Отец моего парня
Шрифт:
— Чего ты плачешь, пчелка? — Дима указательным пальцем стер влажную дорожку на моей щеке, голос его оказался наполнен необъятной нежностью, — Машунь, ну?
— Очень соскучилась по тебе за эту неделю, Димочка, — призналась я наконец, сжимая пальца на его плечах, мускулистых и мощных, уткнувшись носом в шею. Он пах так божественно, что я снова и снова вдыхала, пока голова не начала кружиться. — Давай больше не расставаться, а? Я так больше не могу…
Мужчина нежно сглотнул, зрачки его мгновенно расширились. Я бы утонула в них навсегда, загипнотизированная.
— Поехали, — поспешно приказал он, нервно доставая из кармана ключи. Руки его потряхивало. Ключи упали в сугроб. При этом Дима держал меня так сильно, будто рассчитывал на побег. Или просто не контролировал свои силы?
— Ты чего? — я быстро нагнулась, пытаясь достать ключи. Но, так как в клуб все девочки надели туфли на шпильках, а не сапоги, поскользнулась и полетела лицом в сугроб. — Ой!..
С груди мужчины вырвался какой-то урчавший звук. Дрыгая ногами, я пыталась вернуться «на землю», как вдруг почувствовала цепкую хватку на своих бедрах. Дима резко потянул меня на себя, придавливая к брюкам. Я ощутила его каменный стояк пятой точкой, ведь пальто мужчины задралось до самой талии.
— Че-е-ерт, — застонал он, — Как подумаю, что ты в таком виде целый вечер перед мужиками ходила, башню сносит!
— Дим, — взвизгнула я, — может ты меня на ноги поставишь? А, ведмежонок?
Все произошло так резко… Дима просто дернул меня на себя, а спустя считанное мгновения я уже сидела на капоте, сжатая между его ногами, протягивающая ключи на ладони. Вся в снегу, как гребанная…
— …Снегурочка! — закончил будто бы мои мысли мужчина, криво усмехаясь. И, все равно, в голосе его появились угрожающие нотки. — Давай-ка мы с тобой договоримся, золотце мое. Что в таком виде ты будешь только меня с работы встречать. Я человек старой закалки. Срабатывает сразу два рефлекса: оттрахать тебя до потери сознания, и нахуй всем глаза выколоть, кто на тебя хоть раз посмотрит.
— Ммм… — заигрывающее протянула я, хитро прикусив губу, — Каждый день так что ли ходить?
— А ты кровожадная, Машунь, — хмыкнул он, покачав головой. Дима потянулся забрать ключи, пальцы наши соприкоснулись и в воздухе запахло чистым сексом. Он тоже это почувствовал! На улице минус двадцать, а чертов лоб покрылся испаринами.
Соскользнув попой к самому краю авто, я обняла руками шею мужчины, коснувшись губами мочки уха:
— Нет, просто первый пункт очень понравился! Я уже в предвкушении…
Шипя себе под нос всякие грязные пошлости в мой адрес, больше напоминающие обещания, Дима стянул меня на землю, открыл авто и усадил на заднее сидение, пока сам отправился наперед.
— Игнат придет? — непонимающе спросила, пока тот судорожно заводил машину. Нога на педали подрагивала, пальцы на руле сжимались и разжимались.
— Нет, — качнул головой мой дракон, — я ему другую машину послал. Она уже почти подъехала.
— А почему?.. — я безмолвно указала руками на себя. Мол, чего это меня он назад затолкал. Дима понял все без слов, с саркастичной издевкой сквозь зубы:
—
— Кто же тебе виноват, Димочка? — невинно полопала глазками. — Я-то, что? Я-то ничего!
Слова мужчины воспринял мой мозг, как вызов чистой воды. Скинув с себя чертов «мешок», встала коленями на сидение, поймав на себе испепеляющий взгляд. Но это было только начало! Моя руки совершенно случайно скользнули на плечи Димы, делая ему массаж. Только вот почему-то с каждой секундой он выглядел все более и более напряженным. Особенно, в районе паха.
— Ведмежонок, — томно шепнула на ухо, а затем прикусила его зубами и зализала рану языком. На мгновение Дима свернул на бок, дорога была полностью пустая. Это я проверила изначально! — А у тебя был когда-то минет за рулем, ммм?
— А у тебя? — спросил тот сквозь зубы, пытаясь изображать из себя саму неприкасаемость. А у самого волосы даже на бровях стали дыбом. — Сейчас вот прямо до ужаса интересно стало!
— У меня-то? Нет, не было, — все в том же образе, театрального грустно вздохнула, — Все вот хочу на ком-то попробовать… Ну, как в кино, знаешь? Когда-нибудь, однажды, может быть…
— На ком ты, мать твою, ты там хочешь попробовать, уточни?! — взорвался тот, поворачиваясь ко мне на светофоре с диким взглядом. Таким можно было и к стенке припечатать. — Машка, попка твоя так и проситься…
Не дам ему договорить фразу до конца, я переместила свои пальцы чуть выше, массируя виски. Застонав, Дима откинул голову на изголовье и поморщился, сцепив зубы.
— Зеленый, — шепнула я ему, едва скрывая победную ухмылку. — Но… Ты не спеши, естественно. Я так долго могу, ага! Все для тебя, дорогой мой! Только взамен хочу в этом платье каждый день на учебу ходить…
— А в марле с аптеки не хочешь? — фыркнул тот, очнувшись по щелчку пальцев. Выпрямился, пытаясь собраться, завел машину и рванул дальше. — Она-то больше прикроет. По крайней мере, соски точно!
— Какие соски, Дим? — возмутилась я уже серьезно, — Я в лифчике!
— Вот и я, думаю: «Какие нахер соски?! Почему их блядь за километр даже в темноте видно?» — зарычал тот снова, пытаясь перекривлять мой голос: — «Всем здрасте, Я – Маша! Я пришла сегодня в клуб, чтобы меня оттрахали в общественном туалете семеро во все щели!»
Ударив кулаком Диму в спину, я перестала массировать его плечи, откинулась назад и закатила глаза.
— Теперь у меня еще больше желания ходить так каждый день! — усмехнулась кровожадно, Дима поперхнулся, оттянув ворот рубашки.
— Ты как смотришь насчет шашлыков? — невинно поинтересовался он, — Устроим ритуальное сожжение этого платья! Вот прямо сегодня! Ой, что это я… Чему там гореть? Как фитиль: раз и потухло. Горошинка подогреться не успеет.
— «Всем здрасте! Я – Дима, — передразнивая мужчину, я показала ему средний палец, — и я не собираюсь трахаться ближайший месяц!»