полнейшая чушь и банальщина. А ценник бешеный не понятно за что… У меня сейчас все мысли о свадьбе, и плевать я хотела на приколы начальства с новым человеком в отделе!
Тут я нагло вру и даже слегка краснею от переполняющих меня эмоций и несправедливости.
Естественно, новость о том, что в моё отсутствие вдруг взяли сотрудника с улицы на должность начальника отдела снабжения, меня конкретно расстроила. Я даже всплакнула в туалете, когда узнала. А потом ещё дома вечером сорвалась на истерику.
Всё дело в том, что до моего
А тут – на тебе!
Теперь какой-то взрослый мужик со стороны сидит за соседним столом и даёт мне и другим сотрудникам указания. А генеральный даже не посчитал нужным как-то со мной объясниться… Просто вызвал к себе и обескуражил тем, что теперь этот сорокатрехлетний Константин Станиславович Симанович – мой непосредственный начальник.
Обиженная девочка – трудяга внутри меня негодовала. Даже больше – она рвала и метала! Но поразмыслив, я решила последовать совету Дани – не зацикливаться. Вот закончу разбираться с предсвадебными хлопотами, выйду замуж и тогда определюсь, как поступить. Может, потом и шороху здесь наведу, а, может, просто тихо-мирно найду другую работу и уволюсь. Видно будет.
– Ладно, я поняла. Покажешь мне потом, что выберете?
– Хорошо, – бубню, без удовольствия доедая салат.
– А платье своё покажешь? Хотя бы на картинке?
– Нет, на свадьбе увидишь. Тут же надо на образ в целом смотреть…
Какое-то время мы с Дариной молча стучим вилками по тарелкам, уткнувшись каждая в свой телефон.
Я стараюсь искать варианты декора, но мыслями зависаю на своей вновь вспыхнувшей обиде на генерального директора.
– Интересно, почему Константин Станиславович не обедает в этом кафе? Компания же всё оплачивает… – Кулакова вновь возвращается к теме, которая меня противоречиво раздражает.
Сначала держу себя в руках и игнорирую слова коллеги, допивая минералку. Но меньше, чем через минуту, меня снова накрывает. Я поддаюсь внезапному импульсу сказать гадость в адрес человека, который занял моё место.
– У таких людей в возрасте, как Константин Станиславович, уже явно проблемы с пищеварением, – злорадно язвлю, хотя вообще-то я вполне добрый человек, которого вдруг нехило так бомбануло. – Сидит там за рабочим столом со своими контейнерами, скребёт по ним ложкой… Брр… Этот мерзкий звук! Потом на весь кабинет воняет едой какой-то, а я на диете перед свадьбой… Меня от всех этих запахов воротит! И вообще – он ни о чем! И как специалист, и как начальник, и как мужчина… Вот моё мнение! Раз уж ты спрашиваешь… Где генеральный его откопал?
– Сонь… – Дарина внезапно меняется в лице, судорожно трясёт головой и подмигивает, будто у неё начался нервный тик.
Она пытается остановить, схватить меня за руку, но я инстинктивно убираю ладонь.
Нет уж! Я выскажу ей всё, что накопилось!
Ненавижу несправедливость! Терпеть не могу, когда все мои планы идут под откос! Когда со мной совершенно не считаются, хотя я пахала все эти три года здесь как проклятая…
Теряю остатки самообладания, продолжая с пеной у рта возмущаться и активно жестикулировать.