Отец моего парня
Шрифт:
— Вот опять! — заныл тот, замирая, глядя на меня с широко распахнутыми глазами. — Опять ты это делаешь, Машунь. Прекращай.
И хоть специально я ничего не делала, Диме об этом было знать не обязательно. Зато в голове созрела коварная идея:
— Привыкай, ведмежонок. Я еще голая спать сегодня буду, ага. — Затем скинула чертову накидку, а за ней и Димину майку через голову стянула, отбрасывая ее в сторону. — И, вообще! Что-то у тебя жарковато тут… Ага-ага. Я, вот смотри, уже вся мокрая. Видишь? Прямо капельки пота уже начали
— Вижу… — нервно сглотнув, прошептал он. — Вижу, пчелка…
А я взяла, и провела ладошкой от шеи, по груди и до самых бедер. Мужчина проследил за рукой жадно, не отрываясь. Как загипнотизированный.
Чтобы там Дима себе не решил, вечер скучным быть не обещал. У меня, во всяком случае.
Глава 11
Дима подтянул столик вплотную прямо к дивану, чтобы лежа можно было спокойно есть. Сам разлегся вдоль подушек, и меня к себе на руки затянул, прикрывая пледом. Который, к слову, я сразу скинула... Натопил в комнате он и правда через чур!
Наколов на длинную деревянную шпажку винограднику, сыр, я обмакнула все это в меде и прямо перед лицом мужчины съела. План был проделать это сексуально и соблазнительно. Куда там? Часть меда капнула Диме на грудь. Он недовольно застонал... Мне так показалось, по крайне мере.
— Черт, прости, прости… Я сейчас все уберу! — клятвенно пообещала, скользнув телом чуть вниз. Мои ноги крепко овивали его талию, внутренняя часть бедра терлась об пресс.
— Не надо! — измученно закричал тот, инстинктивно хватаясь за мои ягодицы под пледом. — Просто ничего, нах, не делай, прошу тебя...
Но было уже поздно. Я сперва быстро облизала липкие пальцы, а затем слизала капли с груди мужчины. Его клешни сжимались на моей попке с каждой секундой все крепче и крепче.
— Ох… Что ты со мной делаешь, Машунь? — откинув голову назад, Дима закрыл глаза.
— Не нравится? — поморщилась, — Прости. За салфетками надо идти на кухню было…
— Нравится, пчелка. Очень нравится, — он снова посмотрел на меня, и я задохнулась. Потому что глаза его знакомо потемнели, а в чертах лица появилось что-то хищное, опасное. — Но, не сегодня. Не провоцируй.
— А если я хочу, провоцировать? — снова наколов виноградинку, я сняла ее со шпажки зубами, поднесла к губам мужчины. Он откусил лишь половину, жадно рыча. Вторая досталась мне. — Дим, ну в самом деле. Бред ты придумал.
— Вот в следующий раз ты будешь думать, как «забывать» рассказать про поездку. Да еще и, черт тебя дери, на целую неделю! Маш, тебе наука! — покачал головой он, старательно глядя куда угодно, но не на меня. Только вот ладошки его все еще грели мою попку. Как будто неосознанно массировали.
— Слу-у-шай, — уткнувшись носом с его шею, я жадно вобрала запах его тела. — может ну его, эти жизненные уроки? А? В другой раз, когда-нибудь…
—
Ладони накрывали его мощные плечи, гладили руки. Дима был так напряжен, что я ощущала, как перекатываются мышцы. Он пах так великолепно: гелем для душа и своим собственным ароматом. Неповторимым, бодрящим, пробирающимися в самые легкие.
Вдохнув полной грудью, я застонала:
— Ненавижу вас, Дмитрий Петрович!
— И я тебя, Машунь, — прошептан он чувственно мне на ухо. Так, словно в любви признавался, а не посылал. Его ладони спустились чуть ниже, крепче сжимая мои ягодицы, немного разводя их в разные стороны. Указательные пальцы скользнули по складкам, проводя дорожку между бедер. Задохнувшись, Дима рвано затараторил, словно в бреду: — Когда ты приедешь, мы вернемся к этому разговору. Хочу, чтобы ты текла так же сильно, как и сейчас… Блядь, какая же ты мокрая!
Мужчина явно боролся с собой, а я затаилась, не желая мешать ему в принятии единственно правильного решения. Его два указательных пальца раздвинули складки, неглубоко проникая в меня, и я застонала, утыкаясь губами ему в шею.
— Но я хочу тебя сейчас, — мой голос умолял и было самой от себя тошно. Но он ничего не делал, и я сходила с ума от желания. — А «потом» будет потом…
— Еб твою мать, Машунь… Как нож в масло входит… — запричитал он себе пол нос не разборчиво, выводя узоры пальцами вокруг входа. — Нет-нет, спать.
Он не сделал ничего, продолжая гладить меня между ног. Рвано, судорожно. Будто пытался одернуть сам себя. Я медленно скользнула по его телу еще ниже, нанизывая его пальцы на себя полностью. От полноты ощущений перед глазами заплясали неоновые звезды и разноцветные огни.
— О, да… — глаза закатились от удовольствия, конечности задрожали. Я оперлась ладонями в грудь мужчины, прогнувшись в спине и тут же услышала какой-то хрип из его груди. — Только не останавливайся, медвежонок.
Свободной рукой он отвесил мне смачный подзатыльник. И было бы наверняка больно, в обычной ситуация. Сейчас же тело за секунду едва не достигло конечного пункта назначения под названием оргазм.
— Еще… — зашептала себе под нос, — Еще, пожалуйста…
— Нет! — уверенно качнул головой тот. Жаль, я не видела Диминых глаз в тот момент, все меркло вокруг. — Я сказал…
Что-то щелкнуло у меня в голове. Видимо, какой-то спасательный механизм. Рычаг, не желающий отпускать мужчину. Я нагнулась губами к его груди и провела языком по его соску. Он замер, перестал говорить, сцепил зубы. Реакция была ожидаемой. Еще в первый раз я заметила, как Дима отреагировал на такое прикосновение.