Отделы
Шрифт:
Синдром ускоренного старения, если он действительно есть, наблюдается с самого раннего детства. Он не «включается» внезапно, ни с того, ни с сего, в зрелом возрасте. Страдающие им люди никогда не выглядят здоровыми и полноценными, а вот Шейн до исчезновения был как раз таки здоровым и полноценным детиной. Больной прогерией просто физически не смог бы участвовать в стольких пьянках и драках, в скольких участвовал городской гопник О’Грэди. Человек с прогерией не будет пользоваться успехом у прекрасного пола, а про Шейна и этого нельзя было сказать, подтверждением чему является безумно влюбившаяся в него Шиван О’Коннелл…
Озадаченный
Но даже разгадай инспектор загадку, почему О’Грэди состарился только изнутри, всё равно оставался вопрос, где тот пропадал последние тридцать лет?
Каким-то образом слухи просочились наружу, хотя О’Холлоран отчаянно старался держать всё в тайне. Известие о возвращении Шейна обрушилось на О’Коннеллов как гром среди ясного неба. Они понятия не имели, что являлись главными подозреваемыми в убийстве. Инспектору нужно было что-то сказать им, а он не знал что.
Тут-то на сцене и появились агент Дэрмод О’Мэлли и начинающий стажёр Киран О’Салливан из отдела «Сигма». В ту пору своевременное и быстрое реагирование на случаи возврата было делом непростым. Агенты почти никогда не поспевали вовремя, к их приходу обычно уже разлеталась некоторая шумиха. Однако у них были совершенно немыслимые полномочия и когда они называли номер спецпротокола, подтверждающего эти полномочия, возразить им никто уже не мог. А самое главное, они никому ничего не обязаны были объяснять.
Судмедэксперт получал зарплату от государства и обязан был исполнять все указания его представителей. Ему пришлось второпях состряпать новый отчёт, липовый, гласивший, что найденное в поле тело – это вовсе никакой не О’Грэди, это неизвестный эмигрант, бомж. Настоящий отчёт агенты изъяли вместе с телом Шейна и взяли с судмедэксперта подписку о неразглашении. Терять работу судмедэксперту не хотелось и он безропотно пошёл на служебный подлог – «во имя национальной безопасности».
Капитан, начальник О’Холлорана, был безмерно рад тому, что правительственные агенты избавили его от дела О’Грэди. Ведь это означало, что теперь одним тухлым висяком меньше, а значит меньше и головной боли. Он надавил на инспектора и заставил его передать агентам все материалы по этому делу, подписать заключение о бомже-эмигранте и отправляться навёрстывать пропущенный выходной.
Вот тогда-то Патрик О’Холлоран и показал свой строптивый ирландский характер. Он закатил скандал и наотрез отказался расстаться с делом О’Грэди. Ему было плевать на полномочия и спецпротокол, он хотел докопаться до правды, хотел разгадать секрет фермерского зятя и искренне не понимал, почему всем остальным на это плевать.
В конце концов капитану пришлось пригрозить ему отставкой или пожизненным переводом в уличные регулировщики – только тогда О’Холлоран сдался. Да и то, как потом выяснилось, не совсем. Материалы-то он отдал, только предварительно снял себе копии.
После этого инспектор взял отпуск за свой счёт, разругался с Карен, не понимавшей его одержимости делом О’Грэди, и уехал куда-то, никому не сказав, куда.
Дэрмоду
О’Холлоран молча выслушал О’Мэлли и ничего ему не ответил, а после уехал. Он вернулся к О’Коннеллам и поведал им обо всём. Едва Шиван и её дети узнали, что в поле действительно был найден их муж и отец и что государство намерено утаить правду, они предоставили инспектору комнату для бессрочного проживания, дали добро на любые действия и лично обошли всех соседей с просьбой оказать О’Холлорану помощь в его неофициальном расследовании. Сельские жители кажутся недалёкими и неуклюжими увальнями, но упаси тебя бог их разозлить. Когда фермеры услышали, что в деле Шейна есть неувязки и что какие-то правительственные агенты заставили полицию прекратить расследование, они предоставили инспектору неограниченный доступ в свои владения и готовы были отвечать на любые его вопросы.
Поддержка жителей воодушевила О’Холлорана. Мысленно послав к чёрту всех агентов и все секретные отделы, инспектор намеревался раскрыть дело в одиночку, после чего либо припереть капитана к стенке, либо передать все материалы в СМИ и будь что будет.
Этим своим расследованием он занимался ровно пять дней, а на шестой внезапно исчез, как и Шейн О’Грэди когда-то. Последними его видели двое подростков, Пэт Джиллиган и Эван Гэллоуэй, влюблённая парочка, искавшая среди полей уединения, чтобы всласть пообжиматься подальше от взрослых.
По их словам, инспектор выглядел странно. Он шёл с каким-то отрешённым и оторопелым видом, пристально уставившись в землю и высоко задирая ноги при каждом шаге, словно шёл не по земле, а по какой-то невидимой субстанции и тщательно прикидывал, куда ему ставить ногу.
Шёл он вглубь поля…
Подростки были заняты друг другом. Они просто посмеялись над чудиком и тут же про него забыли – вплоть до того момента, когда им пришлось давать показания агенту О’Мэлли…
– В тот раз я впервые увидел фигуру на поле, – сказал О’Салливан, показывая на снимки, разложенные на коленях у Траутманна. – Вот эту самую фигуру. О’Мэлли подозревал, что инспектор непременно выкинет какой-нибудь фокус. Едва стало известно о его пропаже, мы взяли служебный чёрный вертолёт без опознавательных знаков – стандартный вид транспорта, которым в те времена пользовались все отделы, – и сразу же осмотрели с воздуха все тамошние поля. Предчувствие не обмануло старину О’Мэлли. Стоило нам увидеть круги, мы сразу догадались о незавидной судьбе инспектора. Sidhe выбрали его следующей жертвой, завлекли к себе «в гости» и теперь сам чёрт не разберёт, когда они решат его вернуть…