Отец
Шрифт:
Исиде этот ответ не понравился. Ей вообще не нравилось находиться рядом с Соколовым. Тем более сейчас, когда его жена понесла. Фанатичная забота о близких была одной из самых заметных черт Соколова, а уж как он себя поведет в отношении наследников… Это Исида не хотела бы проверить на себе. Но и недовольство Основателя она тоже ощутить не хотела.
— Можешь идти, — разрешил мужчина.
Исида поклонилась и переместилась.
Основатель какое-то время сидел в тишине. Казалось, он замер. Никаких движений,
Прошло минут пять, и к нему в кабинет переместился ходок.
— Господин, — помахал тот рукой. — Вы опять задумчивы. А я говорил, что нужно больше времени проводить на свежем воздухе?
— Тито, — отмер Основатель. — Ты как всегда.
— Я что-то опять не так сказал? — озадачился Тито.
Основатель на это улыбнулся. Тито был забавным, не от мира сего, при этом чрезвычайно полезным. Кажется, он до сих пор в полной мере не осознавал, с кем работает и что ему грозит за язык без костей.
— Зависит от того, с чем ты пришёл.
— Отчитаться, господин, — ответил он и почесал спутанные, грязноватые волосы. — Этот Соколов очень интересный одаренный, — в его голосе прозвучал неподдельный восторг. — То, как он использует силу… Это больше похоже на геометрические узоры. Но почему именно они, а не обычные сгустки энергии, как в случае азиатов? Меня не покидает ощущение, что за этим парнем стоит серьезная школа, но откуда она взялась? До меня не доходило никаких упоминаний о школе одаренных, ещё и с тысячелетней историей.
Тито говорил и говорил. Он позабыл, что перед ним сидит Основатель. Его взгляд устремился куда-то вдаль, и в этот момент он больше общался сам с собой, чем с собеседником.
Основатель его не перебивал. Слушал, выделял главное из потока слов, делал выводы.
— Эксперименты удались. Мы нашли способ снимать его энергетические структуры и разрушать их. На это Соколов среагировал с опозданием в один день. Я потом проверил, он создал совсем другие конструкции, и, чтобы не нарваться, быстренько свалил, как вы учили, запутав следы.
— Молодец. Сможешь расшифровать, что стоит за точной геометрией?
— Не знаю, — Тито задумался и запустил пальцы в волосы. — Попробую. Задачка что надо. Но самое интересное — это то, над чем я сейчас работаю. Если получится повторить конструкт, то мы, предположительно, добьёмся того же эффекта и сможем сконцентрировать энергию, где нам надо! А это открывает такие просторы, босс…
— Я не босс.
— Да, господин. Я всё время забываю. — стушевался Тито.
— Тебе не помешает стать серьезнее. Тогда сможешь претендовать на звание хранителя.
— Ну, я постараюсь, — ответил Тито.
Основатель на это качнул головой. Тито не волновала власть. Ему было плевать на статус хранителей. Единственное, что ему было интересно, — заниматься своим направлением.
— Если это всё, можешь идти. Будь аккуратнее. Соколов очень опасен.
— Я сама аккуратность, босс, — хорошее настроение Тито вернулось.
Помахав рукой, он вернулся обратно, к себе в лабораторию.
***
— Перепугала же ты меня, — сказал я.
Катя лежала на диване с тарелкой на животе и ела шоколадный торт. Который я ей купил чуть ранее, когда все разошлись, и стало окончательно понятно, что кризис миновал.
— Я и сама испугалась. Надеюсь, седых волос не появится.
Сейчас Катя была бодра и весела. А ещё час назад — рыдала, отходя от пережитого стресса. Помогли обнимания, поглаживания по голове, ласковые слова и шоколадный торт, конечно. Рядом с диваном стояла корзина с фруктами и цветы, но на них жена не обращала внимания, поедая один кусочек шоколадного безумия за другим.
— Получается, я теперь уничтожитель всей этой твоей магии-шмагии.
— Типа того.
— И что теперь делать?
— Этот вопрос сегодня самый популярный, — хмыкнул я.
— Что ещё спрашивать, когда твои детишки, которых и так трое, в буквальном смысле аномалия. Пока я истерила и лила слёзы, ты ведь успел всё обдумать, не так ли?
— Так.
— Поделишься?
— Скажу, что у нас может родиться кто угодно.
— Это кто угодно — настолько обширно?
— Вплоть до нового вида людей. Одаренные следующей версии.
— Угу, — покивала жена, закинула пару кусочков в рот, прожевала и спросила: — А для далеких от всего этого чего ждать?
— Ты знаешь про существование энергии мира. Силы, которая позволяет влиять на реальность тем или иным образом. Я использую эту силу, основываясь на строгих законах и правилах. В каком-то роде можно сказать, что это костыль. Изучать высшую математику, чтобы творить.
— Математику?
— Это я условно.
— Хорошо… Так что там с одаренными следующей версии? Они могут быть без костылей?
— Да. Прямое управление энергией. Чистое воплощение воли.
— Эм… Мне и твоя деятельность кажется магией. Но то, что ты говоришь и как это говоришь, наводит на мысли…
— Что наши дети в потенциале могут быть куда сильнее и опаснее меня. Добавим к этому гены беса и ходока…
— И получим черт знает кого.
— В любом случае это наши дети. Будем их любить такими, какими родятся.
— Ты прав, — вздохнула Катя. — Главное, чтобы с ними всё было хорошо. И чтобы они не попытались захватить мир, прогуливая школу.