Отель

Хейли Артур

– Ну подожди. – И он, пошатываясь, шагнул к ней. – Будь умницей, и давай выпьем.

– Нет, спасибо.

– Ты же будешь умницей, козочка, правда? – повторил он, словно и не слышал ответа.

– Все останется между нами, – вмешался Стэнли Диксон. Голос у него был низкий, гнусавый и сейчас звучал удивительно непристойно. – Кое-кто из нас уже поразвлекся в свое удовольствие, и нам хотелось бы повторить.

Двое мальчишек, чьих фамилий она не знала, осклабились.

– А меня не интересует, чего бы вам хотелось, – сказала Марша. Она произнесла

это твердым голосом, однако где-то в глубине души ей стало страшно. Она шагнула к двери, но Диксон отрицательно покачал головой. – Пожалуйста, – сказала она, – пропусти меня, пожалуйста.

– Послушай, Марша, – угрожающе произнес Лайл. – Мы же знаем, что и ты не против. – Он хрипло хохотнул. – Всем девчонкам охота этим заниматься. И если они отказывают, то просто так, для вида. А сами думают: «Приходи и бери». – Он обернулся к остальным: – Правда, ребята?

Третий парень тихо промурлыкал:

– Точненько. Залезай и получай.

Они стали приближаться к ней. Марша резко повернулась:

– Предупреждаю: если вы меня тронете, я закричу.

– Самой же будет хуже, – тихо произнес Стэнли Диксон. – Лишишься самого интересного. – И не успела она опомниться, как он очутился сзади нее, огромная потная лапища зажала ей рот, а обе руки оказались прижатыми к бокам. Голова его была совсем рядом, от него несло бурбоном.

Марша извивалась, пытаясь высвободиться и укусить его за руку, но у нее ничего не получалось.

– Послушай, Марша, – сказал ей Лайл с похотливой улыбкой, – все равно тебе этого не миновать, так что лучше насладись как следует. Все ведь так говорят, правда? Если Стэнли тебя сейчас отпустит, обещаешь не поднимать шума?

Марша яростно замотала головой.

Один из ребят схватил ее за руку:

– Пошли, Марша. Лайл говорит, ты умница! Почему же ты не хочешь это доказать?

Марша отбивалась изо всех сил, но напрасно: они крепко держали ее. Лайл схватил ее за другую руку, и теперь они все вместе подталкивали ее к спальне.

– Да ну ее к черту! – воскликнул Диксон. – Ребята, бери ее за ноги! – Кто-то из мальчишек тотчас повиновался. Марша попыталась брыкаться, но в результате лишь сбросила туфли с ног. У Марши было такое ощущение, когда ее внесли в спальню, что все это происходит во сне.

– В последний раз спрашиваю, – угрожающе произнес Лайл. От добродушной ухмылки на его лице и следа не осталось. – Ты будешь вести себя как надо или нет?

В ответ Марша еще яростнее забрыкалась.

– Снимайте с нее платье, – скомандовал кто-то.

И чей-то голос – ей показалось, что говорил тот, который держал ее за ноги, – неуверенно спросил:

– А надо ли?

– Да не волнуйтесь вы, – успокоил их Лайл Дюмер. – Ничего не случится. Ее старик сам распутничает где-то в Риме.

В комнате стояли две кровати. Все еще отбивавшуюся Маршу бросили на ближайшую из них. И не успела она опомниться, как уже лежала поперек кровати, голова ее была запрокинута, так что она видела лишь потолок над собой, некогда белый, а сейчас

покрывшийся серым налетом, и в центре – завиток, с которого свисала люстра. Завиток был пыльный, а рядом красовалось пожелтевшее пятно от воды.

Верхний свет внезапно потух, но в комнате было довольно светло от какой-то другой лампы. Диксон передвинул обхватывавшую ее руку. Он теперь сидел на кровати рядом с ее головой, но по-прежнему крепко держал ее и зажимал ей рот. Чьи-то руки гладили ее, ощупывали, и Марша почувствовала, что близка к истерике. Она выгнулась, пытаясь отпихнуть их ногами, однако ноги были крепко прижаты к постели. Она хотела повернуться на бок, но услышала лишь, как треснуло по швам ее платье.

– Я – первый, – сказал Стэнли Диксон. – Пусть кто-нибудь займет мое место.

Марша слышала, как он сопит.

Кто-то тихо зашел с другой стороны кровати – шаги заглушал толстый ковер. Ноги ее по-прежнему были зажаты, но рука Диксона сдвинулась, и на ее место протянулась другая. Марша воспользовалась моментом. Как только новая рука дотронулась до ее лица, Марша изо всей силы укусила ее. Зубы вошли в тело и проникли до самой кости.

Раздался крик боли, и рука отдернулась.

Набрав воздух в легкие, Марша закричала отчаянно, изо всей мочи:

– Помогите! Помогите, пожалуйста!

Последнее слово захлебнулось, не успев сорваться с ее губ, – Стэнли Диксон с такой силой зажал ей рот, что она почувствовала, как теряет сознание.

– Дура! Круглая идиотка! – прошипел он.

– Она меня укусила! – всхлипывая, причитал кто-то. – Эта ведьма укусила меня за руку!

– А ты что думал, она тебя поцелует? – Стэнли Диксон был вне себя. – Ну, теперь сюда сбежится весь проклятый отель.

– Давайте уносить ноги! – взмолился Лайл.

– Замолчи! – прикрикнул на него Диксон.

Они замерли, прислушиваясь.

– Ни звука, – тихо произнес Диксон. – Видно, никто не услышал.

Должно быть, так оно и есть, в отчаянии подумала Марша. Глаза ее наполнились слезами. Она чувствовала, что у нее нет больше сил бороться.

В эту минуту в дверь номера раздался стук. Кто-то трижды постучал, решительно и громко.

– А, черт! – воскликнул один из ребят. – Значит, все-таки услышали! О Господи, как болит рука! – со стоном добавил он.

– Что же будем делать? – нервно спросил другой. Стук в дверь повторился – на этот раз еще энергичнее.

Прошло несколько секунд, и голос из-за двери потребовал:

– Извольте открыть! Я слышал, кто-то звал на помощь. – Голос звучал мягко, с южным акцентом.

– Он один, – прошептал Лайл, – с ним никого нет. Может, удастся его провести.

– Можно попробовать, – чуть слышно ответил Диксон. – Я пойду, а вы держите ее покрепче и уж не оплошайте на этот раз.

Чья-то другая рука быстро легла на рот Марше, она почувствовала, что ее еще крепче вдавливают в постель.

Щелкнул замок, дверь скрипнула и приоткрылась. Послышался удивленный возглас Стэнли Диксона: