Отход
Шрифт:
— Неправда, — ответил я. — Мы и раньше встречались.
— Но в церковь-то вы отправились после того, как реликвия собралась, — нетерпеливо продолжила княгиня. — Почему?
— Поняли, что друг без друга нам никак, — спокойно ответил я.
Княгиня на романтическую вводную внимания не обратила, волновало ее совершенно другое.
— Что вы там делали?
— Проверяли состояние моего имущества. Я дом в Тверзани купил, когда она еще была в зоне. Сейчас вот продаю, потому что с Василием Петровичем мы характерами не сошлись.
— Он вспыльчивый, Петя, но и отходчивый.
Ага,
— Мы с Наташей решили пока туда не возвращаться, правда, дорогая?
Наташа скромно кивнула, промолчав. Но, похоже, наши взаимоотношения с семейством Куликовых волновали княгиню Воронову в последнюю очередь, потому что она, отбросив все условности, довольно жестко сказала:
— Петя, не юли. Ты же понял, что меня интересует процесс восстановления реликвии.
— Разумеется, Мария Алексеевна.
— И? Слушаю тебя, — окончательно перешла она на командирский тон.
— Почему вы думаете, что я вам хоть что-то расскажу? — удивился я. — Это не такая информация, которая отдается бесплатно.
— Торгашеское влияние сразу видно. Все переводят в деньги, — презрительно бросила она. — Если бы ты получил соответствующее воспитание, то понимал, что вещи, важные для семьи, не продаются.
— Я и не собираюсь продавать или отдавать даром информацию, которая важна для нашей семьи. Моей и Наташи. Вы моей семьей не являетесь.
Она оскорбленно дернулась.
— Я твоя бабушка. Родная.
— Вы об этом вспомнили, когда что-то понадобилось от меня. До этого вам было ровным счетом на меня наплевать, — отбрил я. — Настолько, что вы много месяцев не замечали пропажи фотографии, которая была передана наемному убийце.
— Глупости, Петя, — чуть нервно ответила она. — Никому не выгодна твоя смерть. Ты ничего от нас не наследовал. Мы бы ничего не наследовали после тебя.
— Кроме куска реликвии, которую я, в отличие от остальных Вороновых, сохранил.
— Что толку от одного осколка, если нужна целая реликвия? Целая и работающая. Давай поговорим прямо. Что ты хочешь за информацию?
— Ничего, Мария Алексеевна. Мне невыгодно ею торговать.
— Неужели собираешься использовать сам? — с насмешкой спросила она.
Я хотел было спросить, а зачем иначе бы мне покупать особняк Вороновых внутри зоны, но промолчал, потому что интуиция взвыла. Это могло означать только одно: до полной регистрации продажа может быть опротестована, а значит, нужно сначала решить этот вопрос, а потом уже сообщать Марии Алексеевне, что владелец княжеского особняка — я.
— Думаете, не справлюсь? — ответил я вопросом на вопрос.
— Думаю, одного желания мало. У тебя нет ресурсов для удержания власти.
— Пока нет.
— Петя, ты рискуешь тем, что Антоша вызовет тебя на дуэль. У него только Искра 39 уровня. Ты уверен, что выстоишь против него?
— Я уверен, Мария Алексеевна, что вы его отговорите, поскольку не захотите лишаться любимого внука.
На этих словах я призвал свою Искру, которая при моем шестьдесят втором уровне и двойном сродстве к огню выглядела
— Потрясающе. Петя — ты истинный сын своего отца. Он тоже был необычайно талантлив в магии.
Похоже, в этом доме любимый внук сменился, а у старого любимого внука появилась еще одна причина желать мне смерти.
Глава 15
К радости от знакомства с бабушкой добавилась радость от знакомства с кузеном, который явился аккурат после моей эффектной демонстрации Искры. Я даже не успел толком рассказать чрезвычайно возбудившейся княгине, как добился столь выдающихся достижений на почве магии. Вариант близости к зоне ее не устроил, она почему-то уверилась, что у меня есть тайна, переданная от отца через маменьку. И мою внезапно обретенную родственницу ничуть не убедило мое утверждение, что от отца у меня осталась лишь фотография и фамилия.
Кузен вошел в гостиную размашисто, торопясь попасть на разговор и опасаясь, что самое важное уже успели обсудить без него. Очень было похоже, что в доме кто-то из слуг ему наушничает. Иначе с чего бы ему выглядеть столь взволнованным? Хотя… Не исключаю, что сообщение ему отправила сама княгиня — у нее в этом деле свои интересы, которые не совпадают с моими.
— Bonjour, ma chere, — томным голосом уставшей от военных действий персоны протянул кузен. — Рад видеть тебя в добром здравии. А то поутру мне сообщили, что ты приболела. Вот зашел проведать и смотрю, что ты не только выздоровела, но и принимаешь гостей.
Общего у меня с ним в лице был разве что нос: эта черта точно передавалась не по линии бабушки, нос которой хоть и не потрясал изяществом форм, но был ровным. Максиму Константиновичу фамильной горбинки не досталось — может, поэтому его и не считали достойным княжения? Антону же этого признака досталось с избытком, в результате кузен походил на хищную птицу. Правда, не ворона, а скорее грифа: волосы местами уже заметно поредели и через них просвечивала намечающаяся лысина. И вообще, на мой взгляд, несмотря на подчеркнутую лощенность и выправку, выглядел данный индивид потасканным. По нему можно было отметить увлечение не только картами, но и выпивкой.
— Антоша, как ты вовремя, — явно обрадовалась его появлению княгиня. — Вы непременно должны познакомиться. Это твой кузен Петр, сын дяди Аркадия. И его супруга Наталья.
Антоша чуть склонил голову, что должно было символизировать радость от знакомства, и поинтересовался:
— Это тот кузен, кому досталась часть нашей реликвии?
— Не только досталась, но и сохранилась, — с насмешкой сказал я.
— Петр, до тебя просто пока не добрались, — сказал он, разглядывая меня с нехорошим интересом. Так энтомолог смотрит на бабочку, размышляя, как будет ее умерщвлять. — Вы на чем сюда приехали? Там занятное авто стоит. Неужели ваше?